Глава 2

— Твою бабушку! — ругалась я, ощущая, как лечу сквозь какой-то туннель, по типу аквапарка.

Вокруг мелькали разноцветные кольца. И хоть тут не было воды, но меня отчаянно тянуло вниз. Туда, где светлым намеком виднелся просвет. При этом я совершенно не чувствовала под своей задницей ничего твёрдого, что вызывало странный диссонанс ощущений.

— Ненавижу экстрим! — орала я, ощущая, как этот тоннель резко сворачивает вбок, отчего меня швыряет в сторону и я больно прикладываюсь коленом.

А затем яркий свет ослепил глаза, ощущение падения закончилось, и я резко вывалилась в какой-то пыльной каморке, до кучи шандарахнувшись еще и лбом о какое-то ведро, ответившее гулким металлическим лязгом.

Жалко сжалась на мгновение, пока сердце сильно колотилось где-то в пятках, а все тело прошивала мерзкая дрожь от слабости после большого выброса адреналина.

— Чтоб я еще раз познакомилась на улице!.. — прошептала себе под нос, откидывая с лица распустившиеся из удобной шишечки рыжие длинные волосы, пытаясь осмотреться и побороть противную дрожь.

Я оказалась в чулане. Пыльном, наполненном ведрами, тряпками и швабрами чулане! У нас такой же в школе был, мы все время там прятались от злой училки в младших классах, наивно надеясь, что нас там не найдут. В горле сушило. Титаническим усилием воли попыталась встать, но ноги казались ватными, а все тело трусило.

Вот почему я никогда не хожу на всякие американские горки, экстремальные карусели и аквапарки! Ненавижу свое состояние после. Да, может и весело, но потом еще полчаса приходишь в себя. В общем, не мое это.

Сухо сглотнула и снова попробовала встать, заметив, что дверь из этого кошмара находится за моей спиной. Она выдала себя узкой полоской света снизу, тускло освещая все пространство вокруг. И только потом сообразила, что одета не в свои спортивные штаны и футболку, а в какое-то пыльное платье, отчего и не могла встать, все время опираясь коленом о подол и не давая себе простора для маневра.

Чертыхнулась, вытаскивая тряпку из-под колен и пытаясь не думать о том, когда и кто успел меня переодеть. Нет, в целом штаны у меня были как раз примерно цвета платья — нежно-голубые, если присмотреться в темноте, и ткань похожа — плотная лайкра. Но у меня-то были именно штаны, а не платье! Но не успела я встать, отдышавшись при этом и потерев ушибленное колено, ощущая, что боль лишь усиливается от напряжения, как дверь резко распахнулась, ослепляя на мгновение ярким солнечным светом, и кто-то шумно вздохнул, а затем начал ругаться мужским, слегка писклявым голосом:

— Я по всему дому ее ищу, а она здесь, негодница!

Меня совсем неласково схватили за руку и вытащили из пыльного помещения, даже не дав как следует сориентироваться или прийти в себя после адреналинового всплеска. Я успела только пискнуть, как уже стояла посреди богато украшенного огромного коридора… хотя нет. Оглянулась, отметив, что с одной стороны находятся колонны и сад, а значит, это какое-то подобие клуатра, который так любили возводить в монастырях и храмах Средневековья. В грудь ударила волна жара, как бывает на югах, а в нос — запах соли и йода. Ярко светило солнце, заставляя мои глаза слезиться от резкой перемены освещения. А мне бы посидеть, водички попить… Тяжело оперлась ладонью о горячую гладкую стену.

Немного проморгавшись, в шоке посмотрела по сторонам, особенно впечатляясь грязной, когда-то красной ковровой дорожкой на полу и совершенно безвкусными предметами интерьера типа псевдовосточных и псевдозолотых лампад, откуда в воздух поднимались ручейки сизого дыма. Но что поразило меня окончательно — растения Откуда в моем крохотном городке пальмы и прочие южные растения? Я родилась и выросла на Южном Урале, там нет ничего подобного!

И солнце стояло в зените, отчего теней практически не было видно… Макушку припекало. Больше ничего не видела, разве что белый мрамор с золотыми прожилками на полу проглядывал по бокам этой жуткой дорожки. И стены из того же светлого материала.

— Быстро пошла в гарем, давно плетей не получала?! — продолжал разоряться мужик, с усилием сжимая мое запястье и гневно глядя на меня. Сосредоточилась на нем. Обыкновенный, слегка полноватый мужчина. Внешность… стандартная. Не восточная, как ожидалось бы в связи с интерьером, а обычная, русская. И язык тоже… понятный. — Господин желает выбрать наложницу на вечер, а ты вся в пыли и паутине! Хочешь попасть в немилость?

Я смотрела на говорящего, и никак не могла понять, что он на себя напялил и зачем ему эта куцая шапочка на голове. Я, конечно, не шовинистка, но на такую фигуру уж совсем никак не идет подобная одежда. Живот можно было бы скрыть пиджаком или жакетом, брюки скрыли бы рыхлость бедер плотной тканью, рубашку можно было бы взять чуть свободней…

Пока хлопала глазами, наконец сообразила, что мне сказали, но информация доходила до мозга медленно и словно бы нехотя — еще одно напоминание, почему я ни разу не адреналинщик и опаснее езды на велосипеде никогда ничего не практиковала! Да еще голова гудела от удара, в колено стреляло, и почему-то ныла левая рука. Должно быть, падение пришлось именно на нее. Он сказал «гарем»?

— Какой гарем? — переспросила, только сейчас понимая, что шаровары и пестрая рубашка на этом индивидууме мне не снятся. Да и руку, за которую меня удерживали, больно. Синяк ведь будет!

— Обычный!

Меня потащили по коридору, пока мое чувство прекрасного выло, что этот красный кошмар на полу надо было давно уже выкинуть на помойку. Мужчину переодеть. А стены из белого мрамора будут смотреться лучше, если не вешать на них эти светильники или что это такое. Они лишь удешевляли общий вид, делая его слишком перегруженным и вычурным.

— Какой обычный? — продолжала допытываться, стараясь не обращать внимания на резкий приступ вдохновения, но тут не было ни блокнота, ни ручки, ни тем более моего любимого ноута с установленной программой, где я отрисовывала все свои макеты, чтобы посмотреть, как они будут смотреться вживую. — В моем городе нет никаких гаремов, ни обычных, ни необычных! — заявила, все же вырывая руку у этого гада, который оставил мне синяк. Вон как кожа краснотой налилась.

Остановилась. Потерла пострадавшее место, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где я и что делать дальше. И ведь даже телефон дома оставила, родителям никак не позвонить! Бежать в кусты — дурость. А вдруг там колючки какие? Я же понятия не имела, что это за растение. А вдруг оно ядовитое? Назад по коридору не вариант — там тупик. Впереди стоял этот странный человек в смешной шапочке.

Мысль о том, что совсем недавно я была в своем городе, и вовсе пыталась отогнать как бредовую. Не может быть такого, чтобы оп, и через пару минут я оказалась на другом конце света, где душно так, что по спине уже потекли ручейки пота, хотя в моем климатическом поясе даже летом в самое жаркое пекло дышалось легче. Ладно хоть еще ничем не воняло. Я всегда думала, что в этих лампадках зажигали благовония от москитов и прочей живности, но дымок есть — запаха нет. Только морской, ну и сейчас, принюхавшись, ощутила, что, возможно, еще какое-то растение пахло легкой сладостью. Ваниль или что-то похожее.

Мужчина тоже остановился, при этом пристально глядя на меня, словно видел перед собой умалишенную, явно тоже решая, что со мной делать. А я… не собиралась сдаваться. Я в этот их гарем вовсе не торопилась, и пороть меня плетьми никто не имел права — я родилась в свободной стране, закон не нарушала!

— Хорошо. — Он наконец что-то решил для себя, а взгляд прояснился. И вот не понравился он мне, этот его новый взгляд. Явно же что-то задумал! Но выбор у меня небольшой. — Пошли, я отведу тебя к господину, а дальше ты решишь с ним вопрос с гаремом и твоим городом.

Скептически посмотрела на полноватого мужчину. В то, что он наконец решил мне помочь, не верилось. Слишком стойкую неприязнь вызывал в целом. И дело тут не только в неправильно подобранной одежде и писклявом голосе. Было в нем нечто… неприятное. Да и обращался со мной ужасно!

— А твой господин — он кто? — уточнила на всякий случай.

Мало ли, вдруг слышала про него. В газетах писали или по телеку что… Так хоть пойму, в какой стране оказалась. Пока что, судя по стрекоту цикад, растениям и антуражу — я где-то на востоке. Возможно, Саудовская Аравия, ОАЭ или что-то такое. Лучше бы, конечно, Эмираты — это хоть страна цивилизованная: наверняка сразу, как я им объясню всю ситуацию, отпустят. Может, даже денег на добровольную депортацию дадут.

— Мой господин — дракон.

Кивнула с умным видом. Дракон так дракон. Может, это прозвище такое. Вот у нас во дворе «Зуб» был. Никто же не удивлялся. Вот и мне не стоит.

— А имя и фамилия у него есть? — уточнила.

— Дарвиэль Рендан, — сказал ничего не значащее для меня имя мужчина.

Черт! И почему все так сложно? Вышла, называется, на пробежку перед сном. Мозги проветрила. Познакомилась с симпатичным парнем.

— Хорошо, ведите.

А есть выбор? Я понятия не имею ни где я, ни кто этот Дарвиэль, ни как на мне оказалось это жуткое голубое платье с пыльными разводами, о которое я запнулась уже в пятый раз. И мало того, что оно слишком длинное, ведь еще и стягивает мою грудь так, что дышать толком невозможно. Кстати… Только сейчас отметила, что верх у платья точь-в-точь как была моя футболка — цвет и ткань опять же, даже яркий принт имеется, правда он тут в роли узора идет. Твою бабушку, что за дичь?

Ох, вот бы сейчас откуда-нибудь из-за угла выскочили друзья с табличками «шутка»… Но все время, пока мы шли по коридору, а затем сворачивали в какой-то огромный, безвкусно обставленный диванами и заваленный коврами зал, нам встретились лишь две бедно одетые девицы в скромных чепцах на голове, прикрывающих волосы. Причём, судя по их округлившимся испуганным глазам и шараханью по сторонам, когда увидели этого мужика рядом со мной, зашуганных им же до невозможности. А вот в самом безвкусном зале я уже отметила парочку местных леди, одетых кто во что — кто-то был в пышном бальном платье, кто-то в платье попроще, но все равно нарядном, словно тут великосветская вечеринка Средневековья… Волосы распущены, макияж яркий, позы максимально вызывающие. Ну точно гарем! Выглядят как проститутки на панели — с учетом местного колорита. Аж противно.

Но, к счастью, к нам никто не подходил.

— Перед встречей с господином тебе следует привести себя в порядок.

Меня провели мимо всех этих глазеющих с затаённой злостью леди в какую-то комнату. Такую же безвкусную, как остальное здесь, — пыльная ткань, ковры повсюду и кровать под балдахином, те же лампадки с дымком. Странно, что опять же не воняет. На улице еще, допустим, можно все списать на простор, но в этой пыльной комнате тоже запаха не ощущается. Подушки повсюду разноцветные, аж в глазах рябит. Небольшой столик со свежими фруктами. И… о чудо! Полный графин воды! Да! Я полцарства сейчас за него бы отдала, но вроде как он стоит около кровати, доползти бы… С каждой минутой слабость проявлялась все сильнее. Поспать бы.

Скривилась. Мое чувство прекрасного орало, что даже в восточном стиле и то можно сделать все более гармонично и сдержанно. Так, чтобы разбудить фантазию, а не заставить ее биться в конвульсиях от ужаса. Подобрать цвета, ткани, мебель, сочетающуюся друг с другом. А пока это похоже на какой-то разорившийся магазин тканей и подушек, которые просто хаотично раскиданы по всей комнате.

— Умойся и переоденься! У тебя ровно час!

Дверь за моей спиной шумно захлопнулась, а я тихо сползла по стеночке, ощущая, как запас сил на сегодня заканчивается. А затем доковыляла до низкой прикроватной тумбочки, жадно присасываясь к питательной влаге, напиваясь воды впрок — аж в животе булькать начало, — а после упала на кровать с балдахином, прикрывая глаза. Спать!

Не знаю уж, кто этот их «господин», но, думаю, он будет не против, если я посплю часок. А пыль на платье… пускай. Единственное — извернувшись, нащупала застежку, что держала корсет, и дернула, расслабляя завязки. Тут же довольно вздохнула и пообещала себе разобраться с этим всем сразу, как только проснусь.

А может, это просто какой-то глупый сон. Проснусь уже дома. Хорошо бы…