Глава 15 · Маркус

Она не приходит! Каждый день я едва дожидаюсь вечера, сгорая от тоски и надежды. И каждый раз испытываю жестокое разочарование, снова и снова убеждаясь, что моя истинная не хочет меня видеть. А я уже держал ее в руках, дышал ее запахом, попробовал эту мучительную сладость. Это состояние высшего покоя и умиротворения, когда ее гибкое тело прижимается к моему, а наши сердца стучат в унисон. Как мне теперь это забыть? Как жить дальше? Но есть еще кое-что, что окончательно сводит с ума. Странное притяжение к Эсти. Разве может тянуть сразу к двум женщинам? Похоже, во мне что-то сломано. Боги явно издеваются надо мной, будто им мало бракованного гена и не желающей знать меня пары.

Я в полной апатии и уже ничего не жду. Но как привязанный тащусь вечером в ту самую комнату. Еще в первый день нашел распорядителя дворца и попросил предоставить ее для моих нужд. Драконам тут стараются не перечить. Мне быстро выдали ключи и пообещали, что туда никто не сунется. Но сначала по моей просьбе провели полную уборку, расставили вазы с цветами и заменили на огромной кровати с шелковым балдахином постельное белье. На самое лучшее, которое тут есть. А еще каждый вечер доставляют напитки, легкое вино и фрукты. А потом, покидая чертову комнату злым и неудовлетворенным, я давлю в себе желание запустить подносом со всеми этими яствами в стену.

И вот, в очередной раз меряю комнату шагами, чувствуя, как меня топит отчаяние. Неожиданно ощущаю, как встрепенулся внутри мой дракон. А затем слышу шаги и деликатный стук в дверь. Поднимаю голову, осознавая, что аромат моей пары мне не чудится. Она здесь! Бросаюсь ко входу и резко торможу. Не хочу напугать истинную своим напором. Щелчком пальцев гашу свет, распахиваю дверь и отхожу в сторону. Хрупкий силуэт проскальзывает внутрь и замирает. Дверь захлопывается, отрезая нас от остального мира. Я не только поворачиваю ключ в замке, но и запечатываю выход магией. Ощущаю, как мгновенно напрягается моя гостья. Спешу успокоить:

— Не бойся. Я сделал это, чтобы нам никто не помешал, не зашел случайно. По первой твоей просьбе я тебя выпущу. Дай мне руку, тут темно, — прошу мягко. Голос хрипит от волнения и близости моей пары. Наконец я смогу снова к ней прикоснуться. — Я ждал тебя каждый вечер. Уже выучил здесь все, — по шелесту одежды понимаю, что девушка протягивает руку. Нахожу ее на ощупь и легко сжимаю. От одного простого прикосновения уже ощущаю целую бурую чувств. — Пойдем, — тяну ее за собой. Подвожу к широкой кровати и усаживаю на край. Сам располагаюсь рядом. Нет такой силы, чтобы заставила меня сейчас отойти от нее. — Назови любое имя, которое тебе нравится. Мне нужно как-то к тебе обращаться, — не выпускаю ее теплой руки, поглаживая пальцы. Не выдерживаю и подношу их к лицу, ласкаясь щекой.

— Пусть будет Энн, — произносит моя истинная. Тихо, но уже не шепотом. Голос совсем незнакомый, но мелодичный и приятный. Радуюсь еще одной уступке с ее стороны.

— Я очень рад, Энн, что ты пришла. Хочешь что-нибудь выпить? Здесь есть напитки и фрукты. Может быть, вина?

— Пока не нужно, — отказывается она.

Я был бы счастлив, если бы моя пара хоть немного расслабилась. Слишком хорошо чувствую царящие в ее душе смятение, сомнение и неуверенность. Спрашивать, что девушка решила, пока даже не пытаюсь. Нельзя ее торопить, пусть сдержаться и не заключить ее в объятия стоит всех моих сил. Дракон внутри рычит и требует настойчивости. Ему непонятно, почему я не заявляю на самочку права. Не делаю ее своей. Но моя пара — человек. Все эти звериные инстинкты не для нее. Я выбираю другую тактику. Если пить не хочет, попробую успокоить разговором.

— Расскажи немного о себе, — прошу хрипло. — То, что можешь. Где мы с тобой пересеклись? Ты была моей пациенткой? — Энн молчит, но ее дыхание учащается. Пробую наобум: — Трагедия в кондитерской?

— Да, — наконец признается она.

— Ты сильно пострадала? — неожиданно меня охватывает тревога. А вдруг дело не только в ее семье? Может, у нее остались шрамы, и моя пара теперь считает себя недостойной? Она ведь не знает, как работает истинность. Что для меня всегда будет самой прекрасной и желанной.

— Не я, подруга, — после паузы отвечает девушка. — Я была рядом. Пыталась вытащить ее из-под осколков. Видела, как вы спасали пострадавших.

— Ты порезалась?

— Порезалась? — переспрашивает недоуменно. — Наверное… Я плохо помню. А это важно? Там было столько осколков, крови, криков. Мне страшно вспоминать.

— Если мы касались друг друга, скорее всего, наша кровь смешалась. Именно это пробуждает истинность между человеком и драконом, — сообщаю ей.

— Я не знала… — Энн растерянно замолкает. И задумчиво добавляет: — Я держала подругу, пока вы ей помогали.

— Прошу, называй меня на «ты», — снова целую ее пальцы. Чувствую, как они подрагивают в ответ. Но руку девушка не забирает. Отчего в моем сердце все ярче разгорается надежда. — Как ты поняла, что я — твоя пара? Вчера ты сказала, что не хочешь быть истинной дракона. Значит, уже знала обо мне. У тебя появилась брачная татуировка?

— Да, — признается Энн. Мои губы скользят по хрупкому запястью, лаская теплую венку и ощущая, как разгоняется ее пульс. — Я сразу почувствовала что-то странное. А потом появилась метка. Я уже знала, что это означает. Слышала от подруги. Она мечтает выйти замуж за дракона. Даже ходила на проверку артефактом. И многое мне рассказала.

— Как ты узнала про меня? Твоей парой мог быть любой дракон, — произношу эти слова и ощущаю жгучую ревность. Никаких других драконов. Она моя!

Энн снова теряется. Мы еще не настолько хорошо читаем друг друга, чтобы я сразу мог определить ее ложь. Но то, что она многое не договаривает и обходит сложные моменты, чувствую. Не пытаюсь давить. Я счастлив, что моя пара вообще со мной разговаривает. Позволяет касаться себя. Это гораздо больше того, на что я рассчитывал. Еще утром в отчаянии думал, что больше никогда ее не увижу.

— Однажды я зашла в больницу. Хотела навестить подругу и увидела вас… тебя. И…

— Тебя потянуло ко мне? — не вижу, но понимаю, что она кивает. — Значит, ты тоже чувствуешь притяжение. Насколько сильно?

— Достаточно сильно. Тоже не сплю ночами… — едва слышно признается девушка. И меня срывает. Моя истинная рядом. Ее тянет ко мне. Что еще нужно? Я полностью в своем праве. Дергаюсь к Энн. Вот только она отшатывается, отрезвляя меня волной страха. Осознаю, что чуть было не натворил дел! Каждый нерв в моем теле вибрирует от напряжения и боли, пока я заставляю себя не трогать ее. Из горла вырывается глухой рык. Моя пара судорожно выдыхает. Злюсь на себя, что пугаю ее. Чтобы дать себе время отдышаться, снова задаю вопросы:

— Что ты делала во дворце?

— У меня тут родственник работает, — хрипло произносит Энн. — Наша семья не слишком богата. Если бы вы узнали, кто я, не обрадовались бы такой истинной, — не получается у нее перейти на «ты».

— Дурочка, — меня внезапно накрывает острой нежностью. — Для драконов пары священны, — говорю то, над чем раньше сам смеялся. — Какая разница, в какой семье ты родилась? Одно твое присутствие рядом уже делает меня счастливым. Я не знаю, как описать, что чувствую, когда обнимаю тебя. Будто много лет скитался по чужим странам, умирал от жажды, холода и жары одновременно. А потом попал в родной дом, о котором запрещал себе даже мечтать. Напитался в живительном источнике, ощутил умиротворение. Ты — все, что мне нужно. Я хочу тебя поцеловать. Позволишь? Только поцелуй… чтобы не сойти с ума…

Чувствую, как Энн замирает, даже дышать перестает. Но не отказывает. Тяну руки, касаюсь ее волос, пропускаю пряди сквозь пальцы. Наслаждаюсь этой шелковой волной. Поглаживаю щеку. Пальцы натыкаются на ткань. Она в маске! Моя пара так боится разоблачения, что надела ее на себя.

— Давай снимем это, — шепчу ласково, стягивая маску. — Я все равно ничего не вижу. Постоянно представляю, какая ты. Оставь мне хотя бы прикосновения. Твоя кожа такая нежная. Настоящее наслаждение целовать тебя, — обхватываю ладонями лицо своей пары. Сопровождаю каждое слово невесомыми прикосновениями губ к ее лбу, векам, скулам. Таю от нежности и запредельного удовольствия. Чувствую на своих губах ее дыхание. Наклоняюсь, накрывая ее губы своими. И все, меня нет. Я растворяюсь в нашем первом, самом сладком поцелуе. Почти невинном, без глубокого вторжения языка. Слишком боюсь мою истинную спугнуть. И только когда слышу тихий стон, позволяю себе немного напора.

Возможно, я поступаю не совсем честно. На моей стороне большой опыт и парное притяжение. Все это работает на меня, не оставляя моей истинной ни шанса. Я умею обращаться с женщинами, доставлять им удовольствие. Знаю, как вызвать в женском теле ответное желание. И сейчас пользуюсь этим. Но у меня есть оправдание: я больше не смогу без нее. С Энн все ощущается будто в первый раз. Никогда и ни с кем не испытывал такого трепета и жажды. Задыхаясь от переполняющих чувств, шепчу:

— Ты станешь моей? Пусть только здесь, в этой комнате. Только для нас. Тебе не нужно бояться и переживать, я все сделаю сам. Больно не будет. Драконы умеют делать первую близость своей пары безболезненной. А я еще и лекарь. Скажи мне «да». Избавь нас обоих от мучений…

— Да… — тихим эхом завороженно повторяет она.