30

Я вышла на коридор, и долговязый рыжий детина, сидящий у противоположной стенки, тут же вскочил, широко улыбаясь.

— Я Баг, — представился он.

— Эврика.

— Знаю, — ответил он, приглаживая длинные усы, жесткие, как проволока. Его голову, выбритую по бокам, разделяла рыжая коса, украшенная бусинами. — Валд попросил меня приглядеть за тобой.

— А где он?

Баг загадочно улыбнулся, подвигал бровями и прошептал:

— Он готовит тебе сюрприз.

— Что-то связанное с обороной замка? — спросила я.

— Что? Нет, конечно, нет, — удивился Баг. — Намекну — это то, что было утеряно.

Хм. Я пошла по коридору, а Баг пристроился рядом, размахивая длинными ручищами. Его желтая рубашка была яркой, как перья канарейки, и я вспомнила, что видела такую же ночью, когда Валд уносил труп Кастора из нашей спальни. Что ж, похоже, мой муж полностью доверяет Багу. А тот кашлянул и сказал:

— Я Валда с детства знаю. Отличный парень. И станет прекрасным мужем. Он внимательный, заботливый, сильный…

Я искоса на него посмотрела. Он что, рекламный менеджер моего варвара?

— …лучший объездчик коней. Во время прошлого отлива сумел заарканить вожака табуна — дикое злобное чудовище, чуть ногу мне не отгрыз. А Валд вскочил на него, обхватил шею бедрами, закрыв жабры, так что тот не смог уйти на глубину, вцепился в гриву…

Я состроила печальную физиономию:

— Как грубо! Бедная лошадка!

— Нет-нет, — испуганно возразил Баг. — Валд очень нежный! Кхм… Чуткий. Ласковый. Сейчас этот конь ест у него с рук и ржет, когда его видит. Валд ездит на нем почти каждый день, и конь послушен и радостно выполняет команды.

— Каждый день? — повторила я. — Наверное, у Валда много забот.

— Конечно, — подтвердил Баг. Мы свернули на лестницу и пошли вниз. — Он отвечает за воинов, командует охотой. Рыбалкой больше Ампер занимается, но если намечается что-то важное, вроде загона карраша, то без Валда не обойтись.

— У него, похоже, совсем не останется времени на жену, — пожаловалась я и притворно вздохнула. — Вот и сейчас, вместо того, чтобы самому сопровождать меня в храм, он переложил это на своего друга.

— Мы идем в храм? — удивился Баг и спохватился. — Он найдет время на тебя! Вот ночью он совершенно точно будет свободен. — Баг вдруг слегка покраснел и добавил: — А еще Валд хорошо танцует.

Я улыбнулась.

— А вышивать умеет?

Рыжий нахмурил брови.

— Это вряд ли. Но если надо — научится. Ему все удается! А как он владеет мечом!

Я не сумела сдержаться и расхохоталась. Каменные своды пирамиды подхватили мой смех и повторили его, унося под крышу затухающие отголоски эха.

— Эврика, — недоумевающе произнес Баг. — Что я такого сказал?

Успокоившись и вытерев подступившие слезы, я глубоко вдохнула и покачала головой. Еще не хватало, чтобы из-за угла выскочила подтанцовка и стала петь «Дай Валидолу, дай». Интересно, Валд его попросил, или это личная инициатива? Почему-то я думала, что скорее второе.

Баг распахнул передо мной резные двери храма, и я поежилась, прогоняя всплывшие воспоминания. Пройдя через темный коридорчик, вошла в сам храм. Сейчас здесь было пусто и светло. Пылинки кружились в столбах света, проникающих через окна в стенах и крыше. На лавках никого не было.

— Не время для молитв, — пояснил Баг. — Все работают.

Я пошла прямиком к алтарю. Была у меня одна отчаянная надежда. Раз уж над пирамидой есть работающая батарея, так, может, медицинская капсула, которая служит алтарем, подключена и еще функционирует? Для ковчегов их делали максимально надежными, пусть даже в ущерб возможностям. Я обошла алтарь, откинула кружевную салфетку, закрывающую пульт. Что тут у нас? Рычаг включения, дисплей, несколько кнопок. Выдохнув, я подняла рычаг вверх.

— Говорят, что раньше алтарь мог исцелять, — сказал Баг, глядя на мои манипуляции. — Еще в те времена, когда богиня приходила к людям.

Я обернулась на икону с ликом Фернанды. Очень похожа. Могли ли люди принять голограмму за богиню, если их уровень развития не позволял даже представить существование таких технологий? Запросто! Но ведь они знали, что Фернанда собой представляет. Они летели с ней на Ковчеге, где суть ее работы заключалась в обеспечении жизнедеятельности и максимальном удовлетворении потребностей всех членов экипажа. Я невольно хмыкнула. Если бы я заявила Фернанде такое, она бы мигом загрузила меня работой по самое не хочу, чтобы времени на потребности не осталось.

— В нем больше нет божественной силы, — сказал Баг, когда я потыкала кнопки и снова подергала рычаг вверх-вниз.

— Ну конечно, — расстроено протянула я. Божественная сила. Или таурилл. Вещество, которое загружается в капсулу, и из которого она получает энергию для биоволн. Сдернув салфетку вовсе, нашла квадратный контур приемника. Нажала на него ладонью, и крышка приподнялась и отъехала в сторону. Пусто. Все мои надежды по-быстрому очистить организм пошли прахом. Придется перетерпеть полный срок месячных.

Расстроено цыкнув, закрыла крышку, и вдруг капсула еле слышно загудела, а на дисплее замигал красный ноль. Ага! Значит, подключена! Вот только заправить надо. Без таурилла толку от нее никакого. Я перевела рычаг в нижнее положение, и капсула перестала гудеть. Вернув салфетку на место, я повернулась к Багу и только сейчас заметила, как он смотрит на меня: зеленые глаза чуть не лезут из орбит, усы встопорщились, как у кота.

— Что. Это. Было, — раздельно произнес он.

Вот же… Соврать? Сказать правду? Желтая рубашка, значит, он кто-то вроде ученого-изобретателя, и вчера Валд говорил о его идеях насчет колючего тарана, так может, стоит подтолкнуть мысли Бага в нужном направлении? Тем более он лучший друг моего мужа, и тот ему доверяет.

— А что если алтарь — это вовсе не алтарь? — произнесла я, наблюдая за реакцией Бага.

— А что? — в зеленых глазах, все также расширенных от ужаса, промелькнул интерес.

— Нечто вроде инструмента. Такое приспособление, которое может исцелять, но не волшебной силой богини, а с помощью науки.

— Оно сияло! — воскликнул Баг. — Я видел знак огненного кольца! Это символ бездны!

— Это ноль, — вздохнула я.

— Ты нечистая, — выпалил он. — Порождение зла!

— Сам ты нечистый, — рассердилась я. — Вон передвинь рычаг и получишь тот же эффект. И вообще, разве может алтарь богини быть грязным?

Баг сопел так сильно, что кончики его рыжих усов развевались. Закатав рукава, он подошел к алтарю, взялся за рычаг.

— Только не дергай резко, поломаешь, — буркнула я. Мало ли, вдруг когда-нибудь найдется гений, способный синтезировать таурилл.

Баг плавно сдвинул рычаг вверх и отдернул руку, будто обжегшись.

— Опять! — воскликнул он. — Горящее кольцо!

— Ноль, — кивнула я. — Не хватает вещества для заправки.

Он снова посмотрел на меня безумными глазами.

— Ваши кони, они что едят? — спросила я.

— Рыбу, — ответил он. — Водоросли. Мясо. Но мясо лучше не давать, иначе становятся агрессивными и кусаются.

— Вот. Как вашим коням нужна рыба, так и этому инструменту нужна еда.

— Эврика, — выдохнул Баг. — Что ему нужно? Я все достану!

— Таурилл, — ответила я, опуская рычаг вниз и выключая капсулу. — У вас нет такого.

— Откуда ты все это знаешь? — с подозрением спросил он.

— В монастыре рассказали, — ответила я. Живот заныл с новой силой, и я, морщась, помассировала его ладонью по часовой стрелке. — Баг, покажи мне замок. Только не залы и картины с коврами, а что-нибудь эдакое, с божественной силой, которая ушла.

— Понял, — кивнул он. — Откуда начнем, с первого уровня или с крыши?

— Давай с крыши. И знаешь, я расскажу тебе кое-что о шаре богини. Мне кажется, тебе понравится.

Поправив салфетку на капсуле, я пошла прочь, но вдруг повернулась, осознав некую неправильность. На «Арго» Фернанда «носила» серый комбинезон, как все мышки из обслуживающего персонала. Здесь же, на иконе, ее одежды были ослепительно белыми.