Глава 17

Я настолько растеряна из-за увиденного, что не соображаю снова спрятаться и Джалал меня замечает. Он останавливается на секунду, встретившись со мной взглядом, а потом подходит и берет меня под локоть, сурово хмурясь.

– Идем, – командует мой муж, тяня меня в сторону дома.

Я вся горю от возмущения и пытаюсь вырваться, но его рука сжимает меня крепче, наверняка, потом останутся синяки.

– Мне больно! – ничуть не солгав, говорю я ему и хватка Джалала слабеет, но он продолжает вести меня за собой в дом.

– Не устраивай истерик, – втолкнув меня в одну из комнат, сразу же начинает он разговор, закрывая за собой дверь и прислоняясь к ней спиной.

– Ты целовался с другой женщиной! Кто она тебе? – не могу я прийти в себя от этой ужасной картины.

– Это она меня поцеловала, а я ее оттолкнул, – спокойно поясняет он. – Наталья – дочь одного из наших деловых контактов. Я недолго встречался с ней в прошлом году и она теперь захотела вспомнить о старых временах. Ты не должна ревновать меня к ней, потому что мне на нее плевать.

– Почему же ты разговаривал с ней наедине в укромном уголке? – не могу успокоиться я.

– Аза, не раздражай меня, – начинает сердиться он. – Если я сказал, что мне неинтересна эта женщина, то тебе этого должно хватить. Я не трахаю никого, кроме тебя. Не еби мне мозг и идем уже. Булат сказал, что меня ждут несколько гостей для разговора.

– Что-то ты не думал о разыскивающих тебя гостях, когда уединялся со своей Натальей, – язвительно говорю я. – Тебя ищут последний час. Сначала Селим, а потом и Булат. Ты был с ней все это время? Не представляю, о чем можно говорить столько времени с женщиной, которая тебя не интересует.

– Мы обсудим твое поведение дома, – обижая меня своим безразличием, рявкает он, а потом просто выходит, словно я пустое место, закончив разговор по своему желанию.

Мне хочется что-нибудь разбить от злости, но я сдерживаю себя, потому что это неразумное поведение в общественном месте. Это не наш дом, это ресторан, где меня в любой момент может заметить какой-нибудь гость или персонал. Как бы я не злилась на мужа, я должна в первую очередь думать о репутации семьи.

К сожалению, взять под контроль эмоции не так-то просто. Запершись в одной из кабинок туалета, я немного плачу, а потом с трудом поправляю свой макияж и только удостоверившись, что мои глаза не красные из-за слез, снова выхожу на люди.

Остаток вечера проходит для меня невыносимо долго. Когда приходит пора разъезжаться по домам, я оказываюсь в машине с Раяной и нашей племянницей ее возраста. В честь свадьбы Ясмины приехали все ее замужние сестры со своими семьями погостить на несколько дней, так что в наш дом от ресторана едет целый кортеж машин в сопровождении охраны.

– Девочки, давайте расходиться по комнатам! Все устали за день, ваш отец не одобрит шум и галдеж в доме, когда приедет, – командует в холле Раиса, когда мы приезжаем вслед за ними.

Я с облегчением прощаюсь со всеми и иду к себе, где уже в душе, стоя под мощным напором воды, даю волю своей обиде, снова разражаясь слезами. И хотя я провожу там довольно много времени, Джалала все еще нет, когда я выхожу. Надев пижаму и, так и не дождавшись мужа к двум часам ночи, я все же ложусь спать, но даже во сне чувствую тревогу и сплю очень чутко, поэтому и просыпаюсь, когда Джалал закрывает за собой тяжелую дверь в наши комнаты.

– Джалал? – приподнимаюсь на подушке, включая бра.

– Почему ты не спишь? – устало спрашивает он. – Ложись, утром поговорим.

Он ходит по комнате, раздеваясь и бросая одежду прямо на пол, после чего исчезает в ванной и выходит лишь спустя некоторое время, вытирая полотенцем голову и бросая его тоже на пол, прежде чем скользнуть в постель голым, благоухая мужским гелем для душа, аромат которого обычно я нахожу очень приятным. Однако, сейчас он меня бесит, потому что в голове проскальзывает ревнивая мысль, а не смывал ли он с себя следы другой женщины.

– Аза, ради Бога, выключи уже свет! – раздраженно говорит Джалал, взбивая свою подушку.

– Где ты был? – не могу я удержаться от вопроса.

Он смотрит на меня так, словно я до смерти ему надоела, и мне снова хочется плакать. Почему он так груб со мной? Разве нельзя просто ответить на вопросы, не строя из себя альфа-самца? Я ведь всего лишь хочу, чтобы он успокоил мою тревогу, развеял мои сомнения в своей верности.

– Я был с братьями в кабинете отца, – после долгой паузы, сквозь зубы отвечает он. – Прекрати это, Аза. Я не собираюсь терпеть ревнивые допросы каждый раз, когда ты увидишь меня рядом с другой женщиной. Я тебе не изменяю, поняла? Будь это так, мне было бы похуй, примешь ты это или нет. Я бы не стал лгать, потому что не считаю нужным ни перед кем оправдываться. А теперь, выключи, блядь, чертов свет, потому что я устал и хочу спать!

Я больше не осмеливаюсь стоять на своем. Выключаю свет и отворачиваюсь от него, утыкаясь лицом в подушку, потому что сегодня он тот Джалал, которого я так боялась в начале нашего брака. Обычно, он не ведет себя со мной так грубо, но видимо, сегодня его терпение истощилось, потому что я очень давно не слышала от него такого тона и как бы не страдала моя гордость, я не могу сдержать слезы, закусывая зубами подушку, чтобы не всхлипывать в голос, и надеясь, что он действительно устал настолько, чтобы сразу заснуть, не заметив, как вздрагивают мои плечи и становится шумным дыхание.

На следующее утро, когда я просыпаюсь, Джалала уже нет. Он не появляется до самой ночи, а когда все-таки возвращается домой, то пропадает в кабинете отца, так что я засыпаю, так и не дождавшись его. На следующий день все повторяется. Я обижена, так что не пишу ему, как обычно, в течение дня, не спрашиваю, где он пропадает, но ночью жду, боясь заснуть, потому что мне нужен хотя бы намек на то, что с ним происходит.

Он приходит в два часа ночи, тихо проскальзывая в комнату и удивленно поднимая брови, увидев меня, сидящую на диване.

– Почему не спишь?

– Не спится, – лгу я.

Джалал выглядит очень уставшим, но не таким напряженным, как в ночь нашей ссоры. Он подходит ко мне и наклонившись, целует в макушку.

– Приму душ и ляжем.

Я провожаю его взглядом, пока он идет в ванную, а потом продолжаю сидеть, ожидая его. Джалал возвращается через десять минут, голый, как обычно, на ходу вытирая волосы полотенцем и бросая его в кресло.

– Я тебя словно неделю не видел, рыжуля, иди ко мне, – говорит он, поднимая меня на руки и прижимая к груди.

Я обхватываю его за плечи, но ничего не говорю, пока он несет меня к кровати и устраивает на ней, залезая следом и накрывая нас одеялом. Его тело источает жар и когда он привычно прижимает мою голову к своему плечу, я понимаю, что ждала этого. Того, что он снова станет тем ласковым мужем, которым всегда был. Последние пару дней держали меня в напряжении, потому что я не могла понять, во мне ли дело или в том, что у него действительно так много забот, что он пропадает неизвестно где в течение дня.

– Джалал, что происходит? – спрашиваю я, приподнимаясь на локте, чтобы видеть его лицо.

– Во время свадьбы возникла чрезвычайная ситуация, – морщится он. – Мы все разгребали последствия. Селим все еще там, а мне с утра нужно будет снова уехать. Но не волнуйся, еще пара дней и все. Потом мы с тобой уедем, как и планировали.

– Что за ситуация?

– Не бери в голову, – отмахивается он. – Мы не говорим с тобой о таких делах, помнишь? Тебе не нужно этого знать.

– Ладно, – обиженно тяну я, отворачиваясь, чтобы выключить свет. – Давай тогда спать.

То ли он и правда не замечает, то ли настолько устал, но Джалал не обращает внимания на намек и обнимает меня со спины, расслабляясь и быстро уплывая в сон. И, только спустя три дня такого режима, я окончательно перестаю расстраиваться из-за его толстокожести, потому что практически не вижу его и беспокоюсь о том, что происходит, что заставляет его приходить домой настолько уставшим, что он едва держит глаза открытыми, но естественно, никто мне об этом не говорит.

– Рыжуля-я-я… – просыпаюсь как-то утром от ласкового шепота в ухо и чувствую, как по моему затылку снуют горячие губы, осыпая беспорядочными поцелуями кожу.

Джалал ласкает все мое тело, губами и руками, настолько жадный и изголодавшийся, что мы не вылезаем из постели до самого обеда.

– Теперь все в порядке? – спрашиваю я, пока мы одеваемся в гардеробной после совместного душа. – Ты больше не будешь пропадать?

– Не планирую, – хмыкает он. – Если только еще один придурок не решит, что может безнаказанно взять то, что принадлежит Тагировым. Наш вылет запланирован на послезавтра, так что собирай свои вещи, женушка. От твоих родителей мы сразу поедем дальше, не возвращаясь домой, так что бери сразу все, что тебе нужно.

– Хорошо, – чувствуя воодушевление, улыбаюсь я.

Мы обедаем вдвоем, потом проводим время, гуляя по садам на улице и вообще не отлипаем друг от друга до вечера. Визит к моим родителям через пару дней проходит замечательно. Я больше времени провожу с мачехой Эльзой и навестившими нас тетями и двоюродными сестрами, а Джалал находит общий язык с моим отцом.

– Он такой пугающий, как вы уживаетесь? – задает мне бестактный вопрос одна из кузин в первые дни и, я даже сердиться на нее не могу, потому что это в ее характере, и она никогда не соблюдала границы других людей. – Он тебя бьет? Выглядит суровым.

– Нет, не бьет, – говорю резко, потому что в этом Джалал не похож на моего отца. – И нормально мы живем, со мной он не такой суровый.

– О-о-о, как она заговорила… – смеется другая кузина. – Медовый месяц еще не кончился?

– Девочки, ну что вы ее смущаете, – заступается за меня Элиза. – Вам больше поговорить не о чем?

Мне не нравится, как они потом изучают Джалала взглядами каждый раз, когда видят его в доме, и поэтому, когда приходит время уезжать, я ничуть об этом не жалею. Да, я оказалась очень ревнивой и мне не нравится внимание к моему мужу, каким бы оно не было. Он мой и только мой, я не хочу, чтобы на него даже смотрели.

Мы с Джалалом на великолепном самолете Тагировых едем в Италию, на замечательную уединенную виллу с частным пляжем, в которой проводим ленивую неделю, купаясь, загорая и наслаждаясь друг другом. Но это оказывается не весь сюрприз, потому что у их семьи есть также дом в Риме, куда Джалал везет меня еще на одну неделю, чтобы исследовать город и сделать покупки. И если честно, дом в Риме нравится мне намного больше, потому что он выглядит уютнее, несмотря на огромные размеры, как и вся недвижимость Тагировых. Я никогда в жизни не получала столько эмоций и впечатлений, как во время этих незабываемых двух недель, так что когда приходит время возвращаться домой, меня одолевает грусть, ведь теперь я понимаю, как замечательно было бы жить с моим мужем отдельно, вдвоем, не окруженные токсичными людьми, которые вечно лезут не в свое дело.