ГЛАВА 4

Буквально через час я оказываюсь в своем кабинете. Там, где мы с Мышкой провели много счастливых дней. Там, где мы чем только не занимались... А сейчас эти стены давят. Даже дышать становится нечем. Что бы я только не отдал, чтобы вернуть те дни. И свою Мышку.

Мозг отказывается соображать. Я не могу принять тот факт, что родители Алены предали ее снова. Вспоминая тот самый день, когда я сильно накосячил, прихожу к выводу, что Алена тогда уже знала о сестре. О новой семье своих родителей. Ведь из-за того, что мать выбрала не ее, а именно Аню, она говорила, что понимает Сережу. Поэтому начала разговор, но до конца ничего не объяснила. Я же подумал, что она уже встретилась и пообщалась с братом. Думал, между ними действительно что-то есть. Идиот, млять!

Так, стоп. Что-то не складывается пазл. Анна намного старше Алены. Минимум на года три-четыре. Что же это значит? Они не родные? То есть...

— Чер-р-рт! — рявкнув себе под нос, откидываюсь на спинку кресла и завожу руки за голову.

Прикрываю на секунду глаза, и сразу перед ними появляется лицо Алены. Моя девочка... Чистая моя...

— Роман Константинович, — дверь распахивается, и внутрь заходит Лиза. — К вам гостья, — уголки ее губ, накрашенные розовой помадой, дергаются. Она сжимает челюсти, останавливается у прохода. — Заходите, Анна.

Подруга Алены даже не оборачивается в сторону девушки, а просто сверлит меня ненавидящим взглядом. Хмыкнув, она покидает кабинет, напоследок захлопывая дверь.

— Привет, — улыбается моя «невеста». — Прости, я не вовремя?

Рассматриваю с ног до головы, останавливая глаза на лице. Нет, она совсем не похожа на Алену. Они не могут быть сестрами — это уж точно.

— Все нормально. Я как раз хотел с тобой поговорить. Присаживайся, — рукой указываю на диван, но она садится прямо на стол.

Снова улыбается, демонстрируя ряд белоснежных зубов. Что она себе позволяет вообще? Кем себя возомнила?

— Тут удобнее, — пожимает плечами. — Я тоже хочу поговорить, поэтому пришла.

Ненавижу таких девушек. Зачем надела эту юбку, которая даже половину бедра не закрывает? Какой легкомысленный поступок. Неужели думает, что привлечет мое внимание таким образом?

— Во-первых, зачем ты в социальной сети опубликовала нашу фотографию? — скрещиваю руки на груди. Кулаки автоматически сжимаются в кулаки от того, как эта дама улыбается еще шире. — Мало того, еще и чушь какую-то написала. Удаляешь немедленно.

Знаю, что Алену именно это задело. Но я ей докажу, что между мной и ее сестрой ничего не было. И почему-то я уверен: она тоже за все это время Серегу близко к себе не подпускала.

— Во-вторых!

Поднимаюсь и отхожу от греха подальше. Я еще не забыл, как Даша прыгнула на меня здесь же, в моем кабинете, в тот момент, когда Алена зашла. Сегодня Мышка тут точно не появится, но все же мне лишние проблемы не нужны. Эта девушка не увидит от меня взаимности в первую очередь из-за того, что мое сердце принадлежит только Алене. Во вторую — я не люблю таких легкомысленных дамочек.

— Тебе нравится весь этот цирк? — подхожу к окну и бросаю взгляд на небо, на город, который виден отсюда великолепно. Стою спиной к Анне. — Ты вроде бы не глупая, но ведешь себя именно так. Почему ты все это делаешь? — оборачиваюсь лицом к ней. Она сидит так же на столе, но теперь закинув ногу на ногу. — Нормально сядь. На диван, — рявкаю так, что она вздрагивает. — Как девка одноразовая. Зачем пришла, говорю? Чтобы я тебя прямо на столе?..

Дальше не договариваю. Она встает и садится на диван. Молча. Еще и глаза закатывает. Будь на ее месте нормальная девушка, не пропустила бы мимо ушей сказанные мною слова.

— Я не делаю ничего плохого. Ты мне нравишься, не скрываю. Это факт. Но ты, походу, все же думаешь, что вернешь Аленку? — задумчиво тянет она. — Нет, не вернешь. Она тебя не простит, а это значит, что шансов нет. Счастлива ведь с Сережей. Не лезь к ним.

Она действует как брат. Знает, куда и как надо бить, чтобы выгнуть пополам.

— Аня, — достаю из кармана пачку сигарет. Ненавижу эту гадость, никогда не курил, но последние несколько недель не могу контролировать себя. Нужно как-то отвлечься, занять руки, иначе я просто не выдержу и придушу эту сучку, которая, откровенно говоря, флиртует. Смотрит так, будто готова отдаться мне прямо здесь и сейчас. — Единственная моя ошибка — это то, что я согласился с тобой сфотографироваться. А сделал я это лишь потому, что на нас смотрели несколько пар глаз. Если бы я тебе отказал... как бы ты себя почувствовала? Но теперь понимаю: зря. Нужно было послать всех далеко и надолго. В том числе и тебя, и даже своего отца.

— Я тут ни при чем...

— Ты взяла тот снимок и опубликовала на своей стене, так еще и чушь снизу написала. Что значит «я ни при чем»?

— Ром, — она встает и подходит вплотную. — Никакая девушка на моем месте не отказалась бы. Красивый парень, успешный и обеспеченный. Ну согласись, а? — проводит пальцем по моей груди. Ловлю ее руку и отталкиваю от себя. Сучка! — Никто не отказался бы.

— Мне плевать на всех! Ты ведь изначально знала, кто я такой? Что у меня были отношения с твоей сестрой? Точнее... Ну какая там сестра? Она тебе никто. И тебе все равно, что она может почувствовать, увидев нас вместе.

— А тебе разве не все равно? Господи, Ром, прекрати прикидываться. Ты же сам хочешь сделать ей больно, иначе... Давно бы сделал ее своей! Но ты этого не делаешь! Сам послал ее далеко и надолго. Сам вынудил выйти замуж за своего брата! Сам! Ты все сделал сам! А теперь ведешь себя как святой. Но ты ни хрена не святой. Ты в первую очередь виноват во всем этом! А еще... Это была не моя идея обручиться с тобой. И даже не идея моего папы. Это предложение сделал твой отец, а я, да, согласилась! Отступать не собираюсь! Фотку удалять тоже! А надпись тем более!

— Сбавь тон, — цежу сквозь зубы, швыряю в сторону окурок. — Сбавь тон, сука. Не думай, что между нами что-либо будет. Не будет. Никогда. И да. Я совершил ошибку. Но я ее исправлю. Чего бы мне это ни стоило! Ты...

— А мы еще посмотрим, кто с кем будет в конце. Алена тебя никогда не простит, вбей это себе в голову! — указательным пальцем тычет у виска. — Не будет!

Забирает свою сумку и выходит из кабинета.

Анна права. Во всем виноват именно я. Но пора уже действовать как нормальному мужику. Нужно узнать, почему Алена до сих пор не разводится с Сережей. Ведь я не выполнил то, что обещал...

— Можешь позвать Лизу? Нужно кое-что обсудить, — прошу Кирилла.

Друг морщится, откидываясь на спинку кресла. Поднимает ноги и закидывает их на стол.

— Зачем? — вопросительно выгибает бровь. — Слушай, дружище, я, конечно, люблю вас с Аленой, но я звездец как устал от вас. Лиза стала такой невыносимой... Постоянно тебя упоминает и матерится.

— Ну и пусть. Мне нужно об Алене некоторые подробности узнать, Кир. Поговорю с твоей девчонкой и уйду. Не тяни, а? Позови. Меня она ненавидит, даже близко не подойдет, если попрошу ее зайти в твой кабинет.

Он нехотя достает мобильник из кармана. Выдохнув, шумно сглатывает. Что-то печатает на экране, а потом швыряет телефон на стол.

— Не думаю, что придет. Мы с ней в ссоре. Задолбался, честное слово.

— Ребята сказали, ты вчера кого-то избил. Из-за нее. Правда?

— Ну да. Какой-то пацан пьяный приставал. Она бы никогда не сказала мне, я сам увидел. Как раз мне разрядка нужна была.

Сжимает руки в кулаки, и я только сейчас замечаю разбитые в кровь костяшки.

— Избил? Мне кажется, прикончил.

— Если бы Дан не пришел, то да, прикончил бы, — уверенно заявляет. — Ты о чем с Лизой говорить будешь?

— Хочу знать, почему Алена не разводится. До сих пор с ним живет. Нужно с Мышкой наедине остаться, серьезно обсудить все. И прошлое. И настоящее. И будущее.

— Ром... — не успевает договорить.

Дверь открывается, и подруга Алены заходит внутрь.

Девушка скрещивает руки на груди, поджимает губы. Смотрит на меня точно так же, как несколько минут назад в моем кабинете, а потом переводит взгляд на Кирилла.

— Ты из-за него, что ли, меня позвал? — кивает в мою сторону. — Чего хотите?

— Лиз, — тру пальцами переносицу. В голове много чего не укладывается. Есть нестыковки. — Сядь, пожалуйста, я просто хочу кое-что понять. Алена меня к себе не подпускает. Знаю, поступил по-скотски, но пытаюсь хоть как-то исправиться. Помоги, а? Мне нужна информация о твоей подруге.

— Подруге? — дерзко усмехается девушка. — О моей подруге? — повышает голос. Ее глаза начинают блестеть. — Какая подруга?! Мы ее потеряли! Мы потеряли не только друга детства, но и сестру! После твоего подлого поступка она просто взяла и ушла. Приняла твое условие! Ты ей не оставил выбора, понимаешь? За весь тот месяц, который она жила в Москве, мы смогли связаться с ней от силы три раза! Потому что она избегает всех! Она осталась совсем одна! Ни с кем не общается, не встречается! Ни-че-го! Просто замкнулась. Господи...

Из ее глаз текут слезы. Она их вытирает, размазывая косметику по лицу. А мне больно. Да, я знаю, что лоханулся. Но еще хуже становится из-за того, что все тычут в мою рану пальцем, подсыпают соль.

— Вроде бы обещала сегодня с нами встретиться, — разводит руками, шмыгая носом. — Но ее нет! Потому что знает: мы закидаем ее вопросами! Мы не можем равнодушно стоять в стороне. Если уж не получится, то просто вынужденно приедем в ваш дом. Не удивляйтесь, если мы будем штурмовать!

— То есть... — устало потираю лицо рукой. Встаю и отхожу к окну. — Ты думаешь, между Сережей и Аленой ничего не было?

Лиза округляет глаза от удивления. Несколько раз глубоко вздыхает.

— Какой же у тебя друг подонок! — бросает Кириллу. — Ты идиот? — обращается ко мне. — Нет, ну ты реально идиот! Ненормальный! Ты Алену совсем не знаешь? Да ты ее хотя бы любил, а? Если бы любил, то был бы уверен, что она не такая! Она не скачет из одной кровати в другую! Она не спит сегодня с одним, завтра с другим! Но откуда тебе это знать? Для вас, братьев, она всего лишь кукла. Игрушка! Бесчувственная такая! Безвольная! Тряпичная! Можете швырять ее в любой угол, как-никак, она даже не станет сопротивляться. Да, Рома? Зачем ты так с ней? Почему? — последние слова кричит.

Кирилл подходит к ней, замечая, что Лиза уже не контролирует свои эмоции. Плачет, истерит. Будь ее воля, накинулась бы на меня с кулаками.

После сказанных ею слов я сам сомневаюсь в своей любви. А ведь умом понимаю, что Аленка не такая. Но что-то меня останавливает. Сам не соображаю, в чем дело.

— Я очень надеюсь, что она тебя не простит! Чтобы ты, как черепаха, полз, твою мать! Но я уверена на сто процентов! Она тебя близко не подпустит! За первую операцию бабушки она расплатилась телом. За вторую... вышла замуж за твоего брата. Не дай бог, если с женщиной что-то случится и Алена будет нуждаться в деньгах, я даже представить не могу, что вы потребуете от нее в этот раз! Да чтоб вы сдохли!

— Лиз, успокойся. Ты чего? — успокаивает ее Кир. Усаживает на диван, а сам рядом. Гладит руками волосы, прижимает к себе. — Давай без всех этих проклятий? Думаю, Рома получил ответы на свои вопросы. Да, Ром?

Он незаметно кивает на дверь, мол, уходи. Но...

— То есть Алена с ним из-за того... — замолкаю на полуслове, еле сглатываю образовавшийся ком в горле.

Я не оплачивал вторую операцию. Я... не сдержал свое слово. Не смог. Уехал в Москву к маме, а потом... Потом забыл. Взял и забыл, будь я неладен! А когда приехал в Питер, бабушку Алены уже выписывали из больницы.

Черт раздери! Если Алена об этом узнает, то совсем возненавидит меня. Теперь уж точно никогда не простит. Но... Может, разведется с Сережей?