Глава 2

Всю неделю я готовилась. Вспоминала доступную информацию, связанную с отбором. Кажется, на нём имелись испытания. Но Эберми не отличалась талантами или изворотливостью ума, что могло создать для неё трудности. Хотя она не заморачивалась, ведь на отбор идти не планировала. А вот мне придётся попотеть. Прикинув, что в доме отца оставаться не намерена, решила побороться за статус императрицы. Какая-никакая определённость. Вроде в этом мире к женщинам относились уважительно, поэтому замужество не страшило. Чего я там не видела? А вот остаться под крышей сурового батюшки, напротив, боялась. Станется, что он устроит судьбу дочери по своему разумению, не озаботившись мнением Эберми.

Женщине, привыкшей быть хозяйкой, такое положение претило. Я лихорадочно соображала, чем можно удивить императора, вызвав его интерес и расположение и при этом не навлекая на себя ненужных подозрений. Что в этом мире может сойти за талант у девушки, которая таковыми не отличается, и не выдать во мне чужачку?

Решив не слишком выпендриваться, остановилась на выпечке. Приготовлю императору торт. Вдруг он окажется нормальным мужчиной, путь к сердцу которого… В любом случае ничего другого придумать не удалось. Местных танцев я не знала, петь Эберми не умела, рукодельничать и подавно, а интересы короля были загадкой, поэтому на них тоже не сыграть.

Придя к окончательному решению, обратилась к Амали, приставленной ко мне батюшкой в качестве надзирателя. Девушка не отходила от меня ни на шаг с того момента, как я пришла в себя в этом мире.

- Скажи, а ты можешь сходить к отцу и спросить о разрешении? – поинтересовалась у служанки.

Амали напряглась, видимо, решив, что я собралась совершить очередное безрассудство, и втягиваю в это её.

- Ничего такого… Просто отбор уже завтра, а там испытания будут, - протянула грустно, усиленно отыгрывая роль. Мало того, что мир ещё воспринимался чудесным сном, так и себя в нём я больше актрисой ощущала. – Мне нужно попасть на кухню. Я ведь ничего не умею, но, возможно, повара помогут удивить императора. Папенька точно прогневается, если я вздумаю опозорить семью, явившись во дворец с пустыми руками.

- Это верно, - охотно согласилась Амали, но настороженность во взгляде не прошла. – Я узнаю у хозяина, - и она убежала, предварительно заперев дверь на ключ. – Господин разрешил вам сходить на кухню, но только с охраной, - появилась она через десять минут.

Покорно кивнув, позволила служанке себя одеть, хотя прекрасно бы справилась сама, но раз так принято, нечего ломать устои и привлекать излишнее внимание. А после мы в сопровождении ещё пары женщин, оказавшихся моей охраной, отправились вниз.

На кухне трудилось два повара. Семейство Лабрюз отличалось многочисленностью. У Эберми имелось четыре брата, мачеха и пять младших сестёр, не достигших совершеннолетия. Что странно, никто из них не пришёл проведать девушку, и я подозревала, что это приказ властного главы рода. По воспоминаниям со всеми родственниками Эберми поддерживала тёплые отношения. И такое поведение родни укрепляло меня в мысли устраивать судьбу вне семейного гнёздышка.

Амали всегда приносила еду, не сильно отличающуюся от земной. Даже один раз на обед подала нечто похожее на холодец. И это наводило на мысль, что в моём новом мире знакомы с желатином или его аналогом. Придётся поэкспериментировать, чтобы нужную пропорцию соблюсти, но я надеялась, что у меня получится изготовить качественное птичье молоко.

- Мадмуазель Эберми, - повара были удивлены моему появлению, но недовольства не высказали и принялись помогать.

Не пришлось объяснять неосведомлённость по поводу продуктов, ведь благородные девицы не забивали готовкой прелестные головы. Поэтому я аккуратно начала выспрашивать насчёт специй, приправ и прочего.

- Заливное? – закивал повар, когда я упомянула давешний обед. – Конечно. У нас есть бычий выварень.

Ага! Значит, в этом мире его готовят точно так же. Это хорошо.

- А можно мне провести эксперименты? Где взять выварень?

- Так вот он, - передо мной поставили ведёрко с кристаллическим веществом, почти не отличающимся по виду от классического земного желатина.

- А лёд у вас есть?

- Имеется. Если нужно, я отправлю помощника в ледник.

- Да, но чуть позже, - кивнула, а сама уже занялась замачиванием вывареня.

Отсыпав несколько чайных ложек в миску, залила холодной водой и оставила набухать. По идее, через пару часов желатин должен дойти до нужной кондиции.

Сама пока приступила к изготовлению основы. Бисквиты здесь печь умели, и мне осталось только объяснить, что требуется. Повара быстро всё сделали, и мне даже венчик в руки взять не пришлось.

Радуясь тому, что удалось покинуть спальню, устроилась в уголочке и выжидала положенное время. Потом взяла металлическую миску и под удивлёнными взглядами кухонных работников и прочей прислуги, принялась растапливать желатин.

- Можете взбить яйца с сахаром до максимальной густоты? – попросила, помешивая мутное варево.

Повара вновь безропотно выполнили поручение. И теперь началось самое интересное. Выставив миску со взбитыми яйцами на лёд, принялась вводить желатин, неустанно работая венчиком. Глаза поваров по мере действий всё сильнее походили на огромные блюдца. Они не могли понять, откуда у Эберми нужные знания, ведь девушка до этого ни разу не появлялась на кухне. А я молчала, не считая нужным оправдываться. Если начну это делать, могу вызвать ещё больше подозрений.

Через полчаса высокое, пышное суфле было готово. Я дала поварам остатки птичьего молока, которое не пошло в торт, чтобы они попробовали.

- Это восхитительно! – ошарашенно протянул один из них. По выражениям лиц других работников было видно, что они солидарны с коллегой. – Но где вы научились? – наконец, прозвучал неудобный вопрос.

Помявшись, выдала первое, что пришло в голову. Вспомнились многочисленные журналы, лежащие на столике в небольшой чайной комнатке. Их выписывала мачеха. Интересовали её исключительно статьи о моде, которые она жадно проглатывала, а после бежала к швее с новым заказом. Остальной материал оставался невостребованным. Как-то из-за скуки Эберми пролистала один из них, и там точно были статьи по кулинарии.

- В журнале когда-то прочитала. Удивилась ещё, что наши повара ни разу подобного десерта не готовили. Наверное, от удивления рецепт и запомнился, - пожала плечами.

Вряд ли работники побегут разыскивать журнал. А даже если так, то можно сказать, что его выкинули.

Моим объяснением все остались удовлетворены.

- Теперь нужно полить шоколадной глазурью и украсить, - обратилась к главному по кухне. Он тут же засуетился, выполняя всю работу за меня.

Через час на большом резном подносе высился торт, облитый шоколадом и виртуозно украшенный белыми кремовыми цветами. Я бы, конечно, тоже так смогла после многократных тренировок… На данный момент мои навыки ограничивались завитушками и розочками. Для домашних этих умений хватало. Главное – начинка, а остальное воспринималось мишурой.

Благодарно кивнув поварам, отправилась обратно в комнату. Предварительно распорядилась упаковать торт и убрать его в холод. Узнав о моём сюрпризе для императора, папенька удивился, но приставать с допросом не стал, радуясь уже тому, что травиться снова не надумала. Мало ли какие у доченьки причуды и увлечения. Глава рода не особо вникал в интересы женщин его дома, заботясь о финансовой стороне вопроса.

Утром начались сборы. Меня намывали, причёсывали, одевали и собирали с собой сундук с платьями. Это заняло полдня. И всё время с меня глаз не спускали, боясь, что Эберми снова что-то выкинет. Я послушно терпела все манипуляции и делала вид, что неимоверно страдаю по поводу отбора. Вот ещё чуть-чуть и умру от расстройства. Родня верила, но это им не мешало сыпать напутствиями.

- Не опозорь род Лабрюз, - говорила мачеха, вскинув подбородок.

- Ты должна всех затмить, - щебетали сёстры.

И только старший брат, наклонившись к уху, прошептал:

- Если не хочешь замуж за калеку, просто слейся на первых этапах.

Я промолчала, но выдавила благодарную улыбку. Всё же, какая-никакая забота.

Во дворец мы прибыли к закату. К слову, дорога стала для меня отдельным незабываемым приключением. Карета была запряжена четвёркой крылатых лошадей золотого цвета. Гривы искрились и переливались на солнце, а пёрышки и вовсе излучали мягкое свечение. В первую минуту я замерла, не в состоянии скрыть восторга. Хорошо, вовремя вспомнила, что для Эберми волшебные скакуны не были в новинку, и подобная реакция по меньшей мере для девушки странная. Спохватившись, изобразила безразличие и, подхватив юбку, залезла в карету.

На отбор меня сопровождал папенька. Он всю дорогу строго повторял правила приличия и напоминал, что я ни в коем случае даже непочтительным взглядом не должна опозорить семью. Хоть император и жалкий калека, но всё же глава всех драконов. Покорно кивала, опустив голову и сложив руки на коленях. Периодически смотрела в окно, любуясь потрясающими пейзажами.

Мы пролетали над сиреневым морем, а затем над холмами, поросшими голубоватой травой. По долинам бежали лавандового цвета реки и резвились необычные звери, напоминающие очень круглых баранов с густой лиловой шерстью. В низинах ютились небольшие деревеньки, а в небе летали драконы, разрезая мощными крыльями пушистые облака. Мне хотелось вздыхать от восторга, но я сдерживала порывы буквально из последних сил.

За время пребывания в новом мире мне впервые не вспоминались родственники, оставленные в прошлой жизни. Я настолько погрузилась в созерцание, что даже монотонные нравоучения папеньки перестали раздражать.

Мы летели во владения императора, поднимаясь всё выше. Король драконов являлся хозяином парящих земель, куда ход открывался всего раз в год. И мало кто мог позволить себе экскурсию на летающие острова. Это удовольствие было не из дешёвых. Вот Эберми ни разу не брали на праздник начала года. Только отец с мачехой и старшим братом бывали в заповедных землях. Поэтому сейчас мои восторги не должны были восприниматься как нечто странное. А они были и распирали грудь, норовя разорвать меня на части от переполняющих чувств.

Огромные острова, парящие прямо в небе! Это же невероятно!

- Никак ты передумала по поводу отбора? – приподнял бровь отец, наблюдая за тем, как я буквально прилипла к оконцу.

Пришлось взять себя в руки и скорбно потупить взор.

Наша карета приземлилась на площади перед замком. Невест и, прибывшую с ними свиту, встречал распорядитель отбора и стражники. Император к претенденткам не вышел, а хотелось на него взглянуть и, наконец, понять, настолько ли страшно чудовище, как оно представлялось Эберми.

Всего на отбор прибыло двадцать благородных девиц. По одной из каждого знатного рода, владеющего большими территориями. Княгини, баронессы и графини. Никто не смел отказать повелителю. Все девицы выглядели подавлено, и лишь парочка держалась спокойно, и даже, как мне показалось, лица их выражали решительность. Получается, не все мечтают слиться с отбора. У меня наметились конкурентки. Интересно, какие резоны у этих барышень бороться за право стать императрицей? Власть? Это предположение было самым логичным.