61

— Собрание снова удалось, — довольно осклабился Магнус, оставшись в зале лишь с матерью. Та стояла и задумчиво смотрела на двери, за которыми скрылась Инфинита. — Особенно мне понравился финал, когда Рутгер пытался перелезть через стол, чтобы придушить Эву. У него не зубы, а желтые пеньки, а все рычит и скалится, будто пес. Закашлял тут все.

Он брезгливо посмотрел на капли крови на белой стене.

— Ты тоже так делаешь, — заметила Энтропия, повернувшись к нему. — Поднимаешь верхнюю губу, когда злишься. Ты похож на своего дядю куда больше, чем его сыновья.

— Опять? — устало протянул Магнус. — Мать, заканчивай уже с этим.

— Подожди, — приказала она неожиданно строгим голосом. — Надо поговорить. Здесь — подходящее место. Звук не выходит из зала собраний.

Она подошла к столу и села напротив Магнуса. Голубые глаза, наивные, как у девчонки, седина почти не видна в пушистых косах, но сейчас, при безжалостном утреннем свете, возраст матери был очевиден.

— Чего ты хочешь? — спросил он, потерев руками лицо.

— Того же, чего и всегда. Ты должен стать капитаном, сынок, — с ласковой настойчивостью произнесла она.

— А я не уверен, что хочу этого, — задумчиво ответил Магнус. — Конечно, это власть, возможности, но и ответственность, заботы… Боюсь, мне быстро надоест.

— И что, ты так и проживешь жизнь на вторых ролях? — недоуменно спросила Энтропия. — Зря что ли поддакивал старому дурню все это время? Зря я лебезила перед ним и только что не облизывала?

— Слушай, мать, твоя жизнь — это твоя жизнь. Твой выбор. Не надо винить меня…

— Я столько сделала для тебя, — отрывисто бросила она. — Я всю жизнь на тебя положила. Я не вышла замуж повторно после смерти твоего отца. Не хотела, чтобы тебя начал воспитывать какой-то грубый мужлан. Чтобы кто-то портил то, что и так совершенно. Магнус, ты умный, смелый, решительный, сильный, красивый… Ты идеален!

— В принципе, да, — улыбнулся он. — Я такой.

— Так начни уже действовать! — воскликнула она. — Сейчас самое подходящее время! Рутгер слаб и помрет в любой момент. Каждый приступ может стать последним. И я могу поторопить его уход.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Магнус.

— Посмотри сам, — запальчиво продолжила Энни. — Ампер практически самоустранился от права наследования. Он занят Лорой и больше ему ничего не надо. Валидол давно ходит по краю терпения капитана. То и дело спорит с ним, да еще и Эврика подливает масла в огонь. Как итог — Валд больше не любимчик.

— Рутгер орал, что убьет их обоих — и Ампера, и Валда, — вспомнил Магнус. — А сначала выгонит прочь мерзопакостное Алистеровское отродье.

— Вот именно, — подтвердила Энтропия. — Он кричал это и на лестнице, и еще несколько дней скорее всего будет в ярости. Люди слышат, запоминают. И если он умрет сейчас, отказав в преемстве капитанского поста сыновьям, то кто останется?

— Я, — кивнул Магнус. — Ты что, убьешь своего брата?

— Может, он сам помрет, — фыркнула Энтропия. — Он страдает. Днем раньше, днем позже… И не смотри на меня так! Рутгер уйдет за покрывало богини, и вскоре сюда явится Алистер и заявит, что поддерживает тебя. Что ты — достойный капитан. Он заключит с тобой союз. Люди не хотят войны, и они тоже тебя поддержат.

— Я буду куклой в его руках, — поморщился Магнус.

— Он, знаешь ли, тоже не вечен, — заметила мать. — И мне стоило больших усилий склонить его на нашу сторону. Он не сможет управлять двумя Обителями сразу, ему в любом случае нужен ставленник.

— У него сыновей штук двадцать!

— А еще есть дочери. Ты женишься на дочери Алистера, и его внуки будут наследовать Обитель. Он согласился на это. У него красивые дочки. Особенно одна, да? — вкрадчиво произнесла Энтропия. — Тебе ведь нравится Эвочка?

Магнус пристально посмотрел на мать.

— Продолжай, — сказал он.

— Валд сейчас в немилости у отца, но народ его любит. Он — угроза, — Энтропия почти шептала, и Магнус склонился через стол, впитывая ее слова. — Его надо убрать.

Магнус вздрогнул, отшатнулся.

— Я не могу все делать сама! — воскликнула Энтропия. — Он должен был умереть еще в брачную ночь. Алистер обещал! Но… Магнус, сын, ты должен сделать это. Пусть Валд идет на шиагов, пусть спалит там все к бездне. Пауки наверняка попытаются выбраться. Дым, сражение, суматоха… В пылу схватки ты сможешь сделать это незаметно…

— Я не буду…

— И Эва станет вдовой, — перебила его мать, и Магнус умолк, запнувшись невысказанным возражением. — Кто утешит бедняжку, овдовевшую так рано? — печально спросила она. — Кому отдаст ее отец? Эвочка слишком молода, чтобы самой решать свою судьбу.

— Я не смогу, — ошарашенно покачал головой Магнус. — Он ведь брат мне!

— Он ненавидит тебя, презирает, — выплюнула Энтропия. — Он ублюдок, которому вообще здесь не место, а задирает нос и смотрит на тебя свысока. На тебя! Ты лучше его, во всем! Ты должен стать капитаном! И если хочешь Эврику, то получишь и ее. Подумай над этим, — она встала, оперлась руками на стол и склонилась к Магнусу. — Ты можешь получить все.

Она вышла из зала, а Магнус невидяще уставился в брызги крови на белой стене.