Глава 15

Я провела в комнате совсем немного времени. Сидела на подоконнике и смотрела, как во дворе суетятся оборотни. Явно затевалось нечто грандиозное. Мне оставалось только надеяться, что это будет не война, потому что в таком случае наши шансы на выживание резко сокращались. Роман Русланович не хотел такого. Он всеми силами стремился оградить свой клан от неприятностей, даже заставил сыновей жениться на мне. И к чему это привело? Да ни к чему особенному, в общем-то… К дому подъехала машина, и я удивленно обнаружила, что из нее вышла Таня, помахала кому-то рукой и направилась внутрь. Как хозяйке мне полагалось встретить ее, хотя никакого желания делать это у меня не было. Но я все-таки поднялась, поправила платье и пошла вниз. – Василиса! – приветливо раскидывая руки, улыбнулась Таня. – Я так соскучилась. Как ты себя чувствуешь? – Прекрасно, – сухо ответила ей. Кивнула в сторону гостиной, приглашая ее не стоять в коридоре. Девушка быстро пошла следом, словно торопилась, хотела поговорить до того, как к нам придет кто-то еще. Пусть мне хотелось прибить ее, хотя бы дать пощечину, но я сдерживалась, потому что понимала, что только от нее зависит жизнь Леры. В гостиной Таня тут же уселась на диван, закинула ногу на ногу. – Значит, ты так и не сделала того, о чем я просила? – полуутвердительно спросила она. – Почему же? – я сохраняла на лице нейтральное выражение. – Все идет по плану. Она ухмыльнулась. – Не совсем по плану, но я рада, что ты не пытаешься меня кинуть. Ведь, попытайся и… – Я знаю. Я все сделаю. – Вот и хорошо, – она полезла в сумочку, достала телефон, набрала номер. – Да. Дай девчонке трубку, – и протянула мне. – Можешь поболтать с сестрой. Я жадно схватила телефон, поднесла к уху и услышала слабый голос Леры: – Алло… – Кнопка, кнопка, это я! Не плакать! В животе стало больно, горло свело от невыплаканных слез, но я держалась, чтобы не радовать Таню своими страданиями. – Вася? – она говорила очень тихо и немного заторможено, словно только что проснулась. – Где ты? – Ты в порядке? С тобой все хорошо? – Да… Я думаю, да… Спать очень хочется. А ты когда меня заберешь? Мне сказали, что ты меня заберешь. Я жду. – Скоро, Кнопка, скоро, – говорить было тяжело. – Я скучаю. И по Насте скучаю. Она с тобой? – Настя? – голос разом сел. – Кнопка… Что с ней? Они ее чем-то накачали, чтобы не мешала? Как можно забыть, что нашей сестренки уже нет? И я не могу сказать ей, что Настя умерла, а те, кто в этом повинны, сейчас находятся рядом с Лерой. Это слишком жестоко. – Я устала… Позвони мне еще, только потом. А лучше – приезжай, я жду, – в конце такого длинного предложения ее голос был едва слышен. А потом раздались гудки, и Таня, насмешливо ухмыляясь, забрала у меня телефон. – Она пока в порядке. Но ты ведь понимаешь, что достаточно трудно обеспечить ее безопасность? В общем, я знаю, что ты не сделала того, что должна была. Но я не сержусь, понимаю, трудный день вчера был. И все-таки помни, я не очень добрая, могу и рассердиться. Все уже сделано, правда, другими. Теперь твоя задача – не мешать. Надеюсь, с этим ты справишься? – она зло скривилась. – Не вздумай подходить к Егору и соблазнять его, пока мое лекарство не подействует. У тебя есть Кирилл, вот с ним и развлекайся. Скажи, что беременна, потребуй внимания. Понятия не имею, что там делают брюхатые, из-за чего все умиляются, но, наверное, есть что-то такое. Вот и займись. Я молчала. Да и что можно сказать? Правда, Таня была недовольна моим молчанием. – Я жду твоих слов, дорогая. – А что говорить? Что я все поняла? Так я поняла, можешь не беспокоиться. – Вот и хорошо, – Таня поднялась, удовлетворенно усмехнувшись. Но не успела она дойти до двери, как я спросила. – Это твои люди ночью напали на клан? Она медленно развернулась и улыбнулась так, что я поняла, даже если не ее, то она точно к этому причастна. – Что ты, мне убирать Кирилла не с руки. Он должен с тобой остаться. И вы заживете дружной любящей семьей со своими щенками. Так ведь? – она засмеялась и вышла. Я едва дошла до дивана и упала на него. Хотелось сжаться в комок, жалеть себя и реветь, реветь, реветь до тех пор, пока не закончатся слезы. Только закончатся ли они? Не уверена, что такое возможно. Я слишком устала от неопределенности и страха за себя, Леру и малыша. Да, сейчас у меня есть Кирилл, но есть ли он? Вчерашняя ночь показала, что он хочет ребенка, но захочет ли меня рядом с этим ребенком после того, как узнает, на что я иду? Я слышала голоса, но даже не пыталась разобрать, о чем они говорят. И кто это вообще. Сейчас имело значение лишь то, что Лерке плохо, нужно вытаскивать ее оттуда. Только как? – Избавься от нее! Подскочила на месте, прислушалась, но больше ничего не услышала. Этот голос шел не из дома, я была в этом уверена. Поднялась, вытерла тыльной стороной ладони слезы и направилась к окну. Если бы кого-то увидела, то сразу спряталась за штору, но во дворе было на удивление безлюдно и тихо. Кто это был? Кто и от кого хочет избавиться? Сердце сжалось, когда я подумала, что говорили обо мне. Все может быть, но о таком даже не хочется думать, ведь это будет означать, что мой брак не просто обречен, а… смертелен. Для меня, естественно. Почему-то эта мысль окончательно вывела из себя. Я всхлипнула и рванула прочь, выскочила в коридор и направилась к выходу. Но не к тому, который вел на главную улицу, а во двор, чтобы никто не мог увидеть моих слез. Я практически ничего не видела, боясь своих собственных чувств, ужасаясь тому, что вообще происходило со мной. Как можно так жить? Это выживание, прогулка по тонкой нити, натянутой над пропастью. Я никому не пожелала бы пережить весь этот ужас, недоверие, недомолвки, пренебрежение… Жена я или нет? Честно, сейчас уже и не понимаю, кто я… Толкнула дверь и буквально вывалилась на улицу, не сдерживая рвущихся из груди рыданий. Здесь не должно было быть свидетелей моей слабости, и это радовало. Я сделала несколько шагов вперед, споткнулась на первой же ступеньке и полетела вниз, так и не поняв, что произошло. Но не упала. Чьи-то сильные руки подхватили меня – осторожно и бережно, не дав соприкоснуться с землей. А потом также аккуратно поставили на ноги и отпустили. Подняла голову, смахнула слезы, что мешали мне видеть, и уставилась на оборотня, который не дал мне убиться. – Спасибо, – чуть заикаясь, потерянно его поблагодарила. А потом вспомнила, что он был моим охранником, тем, который первым выразил мне свое уважение, пусть и основанное на том факте, что я носила ребенка. Но он меня не презирал! – Вам бы поосторожнее быть, Василиса Александровна, – чуть скривился он. Потом неожиданно заметил мои слезы и разом подобрался, становясь похожим на дикого зверя. – Василиса Александровна, – вкрадчиво обратился он ко мне, – что случилось? Не знаю как, но я осознала, что если сейчас отвечу, то Татьяна имеет все шансы не выйти с территории моего клана. Моего клана… Посмотрела на оборотня и поняла, что не знаю его имени, и это напрягло, ведь мое имя он знал. – Я не знаю, как вас зовут, – пробормотала, всхлипнула, приходя в себя. – Петр, – хмуро ответил он. – Василиса Александровна, мне позвать альф? Почему-то оборотень то и дело бросал взгляд поверх моего плеча, словно ждал, что оттуда должен кто-то выйти. Но никого не было. Я чуть было не засмеялась, представив, что он ожидал кого-то из моих мужей. Нет, Петр, они не придут, им на мое состояние хоть эмоциональное, хоть физическое попросту плевать! – Нет, это так… гормоны, – попыталась сглотнуть вставший в горле ком. Но оборотень все хмурился. Я же огляделась и поняла, что Петр оказался здесь не просто так. Кто-то принес на задний двор мишень, всю в дырах и сколах, а сам оборотень при моем появлении убрал в сторону нож. Тренировался. Просто так или следил за домом, охранял незаметно? – Простите, что я вмешиваюсь, но ваше состояние вызвано не гормонами, – не согласился он. Сказано было хмуро, но я поняла, что дальше упорствовать смысла нет. Он все понял. Вот так, чужой, а чувствует меня лучше, чем мои мужья. – Меня просто расстроили… непрошеные гости, – не стала вдаваться в подробности. Да, да, можно было сказать о Татьяне и ее угрозах, но услышав голос Леры, я поняла, как сильно рискую ее жизнью. Сестренка может погибнуть в любой момент, и это случится из-за меня. А я не могу допустить такого! Она мой самый близкий и дорогой человек! Сама не ожидала, но рука опустилась, прикрывая живот. Пока что Лера самый дорогой для меня человек, но скоро это место в моем сердце разделит еще один человечек, который пока что только ждет появления на свет. – Вы всегда можете попросить, и никто вас не потревожит, – произнес Петр. – Что? – не совсем поняла его. – Вы – жена альф, первая женщина клана. Каждый из нас выполнит любой ваш приказ, если он не идет в разрез с приказом альфы, – просветил он меня. – Да? А если… Если я попрошу то, что не понравится альфам? – Тогда мы подумаем, – он вдруг улыбнулся. – И выполним ваш приказ. Такого я не ожидала, поэтому пробормотала что-то неразборчивое, поблагодарила и вернулась в дом. Как-то я мало думала о себе, о своем положении в качестве жены и хозяйки. То есть, конечно, думала, но как о птичке в золотой клетке, а выходит… И поговорить мне об этом не с кем. Обсудить, а что вообще я могу?