Глава 23

Глава 23

Скайден

В камере было тепло и довольно чисто, что уже само по себе показалось мне странным. Сначала даже решил, что за последние пять лет, в течение которых я ни разу не попадался полиции, здесь начали заботиться о задержанных. Но потом перевёл взгляд на сидящего напротив Ремерди и иронично хмыкнул.

Думаю, нам с ним просто выделили этакие апартаменты для избранных, он же, как-никак, сын премьер-министра. Тут даже отдельный изолированный санузел имелся, что для арестованных верх роскоши. Более того, в этом крыле вообще было только две камеры и царила тишина. А конвоир, проводивший нас к месту временного заключения, милостиво пояснил, что кроме нас двоих здесь никого больше нет.

Судя по всему, других бедолаг просто держали отдельно.

Допрос и иные разбирательства должны были состояться после прихода следователя, а тот, как нам сказали, до утра точно не явится. Так что эту ночь нам с Эрикером предстояло провести в компании друг друга, что не радовало ни его, ни меня.

Правда, мне до сих пор не было понятно, зачем Эрик выдал этот абсурд с собственным обвинением. Может, ему просто захотелось посмотреть, как там, в изоляторе? Или головой при падении сильно ударился? В то, что он сделал это исключительно из-за меня, верилось слабо. Нет, тут явно есть ещё что-то.

Пару часов прошли в тишине. С момента, как нас сюда привели, мы перекинулись всего парой фраз. Мне говорить не хотелось совершенно, следовало обдумать ситуацию и решить, что отвечать на допросе. Эрикер тоже выглядел задумчивым и сосредоточенным. То и дело я ловил на себе его изучающий взгляд. А это, учитывая его недавний рассказ про пожар и погибшего друга, откровенно напрягало.

— Что у тебя с моей сестрой? — спросил он вдруг, нарушив долгое молчание.

— А что вообще может быть у меня с высокородной леди? — ответил я равнодушно. — Ничего.

— Угу, — бросил Эрик с открытой иронией. — И потому ты кинулся под пули спасать нас. А потом так прижимал её к себе, будто она твоё сокровище. Но знаешь, что самое удивительное, Вайд? Она тебя слушается, хотя ей часто даже отец не указ. Что уже само по себе наталкивает на определённые мысли.

Я хмыкнул и, улегшись спиной на широкую лавку, спросил:

— Даже интересно, на какие?

— Между вами что-то есть.

— Ну, допустим, что-то есть. Но тебя это точно не касается.

— Думаешь? — бросил Ремерди. — Если не забыл, она моя сестра.

— И что?

А он самодовольно усмехнулся и сказал:

— Слышал, у тебя тоже есть младшая сестра. Вот представь, что у меня с ней… интрижка.

Я мигом сел и зло уставился на Эрикера. От одной мысли, что он может подбивать клинья к Дайрисе, захотелось его придушить.

— Во-о-от, — рассмеялся этот паршивец. — Чувствуешь? Как тебе ощущения? Нравится? По глазам вижу, что не очень. — И мигом вернув себе серьёзный вид, продолжил: — А теперь представь, каково мне видеть тебя с Беатрис. Потому, повторяю вопрос: что у тебя с ней?

— Повторяю ответ. Ничего, — сказал, глядя ему в глаза. И зачем-то решил выложить часть правды. Не иначе из солидарности, как старший брат старшему брату. — Ничего, кроме одного дела, за которое она мне заплатила. Его нужно довести до конца, и тогда мы с ней разорвём любое общение.

А Эрикер вдруг упёрся затылком о стену и кисло улыбнулся. Но когда спустя почти минуту посмотрел на меня, в его глазах было горькое понимание.

— Я знаю, кто ты, Вайд, — бросил этот уникум.

Да с таким взглядом, что мне мигом стало не до шуток. Знает? Но как? Откуда? Узнал? Да в жизни не поверю. Три года не узнавал, а тут вдруг осенило? Бред. Не может этого быть. Или…

Всевидящий! Да что я за придурок? Нужно нацепить на лицо маску прожжённого циника и посмеяться над его дурацкими догадками. А главное, задвинуть подальше это идиотское желание сказать правду. Кому? Ремерди? Сыну предателя? Который может предать меня так же, как его отец предал моего?

Но на чём я мог проколоться? На том разговоре в мастерской? Вряд ли. На сегодняшнем порыве спасти их с Трис? Точно нет. Тогда на чём?

И всё же мне удалось взять себя в руки. На это ушло несколько долгих секунд, за которые Эркиер точно успел рассмотреть всю гамму эмоций на моём лице. Потому-то и улыбался сейчас, как истинный победитель. Даже захотелось от души съездить ему кулаком по этой улыбочке.

— Дико хочется тебя ударить, — вдруг сказал Эрик, озвучив мои собственные мысли. — Но тогда нас тут на самом деле закроют надолго. Потому давай отложим до лучших времён. Хотя, знаешь…

И замолчал, заставив мои нервы натянуться ещё сильнее.

— Я даже благодарен тебе, — проговорил он наконец.

— За что?! — выпалил я нервно.

— За сестру.

Но, видя моё полное недоумение, усмехнулся и всё-таки пояснил:

— Брось, Вайд. Отец назвал мне имя её супруга. То самое, что было записано в храмовой книге. Ясное дело, что оно там сокращение, и полных вариантов этого имени уйма. Скайлер, Верскай, Минскай, и ещё целый список. До сегодняшнего вечера мне не приходило в голову, что это можешь быть ты. Но по тому, как вы с Трис друг за друга цеплялись, сразу становится ясно, что вас связывает нечто большее, чем просто симпатия. К тому же она называет тебя Скаем, в то время, как для остальных ты Ден. — Он картинно развёл руками и с видом великого сыщика, раскрывшего мировой заговор, добавил: — И ты сам сознался, что она тебе заплатила за какое-то дело, которое нужно ещё довести до конца. Вывод озвучить?

— Не надо, — вздохнул я.

С одной стороны, меня затопило облегчение, что узнал Эрик лишь один из моих секретов, и далеко не самый серьёзный, хотя проблем теперь всё равно будет много. Но с другой — где-то в глубине души я даже расстроился и со странной обидой осознал, что даже хотел бы, чтобы он узнал правду.

Пришлось отвесить самому себе мысленный подзатыльник и напомнить про осторожность. Подставлюсь сам, пострадают мама и сестра. А если обо мне станет известно Леонарду Ремерди, то случится катастрофа. Ведь он точно знал, кем был мой отец. И за что его в итоге убили.

— Значит… — загадочным тоном бросил Ремерди. — Ты муж моей сестры. Фиктивный. И… что дальше?

— Дальше? — спокойно протянул я. — Развод. И мы бы с Трис уже развелись, если бы не запрет вашего папеньки покидать территорию академии. Хотя, сегодня она этот запрет с лёгкостью нарушила.

— Ей можно выходить со мной, — ответил Эрик и заметно поник. — Вот только, как оказалось, я не смог её защитить.

Я смотрел на него, обдумывая, как лучше задать вопрос, но он всё пояснил сам:

— Слышал о нападениях на родовитых магов? — спросил он, и я ответил кивком. Слышал. Вот прямо сегодня.

— Об этом не пишут в СМИ, чтобы не сеять панику, но кто-то планомерно лишает дара молодых магов. По большей части жертвы — отпрыски аристократии. Среди них были и опытные, но в основном это молодёжь. Как у них отбирают дар, для каких целей всё это устроено, я не знаю. Но на Беатрис охотятся именно эти сумасшедшие.

Вот оно, значит, как. Ситуация на самом деле странная. А если добавить ту информацию, которую я услышал несколько часов назад, прячась вместе с Трис, всё выглядело ещё хуже.

Но должен ли я во всё это лезть? Не думаю. Мне вообще сейчас лучше сидеть тихо и не высовываться. А то неприятностей не оберёшься. Ещё заявят, что у меня слишком высокий уровень дара, и решат, что это я каким-то образом присваиваю магию нерадивых аристократиков.

Да, звучит абсурдно, и всё же по подобному обвинению меня уже в изолятор упекли.

— Я не имею к этому отношения. Клянусь, — сказал, снова посмотрев на Эрика.

— Думаешь, я сомневаюсь? — спросил он со скепсисом. — Скайден, мы с тобой сегодня вместе отбивались от тех козлов с огнестрелами. И ты рисковал не меньше, чем я. А сестрёнку мою и вовсе собой закрывал.

— Это не специально. Просто…

— Просто она твоя жена, — перебил Эрикер и, забравшись на лавку с ногами, обхватил рукой одно колено.

Видя такую странную для лорда позу, я не смог сдержать улыбки. Всё же некоторые привычки не покидают нас никогда. Даже странно, что я так долго не желал видеть в Эрике того, кого когда-то знал.

— Нам с Трис надо развестись, — сказал, глядя ему в глаза. — Если ей можно выходить из академии с братом, значит, в храм мы отправимся втроём. Она тянет, не понимая масштабов возможных последствий, потому скажу ещё и тебе. Татуировки на наших руках начали светиться. Я выяснил, что это из-за силы и притяжения наших магий. Если не расторгнем брак в ближайшее время, то сделать это будет уже невозможно.

Эрик явно не ожидал от меня такой откровенности. Его взгляд снова стал серьёзным и колючим. Изучающим.

— Понимаю, что ваш отец может при желании решить эту проблему, попросту устранив неугодного зятя, и тем самым вернув дочурке свободу, — озвучил я свои опасения. — Но мне бы хотелось ещё пожить.

Вот теперь Эрикер изменился в лице. Сел прямо, а на меня посмотрел с осуждением.

— Хорошего же ты мнения о моём родителе, — проговорил младший Ремерди. — Считаешь, он пошёл бы на убийство?

И мне бы стоило промолчать, но… не получилось. Нет у меня хвалёного аристократического воспитания. Да и выдержка откровенно хромает.

— Ни капли не сомневаюсь, — дерзко заявил я, глядя ему в глаза. Но продолжил уже чуть более спокойным тоном: — Сегодня я помог тебе, Эрик. Помоги и ты мне. Нам с Трис необходимо развестись. Чем скорее, тем лучше.

Он хотел что-то ответить. Уже даже открыл рот, но в этот момент в пустом коридоре послышались шаги и голоса. И среди них один женский. До боли знакомый.

Спустя несколько секунд в замке заскрежетал ключ, дверь распахнулась, и шагнувший в камеру полицейский торжественным тоном объявил, что мы свободны. Он даже извинился и заверил, что никаких обвинений нам никто не предъявляет, а патрульные просто немножко перестарались. Лебезил так, что стало противно.

Устав слушать его речь, я поднялся на ноги и первым направился прочь из камеры. Отпускают? Отлично. Надеюсь, больше сюда не попаду.

Но стоило пересечь порог, и я едва не споткнулся на ровном месте.

Прямо передо мной в узком коридоре стоял тот, кому я ни при каких условиях не должен был попадаться на глаза…

Леонард Ремерди собственной министерской персоной.