Глава 51

На меня все смотрят.

И, кажется, даже девица администратор, которая тусит в холле за стойкой — все слышала.

Я вся красная от стыда.

И потому, что Макар меня так истрепал.

Мятое платье, скошенный каблук на туфле. Лохматые волосы.

Я словно с веселой вечеринки возвращаюсь под утро, где всю ночь танцевала на столе и купалась в шампанском.

Но на часах еще даже не полночь.

Оглянулась, проверяя, идут ли за мной. Наткнулась взглядом на крупную фигуру Артура, что появился из зала.

И быстро-быстро застучала каблуками к лестнице.

Объяснения этому нет и не будет, ведь меня не заставляли, мне, правда, было изумительно там, в отдельном кабинетике, вместо романтического ужина при свечах наслаждаться тем, с каким голодом треплют меня.

Почему тогда сейчас словно отрезвление пришло, и поднять глаза на желанного мужчину смерти подобно.

Так бывает. Что людей, видевших твою слабость — избегать начинаешь, презирать.

И вот я тоже злюсь. Что устоять не могу перед ними двумя, что от них сексом несет за версту и они оба красивы, как оживший сон.

Взбежала по ступенькам и вышла на площадке второго этажа. Замедлила шаг, успокоить стараясь взбесившийся пульс.

Комнаты, комнаты, комнаты.

Вот дверь в наш с Артуром номер.

Остановилась и, не поворачиваясь еще, почувствовала, что они тоже в этом коридоре, оба, тяжелая поступь шагов набатом стучит в висках.

— Позволишь? — негромко, хрипловато спросил за спиной Артур. И через мое плечо потянулась его рука с ключ-картой.

Отшатнулась слишком поспешно, с головой выдавая свое волнение.

И услышала, как муж усмехнулся.

— Что тебе весело? — обернулась в раздражении.

Макар стоит рядом с Артуром, небрежно сунув руки в карманы брюк. Брюки там, где ширинка — испачканы. Моим соком, его семенем.

В таком виде он шел по ресторану.

И сложно представить, чтобы он себе позволял подобное раньше. А сейчас и не смущается, будто так и надо.

— Весело, что ты шарахаешься, Эмма, — его прямой, такой же потемневший взгляд скользнул по моему лицу. — Знаешь ведь, зачем мы поднялись в номер. Любимая жена.

— Я могу уйти, — бросила.

— Именно, что не можешь, — Артур распахнул дверь и подтолкнул меня в номер. Зашел следом и щелкнул выключателем. — Ужин будем заказывать или не надо? — спросил у меня за спиной.

И мне послышалась очередная издевка, словно это я их двоих соблазнила, сама притащила их сюда и требую удовлетворять меня.

— Закажи лучше честность, откровенность, способность признать, что ты…

— Тихо, тихо, — они оба заметили, что меня понесло. Макар прикрыл дверь и щелкнул замок. — Эмма. Сама-то признаешь, что сейчас происходит?

Не ответила. Сбросила обувь, и получилось нервно, туфли полетели по мягкому ковру в разные стороны. Босиком прошла до ванной и захлопнула дверь.

Посмотрела на себя в зеркало.

И торопливо отвернулась.

Я права. И он прав.

Они двое не хотят признавать, что все это начали сами, тогда еще, весной.

А я сейчас своего отражения в зеркале избегаю и вину испытываю за то, что было.

Будто можно об этом забыть.

Сбросила платье и встала в душевую кабину под теплую воду. Зубами разодрала упаковку с гелем, с ожесточением размазала по телу пену.

Как открылась ванная я не услышала, только когда дверь душевой кабины отъехала в сторону — обернулась.

Артур шагнул ко мне прямо в одежде. Светлая рубашка тут же намокла под напором воды, облепила широкую натренированную грудь.

Бесполезна эта моя борьба. Если я сейчас смотрю на него — и не могу оторваться.

— Честность и откровенность подъехали, — сказал он, сделав шаг ко мне и сгреб в охапку. Прижал к себе голую, и даже через ткань его одежды эти касания отозвались во мне сладко, предвкушением. — Я рассчитывал на твой развод. И что мы будем вместе.

— Поэтому отправил меня под стол в ресторане. Знал, что муж приедет и специально его решение хотел поторопить.

— Да, — не стал он отпираться. — Я мужчина, и это нормально. С другим мужчиной решать вопросы. Которые для женщины кажутся сложными.

— Для твоего мозга это сложно. Что я не хочу разводиться, — выплюнула брызнувшую в рот воду, и она фонтанчиком полетела на его рубашку.

— Зачем тогда мне надежду даешь? — его лицо застыло, он отстранился. — Если от мужа уходить не собираешься.

— Подумай.

Отступила к стеклянной стене и отвернулась. Пальцами зарылась в волосы, вымывая пену. И затаила дыхание, когда Артур толкнул меня, надавил между лопаток, грудью впечатав в стекло.

Вжикнула ширинка на его брюках.

— Мне все эти загадки не нужны, — его губы возле уха, своим телом он вжал меня в стену. Раздвинул ягодицы, скользнул между ними пальцами и врезался в промежность. — Хочешь трахаться и со мной, и с мужем — так и говори.

— Не только… — закончить не смогла, толстый член врезался в меня, выбивая дух.

Артур с глухим стоном вжался в меня бедрами. Сильной рукой обнял за шею.

Зачем…

Зачем делать вид, что это просто секс, если он так крепко обнимает, словно отпустить никогда не сможет.

— Если бы тебе это не нравилось… — простонала, задыхаясь, — ты бы прекратил. Ты бы ушел.