Глава 15

Поездка действительно занимает очень много времени. К счастью, в машине для ребенка есть автокресло, в котором мы размещаем его с относительным комфортом. Я испытываю огромное облегчение, когда Булат едет с нами, а не отправляет меня с этим Сашей Макаровым одну. Малыш спит минимум три часа по дороге и, пользуясь случаем, я следую его примеру, а когда просыпаюсь, мы уже въезжаем на территорию огромного белого дворца, подобных которому я видела только фэнтезийных фильмах.

– Неплохо Асхаб устроился, да? – ухмыляется Макаров.

– Он всегда любил выпендриваться, – посмеивается Булат.

Когда мы выходим из машины, нас встречает целая делегация из мужчин восточной внешности во главе с настоящим великаном, производящим пугающее впечатление. По оживленному разговору Булата с ним и радушным объятиям, я понимаю, что это и есть Асхаб. У него большое тело, не уступающее высокому росту, облаченное в традиционные одежды, представляющие из себя длинную тунику с накинутым сверху подобием халата, и густая черная борода, практически скрывающая все его лицо до глаз. Голос такой хриплый, что слова едва можно разобрать. Ну просто типичный злодей из старых боевиков!

На меня с малышом никто не обращает внимания. Булат коротко просит меня пойти за подошедшей женщиной и уходит с мужчинами. Меня же, молчаливая женщина средних лет очень долго ведет через весь этот огромный дворец до отдельного крыла, огороженного стеной от основного дома, и оставляет, все так же молча, в роскошной спальне с соответствующим антуражем в стиле восточной сказки.

Через несколько минут появляется другая женщина, говорящая на английском, и я объясняю ей, что нужно приготовить бутылочку для ребенка. Асад пока не буянит, но я знаю, что он вот-вот попросит кушать своим требовательным криком. Отказавшись от еды для себя, я кормлю львенка и тупо сижу, дожидаясь хоть кого-нибудь, кто объяснит, чем я могу здесь заняться, потому что горничная не нашлась с ответом, когда я задала этот вопрос ей. Только принесла наши вещи в многочисленных пакетах. Думаю, хоть раз Тагиров должен прийти хотя бы для того, чтобы попрощаться перед своим отъездом, ведь он сказал, что уедет, устроив нас с Асадом, что может сделать уже сегодня.

Телефон, который он мне купил вместе с нижним бельем, имеет рабочую симку и подключенный интернет. Я знаю, что должна рассказать все Лизе, но не могу заставить себя сделать это. Пока не могу. Слишком уж напряжена из-за того, что Булат может так и не появиться, бросив нас с малышом без каких-либо объяснений. Но, к моему огромному облегчению, он приходит меньше, чем через час.

– Ну, как вы устроились? – спрашивает Тагиров, заходя в спальню и закрывая за собой двойные двери.

– Нормально. Долго нам здесь находиться?

– Это гостевое крыло дома, – говорит мне Булат. – Сегодня вы заночуете здесь, но не пугайся, когда тебя переселят на женскую половину. Это ничего не значит, просто прислуге будет удобнее за вами ухаживать, да и общество тебе не помешает.

– Как долго мне тут жить? – уточняю я свой вопрос, хотя уверена, что он понял и с первого раза.

– Я не могу назвать точных сроков, Вита, – приближаясь к кровати и садясь по другую сторону от лежащего рядом со мной малыша, отвечает он. Его пальцы играют с крошечной ручкой львенка, пока он говорит, не отрывая взгляда от сына. – Потому что сам не знаю. Но я не планирую оставлять тебя здесь дольше необходимого. Если в течение двух недель я не появлюсь, не дам никак о себе знать, Асхаб организует твой отъезд обратно в Дубай. Саша – юрист. Он проследит за тем, чтобы ты получила все, что тебе причитается, как моей жене. И, прежде чем ты разозлишься, да, теперь ты моя официальная жена, Вита. Я сделал это ради того, чтобы обеспечить достойное будущее для своего сына и законно передать тебе свои активы.

– Ты планируешь умереть? – скрывая страх за издевкой, спрашиваю я.

– Нет, я не планирую умирать и не хочу этого, но сейчас никто не может дать гарантий моей безопасности, поэтому я перестраховываюсь, как и всегда. Ты в любом случае получишь недвижимость и деньги. Много денег. Я не оставлю вас ни с чем, Вита. Мой сын не должен в чем-либо нуждаться.

– Откуда ты знаешь, что я не брошу его и не заберу все себе? – спрашиваю с вызовом. – Думаешь, что можешь доверять мне? Я тебя ненавижу. Я могу отомстить тебе, оставив твоего наследника ни с чем.

Булат смотрит на меня сардонически и приподнимает уголок рта в легкой ухмылке. Я чувствую себя настоящей дурой под этим взглядом, но не сдаюсь, в упор глядя на него.

– Ты все еще та женщина, которую я называл нежной фиалкой, Виталина Сергеевна, – тянет он. – Обросла шипами, но внутри все та же. Я знаю, что ты слишком добра и совестлива, чтобы поступить так. На самом деле, сейчас ты единственный человек, которому я могу доверять, даже несмотря на твою ненависть ко мне. Потому что тебя я знаю, как себя самого. Может даже лучше, чем себя самого, потому что я меняюсь каждый день и не всегда в лучшую сторону, а ты… Ты постоянная, Вита. Внутри, тебя даже предательство не смогло изменить и сделать жестче или злее.

– Ты ошибаешься, – качаю головой, уязвленная его словами.

– Нет, не ошибаюсь, – не соглашается он.

– Расскажи мне, что происходит, – перевожу тему. – Сейчас, когда мы наедине и ты вполне можешь не выйти живым из той заварухи, в которую превратил свою жизнь, ты можешь ответить на мои вопросы, Булат? Я не хочу задаваться ими всю жизнь.

– Могу, – удивляет меня он, потому что я думала, что придется спорить и требовать. – Ты их заслужила, Вита, но это долгая история. И кровавая.

Мне все равно. Я хочу знать все факты, какими бы ужасными они не казались простому человеку, вроде меня, не привыкшему, что члены одной семьи могут быть так жестоки друг к другу.

– Я слушаю.

– Как ты знаешь, у меня было несколько братьев, – начинает он. – Джалал самый старший, его родила первая жена моего отца. Потом Селим и я. Отец никогда не объявлял своего преемника, но все и так знали, что им будет Джалал. Не потому, что он старший, а потому что именно он оправдывал все его ожидания. У Селима недоставало жесткости и амбиций, а я… Я просто не хотел даже вступать в эту борьбу, мне всегда хотелось жить где-нибудь подальше от них. Не знаю, почему вдруг Джалал решил все решить путем насилия, но он убил Селима и пытался убить меня, но я случайно ударил его собственным ножом в пылу драки и до смерти отца был уверен, что убил его.

Мне становится плохо при мысли, что брат может убить брата. Я смотрю на Булата во все глаза, гадая, как же я связалась с этим человеком. Я совсем его не знала, в который раз убеждаюсь в этом. Он даже эту жуткую историю рассказывает совершенно бесстрастно, словно это сказка на ночь, а не реальные события из его прошлого.

– Почему ты думал, что убил его? – спрашиваю непослушным языком.

– Потому что папа мне это сказал. Джалала доставили к врачу, но он сказал, что его не удалось спасти. Мой брат умер для всего мира, но на самом деле отец сохранил ему жизнь, спрятав под охраной в одном из своих домов. Эдакая роскошная тюрьма для непослушного любимого сына, которого нужно проучить. И плевать, что он убил Селима! Я только в день смерти отца узнал обо всем, потому что Джалал сбежал, пробрался в наш дом и всадил ему нож в сердце за то, что он посмел держать его взаперти.

– Боже!

Меня пробирает дрожь при мысли, что этот страшный человек, убивший отца и брата, находился так близко ко мне. И он похитил Азу!

– Булат, он же забрал Азу! Что он с ней сделает? Он может убить и ее тоже?

– Я не знаю, – вздыхает Тагиров. – Мои люди уже определили, где он ее держит. Территория Ахметовых. Сам Джалал уехал сразу же, но она под охраной. Сейчас планируется план захвата и я надеюсь, что он не будет мучить ее до того, как мы успеем вытащить Азу.

– А он может?

– Может, – прямо встречает мой вопрошающий взгляд мужчина. – Я не знаю точно, что именно он с ней делал, но после его так называемой смерти Аза была в ужасном состоянии. Боялась даже своей тени, впала в такую депрессию, что потеряла ребенка, которого ждала. Он плохо с ней обращался, налицо все признаки насилия.

Меня мутит при мысли о том, что пришлось пережить этой милой девушке. И что еще с ней может сделать этот неадекватный мужчина.

– А твои люди смогут ее спасти?

– Смогут, – уверенно отвечает Тагиров. – Я поручил это наемникам, так что это даже не совсем мои люди. Своим я не могу больше доверять, что мы выяснили на опыте вчерашней ночи.

– А Ахметовы? Откуда они взялись и почему помогают твоему брату?

– Ахметовы – старые конкуренты отца, – продолжает рассказ Булат. – В прошлом году они решили зарыть топор войны и предложили брак между своим сыном и моей сестрой Раяной. Отец согласился и свадьбу сыграли. Она сразу же забеременела и четыре месяца назад связалась со мной, умоляя о помощи. Ее муж бил ее и она боялась потерять ребенка. Папа не захотел вмешиваться и мне запретил это делать, но я наплевал на все и тайком увез ее, но все пошло коту под хвост, потому что ее муж следил за ней и бросился в погоню, чуть не скинув нас с моста. Авария была ужасной, я выжил, а она нет. Умерла через несколько часов в больнице вместе с нерожденным ребенком.

Желчь, бурлящая в моем желудке, поднимается к горлу. Мне сложно принять то, что весь этот ужас может случиться с кем-то в реальной жизни. Что они вообще за люди такие и почему из-за таких всегда страдают женщины и беззащитные дети?

– Ты в порядке? – спрашивает Булат.

– Нет, не в порядке, – качаю головой, борясь со слезами. – Что вы за люди такие, Булат? Почему вы готовы убивать из-за денег и власти?

– Дурное семя, – усмехается он. – Мы порченые, Вита. Без совести и без морали. Но ты не такая, не так ли? И он не будет, если вырастет рядом с тобой.

Он кивает на львенка, спокойно лежащего рядом, жуя свои крохотные пальчики, и я едва сдерживаю слезы, запрещая себя представлять, во что они его превратили бы, живи он рядом с таким дедом и дядей.

– Что было дальше? – возвращаюсь к теме разговора, чтобы спрятать эмоции и поскорее разделаться с этим. – Зачем Ахметовым помогать Джалалу?

– Я так полагаю, они планировали устранить меня и отца, а потом прибрать все к рукам. Ребенок Раяны, как внук отца, служил бы символом их прав. Мужья других моих сестер не смогли бы противостоять клану Ахметовых, но сначала я, украв Раяну, а потом Джалал, убив отца, спутали им все планы. Полагаю, заручившись их помощью, Джалал пообещал им жирный кусок. Чего он не понимает, так это того, что его убьют, как только он станет ненужным. Ахметовы хотят все.

– А ты от всего избавляешься, так? Они разве не знают об этом?

– Теперь знают, – злорадно улыбается Булат. – Я превращаю все в деньги, а то, что нельзя продать просто отдаю. Они хотят наш налаженный теневой бизнес, Вита, влияние, которое распространяется на многих людей. Хотя меня и недооценивают, я смог бы продолжить так же, как и отец, но Ахметовы, родив ребенка от моей сестры, не получили бы, как бы им не хотелось так думать, того же, что и один из сыновей Булата Тагирова. Они плебеи в этой сфере, им не доверяют.

Я не в первый раз замечаю, что Булат не говорит прямо, чем именно занималась их семья, но после его рассказов я и не хочу знать. Уверена, ничего хорошего там нет. В голову лезут всякие ужасы и я не хочу находить им подтверждения.

– Что же теперь будет? Ты говорил, что хочешь посадить Джалала за его преступления. Это реально?

– Реально, – уверенно отвечает Тагиров. – И я так и сделаю.