Глава 9

Ярхорн

Я решительно не представлял, что мне делать с женщиной, которая волею судьбы поселилась теперь в моём замке. У алтаря чуть заживо не сгорел от драконьего огня, что рвался наружу и требовал закрепить брак. Татуировка целые сутки жгла запястье и не давала сосредоточиться ни на чём. Моим спасением стало уединение. Я отправился на один из парящих островов и пробыл там весь день и всю ночь. Магия правящего рода бунтовала, но я сумел загасить пламя, напоминая себе, кем являюсь для этой хрупкой девушки. Калека, слабак, навязанный муж.

А чуть позже я начал наблюдать за Эберми. Она пробыла в замке всего ничего, но с её приходом что-то незримо поменялось. Меня окружали всё те же холодные и пыльные стены, грязный пол и темень, царящая в доме, но внутри, словно солнце появилось. Оно блуждало по каменной кладке замка, ставшего для меня темницей, робко касалось пыльных окон и даже в самые тёмные и сырые углы заглядывало. Дом будто оживал, и для меня это было удивительно.

Я не понимал поведения собственной жены. Сначала она уволила почти всю прислугу, а затем сама принялась выполнять её обязанности. И если приготовление пищи я мог списать на странную прихоть, то стирка стала совершенной неожиданностью. Меня разозлил тот факт, что жена до изнеможения возится с уборкой, выводит пятна засохшей крови. Эберми даже имела наглость провести в моей спальне ревизию! Жалеет? От этой мысли всю грудину кипятком обдало, и я ещё острее ощутил свою убогость.

Я не смог создать для собственной жены хороших условий. Ей приходится пачкать руки, уподобляясь служанке! Разве после такого она посмотрит на меня иначе, чем на ничтожество?

Опустившись на кровать, устало растёр лицо, пытаясь совладать с обжигающими грудную клетку, чувствами. Я дал ей достаточно денег, чтобы Эберми могла купить себе еды, украшений, нарядов и постельного белья. Я сам иногда выкидывал одежду и простыни, чтобы не стирать. Просто приобретал новое. Считал, что жена поступит также, но вместо этого она отправилась на рынок за продуктами! Непостижимая женщина. Я решительно не мог объяснить её поведение. Она считает, что я голодаю? Не понимает, что могу купить себе любой пищи, просто спустившись в ближайшее поселение?

Да я так и поступал последние несколько лет. А ковырялся в противной жиже лишь для виду, чтобы прислуга почувствовала удовлетворение от маленькой пакости.

Когда не сдержался и выплеснул раздражение от ощущения собственной слабости, Эберми настолько удивила, что я на минуту растерялся, не зная, что ответить. Разве молоденькие девушки могут столь дипломатично реагировать на претензии? У меня происходящее в голове не укладывалось. Чтобы не показать своей потерянности, просто сбежал, а потом долго обдумывал произошедшее и чувствовал жгучий стыд и вину. Не потому, что принудил жену к грязной работе, а потому, что, как ей показалось, не оценил стараний Эберми.

И ещё эти оладьи! Наверняка Аннэт принесла их не по собственной инициативе. После моих нападок супруга всё равно позаботилась. Какой же я гад!

Промучившись до утра, на рассвете собрался и отправился на самый дальний парящий остров. Там росли потрясающие цветы. Эберми заслуживает того, чтобы у неё попросили прощения. И, как мне показалось, она не очень склонна к коллекционированию украшений. Я видел, как девушка рассматривала прошлый букет, как трогала хрупкие лепестки, вдыхала аромат цветов. Решение пришло мгновенно. А ещё посчитал необходимым напомнить жене, что она имеет полное право посещать парящие острова. Возможно, это доставит ей удовольствие и развеет тоску по отчему дому и горечь от навязанного ущербного супруга.

Было жутко интересно, как отреагирует Эберми на мой жест, но сегодня запланировано совещание военного совета. Нам не нравилось, как активизировались саламандры. Они слишком близко подошли к границам. Одно дело, если бы огненные выслали делегацию или переговорщика, но кроме кораблей в нейтральных водах, каких бы то ни было шагов не предпринимали. Что они там забыли?

Вейрох – мой военачальник и лучший друг предложил усилить патрулирование приграничной территории. Горвулам было плевать на чужаков, да и никто в здравом уме не покусится на их земли, а вот для нас саламандры представляли угрозу. Ко всему я никак не мог забыть того факта, что родители пропали как раз на обратном пути из их империи. Ходили слухи, что саламандры вели переговоры о поставках ледяной травы с одного из парящих островов. Официально же они пригласили правителя драконов для обсуждения границ. Им казалось, что магия, наполняющая пространство вокруг их земель, распространяется и на нейтральные воды. Саламандры хотели передвинуть границы к нашим землям. Что произошло потом – никому не известно.

- Думаю, стоит отправить войско численностью в пятьдесят голов. Это не будет выглядеть агрессивно, но станет хорошим сдерживающим фактором для саламандр. Против такого количества ящеров они не решатся пойти. Двадцать кораблей – это недостаточно. Впрочем, мы можем упускать что-то из вида, - Вейрох нахмурился.

- Вышли сотню, - отдал я приказ. – Мне плевать на то, что подумают саламандры. Они должны понимать, что их действия выглядят странно.

- Слушаюсь, Ваше Величество, - кивнул военачальник.

После того как указ был отдан, и мы с Вейрохом остались наедине, он поинтересовался:

- Как супружеская жизнь, дружище? Что-то лицо у тебя сильно напряжённое.

Я хмуро глянул на военачальника.

- Не смешно, - процедил.

- И не думал, - приподнял бровь Вей.

- Ты же знаешь, что Эберми предприняла, чтобы не ехать на отбор. Как я могу прийти к ней в спальню? Да она умрёт от отвращения!

Только с другом я мог быть столь откровенным. Когда-то он вытащил меня с поля боя, спас жизнь, а потом выхаживал, кормя с ложечки как ребёнка. Терпел мои истерики, когда я осознал произошедшее и после. Мне было тяжело учиться управляться одной рукой. Я от рождения являлся правшой, и теперь чувствовал себя беспомощным, словно грудное дитя. Поражаюсь терпению Вейроха. И он не отвернулся от меня, несмотря на слабость. Не стал бросать презрительные взгляды. Друг и соратник продолжал относиться ко мне по-прежнему. Наверное, только это помогло мне выкарабкаться. Если бы в тот момент я остался совершенно один, то не выдержал бы. Позже Вейрох даже тренировался со мной, терпеливо ожидая, когда я овладею мечом заново.

- Ты надумываешь. Снова, - тяжело вздохнул Вей. – Я видел, как она смотрела на тебя, стоя перед алтарём. В её глазах не было и капли презрения или брезгливости.

- Это ты надумываешь! – огрызнулся. – Мне импонирует твой оптимизм, но иногда это качество просто бесит. Эберми никогда не посмотрит на меня, как на достойного мужчину и защитника. Как на желанного партнёра. Ни одна женщина не посмотрит!

Вейрох только издал стон, махнул рукой и покинул кабинет.

А вот я смотрел на хрупкую девушку и представлял её в своих объятиях, украдкой, пряча образы от самого себя. Эберми являлась в предрассветных снах или на грани забытья и реальности, когда дрёма ещё ласкает разум, но ты понимаешь, что через мгновение откроешь глаза.

Она брала за руку и печально улыбалась. Девушка казалась мне близкой – той, которую ждал всю жизнь. И одновременно далёкой. Будто из другого мира. Не хотелось верить в то, что небеса послали мне её в момент, когда я стал увечным. Почему не раньше? Тогда мне удалось бы завоевать её расположение…

Эберми воспользовалась моим предложением посетить острова. Пришла и спросила, как попасть в парящие земли. Я знал, что она уже пыталась в облике прекрасного дракона приземлиться на один из островов, но защитный купол не пропустил опасного хищника. Даже я пройти сквозь него не смог бы. Путь существовал только один – через магический портал, охраняемый сетью кристаллов, надёжно спрятанных от посторонних.

Я провёл её в потаённую комнату и показал, что нужно делать.

- Смотри, всего островов двенадцать. Ты можешь выбрать любой, указав на него вот здесь, - на плоском камне зажглись точки, символизирующие каждый клочок земли. – Пользуйся в любое время. Тебе не надо спрашивать у меня разрешения. Метка правящего рода откроет проход.

- А без неё не попасть на острова?

- Нет, - качнул головой. – Клади руку на камень и выбирай точку.

Эберми закусила губу и положила хрупкую ладошку на гладкую чёрную поверхность. Тут же замерцали маленькие огонёчки, приглашая в гости.

- А там не опасно?

- Для дракона на островах не существует угрозы. Просто обратись, если почувствуешь опасность.

Девушка кивнула и ткнула пальчиком в третью от края точку. Не знаю умышленно или нет, но она выбрала мой любимый остров. Я часто приходил туда и сидел на утёсе, глядя в небо, вспоминая, как раньше взрезал мощными крыльями облака. Там мне легче всего было дотянуться до них вновь.

- Прекрасный выбор, - проговорил тихо, когда за Эберми уже закрывалась светящаяся арка портала.

И конечно, мне не хватило сил воздержаться от того, чтобы не подсмотреть, чем жена станет заниматься на острове. Поспешил к себе в кабинет и активировал наблюдательный кристалл.

Эберми стояла посреди небольшой поляны с розовой травой и восхищённо смотрела по сторонам. Потом сняла обувь и босиком побрела по пушистому ковру, жмурясь от удовольствия. Сделала пару кругов по лужайке, подошла к невысокому кусту, свесившему гирлянды жёлтых соцветий до самой земли. Понюхала, сморщила носик и чихнула. Да, лапрея обладает специфическим ароматом. Не смог сдержать улыбки.

Интересно, найдёт ли Эберми моё любимое место. Девушка покрутила головой и двинулась к утёсу, словно прочитав мои мысли. По дороге она несколько раз останавливалась возле небольших озёр с сиреневой водой, любовалась, мочила ноги и руки, а потом брела дальше.

Зверьё затаилось, прощупывая энергетику нового посетителя. Меня они не боялись, привыкнув к частым визитам. Но, как ни странно, обитатели острова очень быстро осмелели и начали выглядывать из своих укрытий. Первым навстречу Эберми высунул нос шушир – мелкий зверёк с ярко-розовой шерстью. Он юркнул гибким, длинным тельцем в зарослях вдоль тропинки. И стоило девушке остановиться, пушистый прохвост тоже замирал. Так у них началась своеобразная игра.

Я смотрел на жену и чуть не смеялся. Удивительно, как в ней уживается зрелая, рассудительная женщина и озорная девчонка. А сейчас Эберми была именно такой. Она останавливалась на пару секунд, а потом делала бросок в сторону, затем прыжок и снова остановка. Через пять минут Эберми уже звонко смеялась, наблюдая, как шушир парадирует её передвижения.

- Иди, будем знакомиться, - села она на корточки, протянув вперёд руки.

Зверёк высунул мордочку из кустарника и принюхался, а потом в один прыжок оказался у девушки на коленях. Та охнула, но сдержалась, чтобы не дёрнуться. Осторожно погладила шушира по мягкой шёрстке и сказала очень странную фразу:

- Ты похож на ласку. Такой же юркий и шелковистый.

Совершенно не понял, о чём это она говорит. Пытался припомнить фауну королевства, но ничего похожего на слово «ласка» так и не пришло в голову.

Вскоре Эберми вышла на продолговатый утёс, теряющийся в облаках. Встала, посмотрела вдаль и раскинула руки в стороны, подставляя лицо солнечным лучам и влажному воздуху. Как же в этот момент она была красива! Какой-то особенной красотой. Хотелось впитать каждую чёрточку, каждый жест, изгиб тела и серебро волос. Появилось буквально непреодолимое желание пойти к ней, обнять, вдохнуть кружащий голову запах. В отчаянии стукнув кулаком по столу, отключил кристалл.

Чтобы спустить пар и отвлечь мысли вышел во двор и принялся тренироваться. Меч уверенной тяжестью лежал в ладони, напоминая о том, что когда-то был надёжным соратником в битвах. Не всегда драконы воевали в зверином обличии. Иногда приходилось отражать набеги орков. И с ними мы бились врукопашную. Наш народ ценил силу и честность превыше всего. Мы не шли на заведомо слабого противника, кичась превосходством. Да, драконов уважали и побаивались, но знали, что они никогда не применят преимущества в силе, а станут вести бой честно. Это правило не касалось лишь одичалых и тех, кто посягнул на неприкосновенность территории. С ними приходилось сражаться любыми доступными методами.

Сколько раз я жалел, что в тот день не взял больше воинов. Мне доложили, что в горах орудует один горвул, но на деле их оказалось пять, а за подмогой идти было уже поздно.

- Ваше Величество, - услышал сдавленное из-за спины.

Резко обернулся и встретился лицом к лицу с Эберми. Она тут же потупила взор, а я схватил рубаху и второпях принялся её надевать. Жена увидела мои шрамы и этот обрубок вместо руки. Теперь в её глазах точно появится брезгливость и страх.

- Я хотела позвать вас на ужин, - проговорила она срывающимся от волнения голосом.

- Ужинай без меня, - ответил сдавленно и буквально сбежал, закрывшись в собственной спальне.

Захотелось сброситься с того злосчастного утёса, лишь бы не испытывать этой боли, безжалостно полоснувшей грудную клетку. Воин оказался беззащитным перед хрупкой женщиной. Зависимым от её мнения и отношения. Это убивало.