Глава 44

Прошла ещё неделя…

Мы так и живём у родителей Саида.

Муж быстро идёт на поправку, опережая все прогнозы врача. С точки зрения физического здоровья хорошо себя чувствует. А вот память пока не вернулась. Эпизодически бывает, конечно, он что-то вспоминает, потом обязательно уточняет, а правда ли это, заваливая вопросами. В такие моменты напоминает маленького любознательного ребёнка, который пытается получить максимум информации от взрослых. Мухаммад с Ирам о многом говорили с сыном.

Ну и я тоже рассказала нашу историю, как Саид просил — без прикрас и недомолвок. После чего долго хмурился и был недоволен, искренне поразившись своему поведению и характеру — и это сложно ему принять, когда не помнит прошлую жизнь и не может сравнивать себя с собой же — нынешнего и прежнего.

Но несколько решений посчитал абсолютно правильными: вернуть меня, развод с Алией, учитывая все обстоятельства, и данное ранее обещание, что первой жены это не коснётся. Хотя добавил: если я того пожелаю, то и с ней разведётся. Он вообще странно отреагировал на её визит, не сдержался и с раздражением заявил, чтобы Халима ушла и больше не приезжала. А она даже не обиделась, спокойно ответив: «ну раз так хочешь — не буду появляться здесь». Как всегда думает о своих девочках, согласна на всё, лишь бы мужа не злить.

«Разве я мог добровольно жениться на этой женщине? Почему вы такие разные?» — спросил он позже, заверив опять, что ему никто не нужен кроме меня.

Ошибочно судить по внешности… Узнает Халиму лучше — изменит своё мнение, поймёт, почему стала его женой. Главное — душевная красота и человеческие качества, чего у неё, бесспорно, не отнять (она в тот же день вернулась с дочками в родовой замок Аль-Сулайти, только Самиру оставила — по просьбе и настоянию Ирам).

Зато детям Саид очень обрадовался: с удовольствием общался со старшими девочками, пока они навещали папу; с младшими — играет, как умеет, никого не обделяя вниманием, а сыновей часто держит на руках, любуясь ими.

На удивление, имена наших мальчиков, увидев их, назвал самостоятельно, я даже не успела сказать, как зовут. С вопросительной интонацией уточнил, но ведь вспомнил! Это один из немногих моментов, когда справился без посторонней помощи. Более того, имя Гаяс напомнило давнюю историю о трагически погибшем двоюродном брате, в смерти которого винил себя.

А в одну из ночей проснулся со словами: «я не убивал… это был несчастный случай…» — мужу неизменно снятся реалистичные сны из прошлого.

И это навело на размышления, как быть дальше…

Услышав от него подробности сновидения, мы решили воспользоваться этим. Подключили Фатиму. Погрузив Саида в состояние гипноза, целительница вытянула важную информацию. Оказывается, ему приходили письма с угрозами, хотя он не придал этому значения и никому не говорил, расценив как чью-то глупую бессмысленную шутку, и конечно, не связывал этот случай с покушением больше года назад.

Зря…

Мухаммад, не прекращающий заниматься собственным расследованием, только подтвердил возникшие подозрения. Он узнал, кто подстроил аварию, кто уже пытался убить Саида ранее и на время затаился в ожидании нанести удар побольнее…

Наводку дал Амджад, в каком направлении стоит покопаться, будучи в курсе некоторых событий, когда ещё тесно общался с моим мужем. И они обсуждали ту ситуацию с братом доктора — начальником полицейского отдела, выдвигали разные версии, но, тем не менее, никто даже не предполагал, к чему всё приведёт…

Новость шокировала всех…

Ведь отец Гаяса считался умершим: по рассказам мужа, я помню, что тот человек погиб при загадочных обстоятельствах, по факту, получается, инсценировал свою смерть (труп был обезображен, опознать не представлялось возможным — так и похоронили), а оставшегося сиротой мальчика приютили в семье Аль-Сулайти. Подумать на того мужчину никто не мог, и, по всей видимости, именно на это был сделан упор. Какая сила им движет и руководит? — ясно: мстит за гибель сына. Почему сейчас активизировался? — непонятно. Как вариант: деньги нужны. Его ищут, хотя пока найти не удалось. Известно о нём немного: он причастен к экстремистской деятельности, а по каким причинам скрывается, несложно догадаться — избегает правосудия.

«Страшно… и тревожно на душе…» — как говорится: беда не приходит одна. Теперь все мысли о том, когда проблема решится полностью…

***

Саиду снова снился сон-воспоминания…

Но на этот раз, на него обрушился нескончаемый поток меняющих друг друга эпизодов из прошлого, словно фильм смотрит со своим участием в главной роли. И от обилия несвязанных между собой фрагментов, подкинутых памятью из разного периода времени — от детства до сегодняшнего момента, сновидение мучительно даётся. Как будто кто-то невидимый ломает ему кости до противного хруста, рвёт на части и тут же острой иголкой сшивает куски плоти обратно… и всё повторяется опять… терзает душу, заставляя испытывать адские страдания…

…Резко проснувшись, он сумел прогнать охватившее его наваждение. Сел, судорожно хватая воздух ртом. Дыхание сбилось — грудную клетку сдавило в удушающем приступе, в висках навязчиво пульсирует, звенит и стучит сотнями маленьких молоточков, вызывая головную боль. Вдобавок — прошибло до самого нутра, подобно ударом молнии, бросает то в жар, то в холод, капли липкого пота струятся по лицу и шее, а сердце бешено колотится — заходится в безумном ритме.

— Диана? — осмотревшись по сторонам, не увидел в комнате жену (их кровати стоят рядом, но пока супруги спят отдельно). — Где же ты…

Глубоко вдохнув и выдохнув несколько раз, Саид аккуратно поднялся с постели. Мерзкие ощущения быстро отступили на задний план. Бросил короткий взгляд на крепко спящих детей, потом услышал, как из ванной комнаты доносится шум воды.

— Так вот, куда ты делась… — подойдя к смежному со спальней помещению, он тихо приоткрыл дверь, заглянув в щель.

Взору предстало соблазнительное зрелище: Диана моется. Намыливает себя гелем, нежно скользит ладонями вдоль тела, растирая пену по груди, животу, ягодицам, бёдрам, между ног — выглядит это сексуально, заводит, искушает и манит. Каждое прикосновение её рук, отзывается в нём возбуждением и диким жгучим желанием — присоединиться к жене, сжать в тугих объятиях, целовать, ласкать…

Но он продолжает наблюдать, с каким-то маниакальным стремлением… одержимостью… потребность в любимой женщине сродни с наркотической зависимостью… это не поддаётся никаким объяснениям и законам…

Девушка вышла из душевой кабинки, тщательно вытерлась полотенцем, распустила волосы, завязанные до этого на затылке в пучок — они упали золотистым каскадом по спине. Подглядывающего за ней мужа, совсем не замечает.

Затем она взяла баночку с кремом, открутила крышку и стала наносить на кожу нежными игривыми движениями, словно специально дразнит, как если бы знала, что на неё смотрят.

А вот когда хотела надеть трусики, Саид остановил её, наконец, обозначив своё присутствие:

— Не надо, не одевайся, — он распахнул дверь. Привалился плечом к проёму.

Диана вздрогнула от неожиданности. И обернулась на него:

— Зачем ты встал? — возмутилась. — Тебе постельный режим прописан — не забыл?

— Устал лежать без дела — почти весь день так проходит. Надоело.

— Нужно соблюдать рекомендации врача, — настаивает она. — Почему не спишь? Отдых очень важен.

— Плохо спится, когда ты не рядом, — с грацией хищника он медленно подошёл к жене, пожирая её обнажённую фигурку жадным блуждающим взглядом от нетерпения ощутить в своих руках, вдохнуть с ума сводящий аромат… погрузиться в совместное безумие…

Сейчас похож на изголодавшегося зверя, который от «вкусненького» не собирается отказываться. Диана — желанная добыча. Единственная, неповторимая, любимая.

— Саид… — девушка развернулась к нему лицом, нервно вцепилась в край раковины. Конечно, чувствует флюиды и сумасшедшую порабощающую энергетику любимого мужчины, направленные на неё мощным фонтаном.

Без преувеличения, они настроены на одну волну, созданы друг для друга.

Придавив жену собой и не позволяя ей отстраниться, он склонился к уху и прошептал:

— Хочу тебя до одури… всё любуюсь да любуюсь, не имея возможности быть с тобой по-настоящему, как твой муж… кормишь грудью детей или переодеваешься, а мне остаётся смотреть и облизываться… Я же не импотент.

Она взволнованно затрепетала от его горячего сбившегося дыхания, вызывающего у неё внутри ураган крышесносных ощущений. Эмоции зашкаливают: по коже пробежали мурашки, а в животе защекотало, мышцы в промежности стянуло в сладкой, томительно-приятной боли. Жар и терпкий запах могучего тела Саида укрывает, будто коконом, и будоражит фантазию.

— Не торопи события, — её голос охрип и одновременно звучит умоляюще, чтоб подарил ласку.

Диана пробежалась пальчиками вдоль его рельефного торса, обрисовывая выпуклые контуры. Тоже хочет своего мужчину… Хотя это неуместно в данной ситуации, пока он не выздоровел полностью.

— А я думаю, нам пора наверстать упущенное время, больше чем на неделю выпал из нормальной жизни, — он не намерен отступать. Ничто не остановит.

— Подожди… — девушка нахмурилась. Внимательно взглянула на него, пытаясь увидеть, что же изменилось — сказанная им фраза, показалась странной. И тут догадка осенила: — Неужели, ты всё вспомнил? Правильно понимаю?! — обрадовалась.

— Вспомнил — не то слово. Память, как песчаная буря, внезапно накрыла с головой, закрутила в своём убийственном вихре и прокатила по прошлому.

— Правда, вспомнил? — она широко улыбнулась.

— Помолчи уже, дай насладиться твоей близостью… Как же я сильно люблю тебя, не могу надышаться тобой… — Саид обхватил ладонью её затылок, теснее привлекая Диану к себе, и смачно поцеловал губы, сминая их с властным требовательным натиском, мгновенно подавляя малейшее сопротивление и избавляя от всяких сомнений.

Сейчас для них существуют только они!