Глава 23. Игорь

Время летит незаметно. В нашу жизнь прокрадывается осень. Мы отзываем заявление из Загса, потому что маме не становится лучше. Мы оба приходим к этому решению, потому что невозможно чувствовать себя полноценно счастливыми в день бракосочетания, если с близким человеком произошло несчастье. Но с началом октября что-то неуловимо меняется. Лиза отчего-то напряжена. Смотрит на меня то ли с упреком, то ли с надеждой… А потом уходит в другую комнату.

По утрам она теперь встает вместе со мной. К тому времени, как я появляюсь в столовой, она успевает дожарить яичницу с помидорами. А еще, мне кажется, она немного округлилась.

— Лиз, у тебя все хорошо? — наконец решаюсь поинтересоваться.

Моя любимая женщина удивленно вскидывает брови.

— А что?

— Ты никогда раньше не вставала рано, а теперь завтраки готовишь.

Она грустнеет.

— Понимаешь, в тот день, когда мы попали в аварию, твоя мама сказала, что голодный муж — чужой муж. И я решила, что она права. Да и не спится мне почему-то по утрам, как раньше. Шесть часов — и я глаза открываю без всяких будильников. Не понимаю, что со мной не так? Наверное, стресс так повлиял на организм.

Я подавляю вздох. Мама до сих пор не пришла в сознание. А с отцом я общаться больше не хочу. Не могу простить не измену, нет. Я не могу простить ему то, что он десять лет назад утопил мать, называя это помощью. Ведь мама не была виновата в том, что допустила ее секретарь Янова!

А папа… он все решил по-своему. С выгодой для себя.

Как ни крути, а нам придется разъехаться. Мой помощник уже ищет другой офис.

Мамин мобильник успели расшифровать. Она наняла частного детектива, чтобы следить за Яновой. Хотела, чтобы тот доложил ей, если меня соблазнят.

Все оказалось намного банальнее, чем мама могла предположить.

В то утро она получила фотографии, подтверждающие измену отца.

Мама нервничала, приехала за Лизой, а потом… авария.

Глупая случайность, которой никто не ожидал.

…Лиза делает нам кофе и достает из буфета тарелки. Ставит передо мной чашку.

— О чем ты задумался? — встревоженно интересуется у меня.

Я вздыхаю.

— О маме.

— Хочешь, я сегодня съезжу к ней в больницу? — предлагает Лиза. — У меня все равно день свободен, а у тебя загружен под завязку.

Я внимательно смотрю на нее.

— Спасибо, — произношу с благодарностью. Ловлю ее руку и подношу к своим губам.

Лиза улыбается. Стреляет в меня выразительным взглядом.

— А сколько времени у адвоката до выхода? — она медленно распахивает халат.

Я ощущаю, как в брюках становится тесно.

— Не очень много, но нам с тобой хватит, — выдыхаю хрипло и поднимаюсь из-за стола.

Лиза убирает чашки обратно в рабочую зону, а я ослабляю галстук и заключаю ее в объятия сзади. Она поворачивается ко мне лицом. Я обнимаю ее за талию и распускаю пояс на моем махровом халате, который она так любит надевать по утрам.

— У тебя красивое тело, ты это знаешь? — шепчу ей в губы, оголяя ее плечи.

Не дождавшись ответа, сбрасываю халат на пол и начинаю сминать нежную грудь. Она стала больше, однозначно. На размер, точно.

Лиза морщится.

— Будь, пожалуйста, помягче, — шепчет требовательно.

Я ослабляю напор. Мои губы скользят по ее нежной шее. Язык дерзко дразнит, а ладони призывно поглаживают живот. Все ниже, ниже… Лиза не успевает выдохнуть, как оказывается подсаженной на край стола. Я втираюсь у нее между ног и оглаживаю ее бедра, позволяя ощутить низом живота мою восставшую плоть.

С ее губ срывается тихий стон. Она несколько мгновений смотрит в мои глаза, потом расслабленно подается навстречу. Я запускаю пальцы в ее светлые волосы и притягиваю к себе.

— Хочу тебя, не могу, — шепчу хрипловато ей в губы. Укладываю ее спиной на стол и властным движением развожу ее колени. Оглаживаю внутреннюю сторону ее бедре, скольжу по самым горячим местам, и с ее губ срывается новый стон.

Мои бесстыдные ласки делают свое дело — Лиза пылает от желания. Она впивается пальцами в столешницу отдается во власть нашей страсти. Я не заставляю себя ждать — врываюсь в нее и насаживаю на себя.

Рваные рывки заставляют ее забыться. Она вскрикивает от наслаждения. Я ощущаю, как ее промежность сводит горячими спазмами. Она обхватывает коленями мои бедра. Несколько рывков, пара из них в унисон, и я с хриплым стоном обрушиваюсь на нее тяжестью своего тела.

Лиза лежит на спине, обессиленная и растрепанная, но ее глаза горят порочным огнем.

— Если я забеременею, тебе придется на мне жениться, — приподнявшись на локте, она прожигает меня острым взглядом.

Я хмурюсь. Заправляю рубашку в брюки.

— Лиз, мы обязательно распишемся, — обещаю уклончиво. — Вот только мама придется в себя, и сразу же отправимся в Загс, обещаю. А пока присмотри платье, ладно?

Лиза соскальзывает со стола и поднимает с пола мой халат.

— Посмотрю что-нибудь скромное на маркет-плейсах, — обещает уклончиво.

Я хмурюсь.

— Может, выберешь что-нибудь подороже, чем скромное платье с маркет-плейса?

Лиза запахивает халат.

— Мне неловко, Игорь. Мама твоя в больнице, вы с отцом разошлись в разные стороны, а я буду платье себе подбирать. Не могу! — разводит руками, а потом слишком громко хлопает дверью ванной комнаты.

Я медленно расставляю тарелки и достаю столовые приборы.

Честно говоря, иногда я ее не понимаю. Вроде же договорились, что свадьбу пока отложим. Лиза была за. Горячо меня поддерживала, а сейчас… иногда нет, нет, да мелькнет, проскользнет в ее словах упрек.

Меня расстраивает, что мы не можем сейчас сыграть свадьбу. Я хочу, чтобы у Лизы было красивое платье. Хочу, чтобы она светилась от счастья. Дурацкие обстоятельства! Иногда я не знаю, на кого больше злюсь — на маму, или на себя за то, что прошу отсрочку.

«Может, просто пойти и расписаться без всяких нарядов и пышных празднеств? Позовем Глеба с женой, Марата с Надей? Тихо посидим по-семейному. И Лиза наконец успокоится…» — размышляю угрюмо.

Вспоминаю, что мама хотела для нас с Лизой пышную свадьбу, и отгоняю мысли о тихой росписи. Может, если подождать еще немного, мама очнется?

«А с другой стороны, так ведь можно прождать годы? А я обещал Лизе, что мы поженимся», — корю себя. Нет, все же, я иногда себя ненавижу за глупую нерешительность в семейных вопросах.

…В офисе все, как обычно. Мы упорно ищем другое помещение, но сентябрь — горячая пора для всяких начинаний. Помещения разобрали еще в начале августа, а то, что осталось — или дорого за аренду, или совсем не подходит под наши запросы.

В перерыв между консультациями я выхожу в холл, взять кофе в автомате. И сталкиваюсь с отцом.

— Привет, Игорь, — он сдержанно кивает.

Я киваю в ответ и отвожу взгляд.

Мы не общались с тех пор, как я нагрянул ночью с фотографиями. Две недели играем в прятки, но сегодня никуда друг от друга не деться — вместо судебных заседаний у нас консультации в офисе.

— Я слышал, вы ищете другое помещение? — он посматривает на меня.

— Да. Но пока безрезультатно, — ухожу от ответа.

— Как мама? Я вчера был у нее, все без изменений.

— Зачем? — перебиваю его колко. — Зачем ты к ней ходишь?

— Она моя жена, Игорь. Ничего не изменилось. Да, у меня есть другая женщина, но по факту законный брак у меня с твоей матерью.

— Если ты снова предашь маму и начнешь помогать Яновой, ты мне больше не отец, ясно? — цежу холодно сквозь зубы.

Отец закатывает глаза.

— Игорь! Ну, что ты, как маленький? Честное слово, сын. Есть мама, есть Оля. Я чувствую себя ответственным за обеих. Олю я не оставлю без помощи.

— Тогда не смей больше ходить к матери, ясно тебе?

— Нет, не ясно. Мама тоже нуждается в заботе.

— Не в твоей!

— Не будем спорить. Я только хотел сказать, что вы можете не искать новый офис. Съеду я. Старый офис снова свободен, и моя команда вернется туда.

— Спасибо за благодетельство, но мы и сами справимся. Не хочу чувствовать себя обязанным, как твоя любовница.

У отца во взгляде мелькает сталь.

— Прекрати нести ерунду. У нас с тобой не получится сотрудничать, если ты будешь воспринимать все события моей личной жизни, как капризная девчонка.

Я фыркаю. Забираю кофе и громко хлопаю дверью.

Нам надо переезжать в другой офис. А еще лучше в другой город. Надеюсь, мама поправится и подаст на развод.