34

Женщина смотрела на меня светлыми водянистыми глазами, в глубине которых отражались огоньки свечей моего канделябра.

— Мне нужен отвар, — сказала я, собравшись с духом. — Чтобы не забеременеть.

— Жена Валидола, — произнесла женщина неожиданно мелодичным голосом.

Я кивнула. Она пялилась на меня еще какое-то время, а потом исчезла в темноте. Я повела канделябром, рассматривая помещение. Шторы были наглухо задернуты, и свет трех лун не проникал в узкую, как пенал комнатушку. Кровать у стены, шкаф, заставленный бутылками, склянками и плошками, возле которого копошилась женщина, — вот и вся обстановка. Я чихнула. Пахло травами и еще чем-то приторно сладким.

— Вот, — Карин взяла с нижней полки бутылку и подала мне. — Два глотка до или сразу после.

— А что это? — спросила я, принюхиваясь. Глиняная бутыль была заткнута свернутой тряпкой, но та пропускала запах — острый и едкий.

— То, что ты просила.

— Я имею в виду, из чего он? Какой принцип действия?

— Травы, коренья, уж прости, рецепт не расскажу. Два глотка до или после, и ребенка не будет, — повторила женщина терпеливо.

Ох, как же с ними непросто…

— Мое тело будет неспособно принять семя? — спросила я.

— Ребенок не сможет удержаться, — ответила Карин. — Он выйдет вместе с кровью в лунные дни.

Я нахмурилась, попятилась к двери.

— Принесешь мне пять монет, — торопливо напомнила Карин.

Я пошарила в кармане платья и, отсчитав монеты наощупь, вынула горстку серебра. Деньги нашлись в одном из сундуков с приданым. Не так, чтобы много, но вот, пригодились. Карин выхватила монеты из моей руки, и ее водянистые глаза оживились. Она быстро пересчитала деньги и сжала в кулаке.

— До свидания, — пробормотала я.

— Ступай себе, — кивнула Карин.

Она открыла дверь, и я, держа одной рукой канделябр, а другой — прижимая бутылку к груди, пошла прочь.

К счастью, никто не попался мне на обратном пути, и я, толкнув попой дверь, вошла в свою спальню и поставила канделябр на стол. Повернув ключ в замочной скважине, села в кресло у камина и вытянула затычку из бутылки. Вонь ударила мне в ноздри, и я быстро закупорила горлышко.

Карин мне не понравилась, а описанный ею принцип действия лекарства — тем более не внушал доверия. Выходит, это скорее абортивное средство, а не контрацептивное. Ребенок не сможет удержаться — отвар ему навредит и сделает нежизнеспособным? Я встала и, походив по комнате, поставила бутылку под кровать. Раздевшись и натянув через голову сорочку, легла. Но едкий запах раздражал ноздри, мешал уснуть, и я, поднявшись, переставила бутылку в один из сундуков. Опустив тяжелую крышку, вернулась в постель. Теперь у меня есть отвар, но легче от этого не стало. Что мне делать? Портить отношения с Валидолом дальше нельзя — это усложнит выполнение миссии. А если я не сумею ее выполнить, то погибнут все. Так может не стоит беспокоиться о ребенке, которого еще вовсе нет?

Промаявшись бессонницей, я уснула только к утру и проснулась совершенно разбитой. За стеной послышались бодрые шаги Валда, который что-то напевал себе под нос.

Я поднялась с кровати и, прошлепав босыми ногами по прохладному полу, открыла дверь в спальню варвара.

— Привет, — сказала я.

— Привет, — буркнул Валд, выглянув из ванной комнаты.

— Когда будет собрание командного состава?

— Сейчас, — ответил он, скрывшись в ванной.

— Сейчас? — встрепенулась я. — Валд, подожди меня, я еще не собралась!

Он снова выглянул, посмотрел на меня слегка насмешливо.

— А ты и не идешь.

— Почему? — воскликнула я, ошарашенная его заявлением. Я должна туда попасть! Там будет обсуждаться оборона замка, и я не могу это пропустить. — Ты ведь обещал, Валд! Говорил, что жены офицеров тоже ходят…

— Ходят, — кивнул он. — Только вот ты мне пока не совсем жена.

Он снова исчез в ванной, послышалось какое-то бульканье, фырканье, как будто он там коня купал.

Я сжала кулаки. Вот как, значит? Ну, хорошо!

Я метнулась к длинной вешалке с синими платьями, выбрала одно, спрятанное в самом конце. Уж не знаю, кто его мне подсунул, но Валд не устоит: тонкая прозрачная ткань, белая опушка из мягких перьев по кромке сверху и снизу. Я стащила сорочку, наскоро ополоснулась и вытерлась полотенцем, напялила пеньюар и расчесала волосы. Выдохнула, пытаясь рассмотреть себя в небольшое круглое зеркало на столике. Глубокий вырез, соски просвечивают так, что издалека видно, длина до середины бедра, и перья… Чересчур, конечно, но варвару понравится. Дикий мужчина, примитивные вкусы…

Я покусала губы, набираясь решимости, и вошла к нему в комнату. Валд был уже в штанах и застегивал синюю рубашку, но, увидев меня, замер и сглотнул.

— Ты прав, — смиренно сказала я, внутренне ликуя от его реакции. — Наш брак не завершен. Я хочу стать твоей женой, по-настоящему.

Валд слегка прищурился, медленно подошел ко мне. Мое сердце колотилось так сильно, что, казалось, варвар, который остановился на расстоянии вытянутой руки, сейчас его услышит.

— Уверена? — немного удивленно спросил он. — При свете дня?

Я кивнула, облизнула пересохшие губы.

Он рассматривал меня несколько долгих мгновений, а потом сгреб мои волосы в кулак, намотал их себе на руку, потянул, заставляя запрокинуть голову, и накрыл мои губы своими. Его поцелуй был грубым и жестким, и язык сразу ворвался глубоко в мой рот, огладив нёбо. Валд не целовал меня раньше так исступленно, по-варварски… и я вспыхнула как спичка от его дикого напора.

Он быстро подтолкнул меня к стенке, смял грудь ладонью, сжимая между пальцами затвердевший сосок, вторая рука прошлась по бедру, задирая невесомую ткань, пальцы впились в ягодицу, наверняка останутся синяки. Плевать! Я с упоением целовала варвара в ответ, выгибалась, подставляя грудь под смелые ласки, вжималась в мужское тело, чувствуя его твердое возбуждение. Валд сдернул бретельки с моих плеч и покрыл ключицы и грудь жадными поцелуями, царапая щетиной, прикусывая нежную кожу. Раздвинул коленом мои ноги. Его рука скользнула между бедер, задев чувствительную точку, и я невольно ахнула, вцепилась в широкие плечи, чтобы не упасть. Шквальное возбуждение закручивалось внизу живота, кровь шумела в ушах. Я стонала, вскрикивала, кусала губы и хотела большего. А пальцы Валда гладили, трогали, дразнили настойчивыми ласками самую сокровенную часть моего тела. Я подалась вперед, закрыла глаза, чувствуя приближение еще большего наслаждения, но Валд вдруг убрал руку.

— Нет, я не могу, — заявил он и шагнул назад. Я едва не сползла по стене, лишившись опоры. Схватилась рукой за дверной косяк. Внизу болезненно пульсировало неудовлетворенное желание, а в голове не укладывалось — что он только что сказал?

— Не можешь? — повторила я. Невольно посмотрела ниже. Все он может! Штаны вот-вот треснут!

Он провел кончиками пальцев по опушке из белых перьев, украшающих мой пеньюар, который сейчас болтался вокруг бедер.

— Слишком напоминает Валерку, — хмыкнул Валд и стал застегивать пуговицы на рубашке, как ни в чем ни бывало.

— И что… И ты… — я запнулась, с трудом подбирая слова. В голове по-прежнему шумело, я провела языком по припухшим губам, истерзанным поцелуями. — Ты просто уйдешь и оставишь меня вот так?

Валд вздохнул, посмотрел на меня укоризненно.

— Знаешь, Эврика, мне кажется, тебе от меня нужен только секс, — сказал он. — А как же моя душа? Чувства? Я до сих пор переживаю о Валере, а ты…

Он сокрушенно покачал головой, а я наткнулась взглядом на блюдо с полуобглоданной уткой.

— Ты сожрал его! — воскликнула я, обличающе ткнув пальцем в сторону тарелки, приютившейся на полу у кровати.

— Ему все равно уже было не помочь, — печально ответил Валд, поджал губы и направился к двери.

— Ах ты, — выдохнула я и в бессильной ярости выставила средний палец.

Валд быстро обернулся.

— Что это значит? — спросил он, заметив мою руку, сложенную в неприличном жесте.

— Пожелание удачи, — рявкнула я, подтягивая пеньюар и поправляя бретельки.

— Правда? — прищурился он.

— Да. Вроде — ты выбрал свой путь, — напропалую врала я, — и решил пойти один. Вот и удачи тебе там.

— Спасибо, — кивнул Валд. Его глаза потемнели, когда он окинул меня взглядом снизу-вверх. — Я зайду к тебе после собрания, жена.

Дверь за ним закрылась, ключ повернулся в замке.

— Здорово, Баг, — послышался голос Валда. — Знаешь, пусть сидит в комнате и никуда не выходит. Нет, все в порядке, просто хочу застать ее здесь, когда вернусь.

Прекрасно, теперь я еще и под арестом.