Глава 47

Макар

Если бы рейс не задержали — мой самолет уже бы в городе приземлился.

Я и помощнику позвонил, попросил дождаться в офисе.

Есть отличный проверенный способ пережить что угодно — с головой в работу уйти. Я так уже делал.

И мне бы это очень помогло, ведь я главное понял — жениться по любви — самая большая глупость, которую я в своей жизни делал.

Никто не виноват, я только. И моя самоуверенность, если бы я не заставлял Эмму, не ждал от нее ответной любви — сейчас не было бы так паршиво.

Они с Артуром сидят напротив.

Засмотрелся на кольцо на ее пальце — не сняла, и, вопреки здравому смыслу моя надежда еще не сдалась тоже.

Моей жене всего двадцать четыре года. И я вел себя неправильно, Эмма могла ошибиться.

Возможно, мы еще все наладим…

— Так себе вечер, — нарушил паузу Артур и наполнил бокалы. — Шварц, твое присутствие за этим столом необязательно.

— Моей жены тоже, — раскрыл кожаную папку. Взглядом пробежался по колонкам меню, нажал на звонок, вызывая официанта. — Эмма, — поднял голову. Встретились глазами. — Что скажешь? В универе тебе оформили отпуск по семейным обстоятельствам. И ты всегда можешь туда вернуться.

— Чтобы вместо тебя воспитывать твоих детей, — не дал ей ответить Артур. Он отпил вина, оттянул воротничок рубашки.

Здесь душно.

Но я к костюмам привык, даже в жару не вылезаю из классики, положение обязывает.

— С моими детьми я сам разберусь, — отрезал и снял пиджак, бросил его на диван.

Сощурился на Артура.

У меня было время выяснить.

Тогда, весной, мой сын сам к нему на стажировку устроился. И Артур этим воспользовался, он через Максима мой бизнес хотел развалить, а меня посадить — мечта у мужика такая, несбыточная.

Потом, после больницы, Максим к нему работать не вернулся.

А я подготовился, по документам теперь всем владеет мой деловой партнер. И бывший друг продолжает выискивать мои слабые места.

И сам не понимает, как он неправ, я бы его просветил, но уже не хочу, когда из-за кого-то тебе ногу собирают по частям — крепкая старая дружба забывается, ей на смену приходит вражда. И это нормально.

— Что-то выбрали? — в кабинете снова вырос официант.

Продиктовал ему заказ и бросил меню на край стола.

Вытянул под столом ноги и посмотрел на Эмму.

— Так и будешь молчать?

Ей неловко здесь с нами двумя, и я это вижу.

И тихо злюсь, эти противоречия, когда четко выбрать не можешь, что тебе надо — удел женщин, я всегда знаю, что мне делать.

Но не сейчас.

Пробовать спасти нашу семью или смириться, что она в постели моего врага ночевала — что?

— Ночь была жаркая, — будто прочитал мои мысли Артур. Он закинул руку на спинку дивана, ненавязчиво обнял мою жену за узкие плечи. — Кстати, начало ужина тоже.

Эмма нервно теребит волосы. Она покраснела.

И у меня тоже перед глазами повисла красная пелена.

Я ее тут под столом застукал, когда вошел. Ее, и расслабленного на диване Артура.

Дрянь.

— Я бы сам не отказался от такой прелюдии, — выговорил прежде, чем обдумать успел. Шире расставил под столом ноги. — Эмма. Может, и меня порадуешь?

Глаз не отвожу от ее красивого лица, от полных приоткрытых губ.

Она этими губами четверть часа назад Артура удовлетворяла, и мне, как и в прошлый раз, думать мешает злость.

Хочется за волосы девчонку схватить и заставить.

— Может, Кристина тебя порадует? — выговорила она хрипло и резко подалась вперед, сбрасывая с плеч руку Артура.

— Я хочу, чтобы ты, — бросил. Наклонился навстречу. Сверлю ее взглядом и угадать пытаюсь, что за мысли в ее темноволосой голове прячутся. — Моя очередь. Спускайся под стол, Эмма.

Она неопределенно хмыкнула.

Перевел взгляд на Артура.

Каренин напрягся, ему тема разговора не нравится.

И само мое присутствие здесь.

— Я выйду в туалет, — она рывком поднялась. Рванула мимо Артура, и едва не упала ему на колени, схватилась за стол, и дрогнули бокалы.

Жена пулей вылетела в зал, мы остались вдвоем.

— Вернется, — сказал убежденно.

Я и не сомневаюсь, и теперь уже дело не в том, что идти ей некуда.

Просто она хочет сюда.

В глазах ее видел.

Ко мне или к нему — но хочет.

— Ну и чего добиваешься? — Артур усмехнулся. Отпил вина. — Шварц, пора смириться, что эта женщина тебе не принадлежит.

— Посмотрим.

— Она мне только что под столом отсасывала.

Не сдержавшись, двинул по столу, и посуда грохнула снова.

Мы напротив сидим.

Я не могу не думать про ту ночь, когда мы делили ее на двоих.

Мой кабинет и зеркальный потолок, и ее тело, распростертое на столе — эта картинка в памяти отпечаталась в ярких красках.

— Ты хочешь мою жену трахнуть и чтобы я это видел, да? Тебе это надо, — понял. — Но так не будет, Артур. Ты — развлечение. Посмотришь сейчас. Моя жена вернется. И сделает все. Что я ей скажу.

Сделает.

В наказание.

А потом мы с ней улетим домой.