Глава 53

— Звали меня, каким местом ты здесь? — спросил Макар.

— Каким местом я — ты сегодня уже видел, — отозвался Артур.

И на этом диалог закончился, муж ушел в свой номер переодеваться и хлопнул дверью так, что косяк затрещал.

Артур тоже схватил сумку и с вещами скрылся в ванной.

Одевалась я в одиночестве.

У меня тут два платья, которые Артур купил и первое, из ресторана, надевать уже нельзя.

Оставлю, как память — мрачно хмыкнула, складывая его.

В гостиницу не вернусь, решено. Раз папа сорвался из командировки — мне надо быть дома, не оставлять с его этой невозможной Кристиной. "Мачеха" так завралась, что пусть собирает платья в лукошко и катится к черту.

Или к Игорю, они с моим бывшим женихом друг друга стоят.

Никого не дожидаясь, первой вышла на улицу.

Волосы еще влажные, их тут же подхватил ветер, растрепал. В тонком платье невероятно холодно, и когда мне сзади на плечи кто-то молча накинул пиджак — обернулась.

Муж остановился рядом.

Неторопливо закурил, выпустил дым тонкой струйкой.

— Как дома дела? — спросила, лишь бы сгладить эту неловкость между нами, мы к отцу моему едем, с которым он еще даже не знаком.

А между мной и мужем уже такое случилось, и имя ему Артур.

— Откуда я знаю, как дома, — сухо отозвался Макар. — Я здесь.

— Но тебе же звонили, наверное? — чувствую себя так, словно навязываюсь и не нужен ему этот разговор вовсе. И злюсь. — Хотя, знаешь, да. Какое мне дело. Что там в твоей чокнутой семейке творится.

— Эмма, — протянул он мое имя и повернулся. Его взгляд потяжелел, как тогда, в ресторане, а потом в номере. — Следи за языком.

— Чего мне за ним следить. Я и так знаю когда и где он находится.

Эта фраза прозвучала таким дерзким намеком на ту сцену под столом, что лицо Макара на глазах напряглось, и я невольно попятилась.

Он выпустил дым. Почти в лицо мне. И ледяным тоном процедил.

— Дома дел выше головы. Но я за тобой рванул сюда, в другой город. Потому, что ты для меня важнее. А если еще раз откроешь рот и ляпнешь подобную дурь, Эмма. Я тебя так выпорю, что ты потом неделю ходить не сможешь.

Сразу вспомнила ту порку в машине, из-за которой я и сбежала.

И заткнулась.

Я уже и не виню мужа. Это просто его невыносимый сын, я тогда поперлась к нему в тату-салон.

А Макар и тогда ревновал, и сейчас ревнует, и вот он взрослый, умный мужчина, кандидат в депутаты, меценат…

И все равно, как и я не знает, что в нашей ситуации делать.

Взять и забыть ведь уже не получится.

— Меня ждете? — раздалось позади, и сильная теплая рука легла на мою талию, сминая пиджак мужа. Подняла голову на Артура. Он облизнул губу. — Что? Передумала ехать?

— Тогда папа сам приедет.

Эта угроза сработала или им самим так не терпится, но в машине Артур включил музыку на полную громкость и погнал по полупустым ночным улицам.

Они оба впереди расселись, а я трусь сзади и любуюсь их затылками.

И представляю, что папа скажет.

Снова повторит, что рано мне было начинать самостоятельную жизнь, мало того, что уехала без денег, без вещей почти, чуть ли не с одним паспортом.

Так еще и вернулась с двумя мужиками.

Которые терпеть друг друга не могут, несколько лет делят город, а сейчас еще и меня.

В доме везде горит свет.

И почему-то до сих пор стоит машина службы клининга.

Дверь, как и днем, открыла довольная Кристина.

И, перекрикивая шум, заголосила вглубь дома:

— Эдик, явились!

— Сама ты Эдик! — меня опять перекосило от этого обращения. Рванулась вперед. Кто-то из мужчин придержал меня за руку.

— Спокойно, Эмма, — приказали мне холодным тоном.

Отмахнулась, но все же сдержала себя, на косых каблуках прошла мимо Кристины и вытянула шею, выглядывая папу.

Он появился из-за поворота после перелета уставший, сонный. Как всегда, в деловом костюме, и этим напомнил мне мужа, который тоже круглые сутки в делах.

Но лишь увидев его, поняла, как сильно соскучилась, снова ускорила шаг.

— Привет, — голос зазвенел от радости, бросилась к нему и прижалась, как маленькая, крепко, вдохнула знакомый древесный парфюм и совсем расчувствовалась.

Он обнял меня одной рукой, но как-то сдержанно, взглядом устремился выше моей головы, туда, на… моих мужчин.

— Папа, — поняла, что не время с нежностями пристала и отстранилась. — Это…

— Макар, — муж шагнул вперед, протянул отцу руку.

Затаив дыхание проследила, что рукопожатие принято. Отец перевел взгляд на Артура.

— Папа, это…

— Артур, — снова меня перебили. Артур по-хозяйски, без приглашения, двинулся по коридору. — Где тут у вас кабинет?

Они еще и на "вы".

Убралась с дороги, позволяя поговорить им, но папа это самоуправство остановил.

— Эмма Эдуардовна, иди за мной, — сказал он своим коронным железным тоном. — Сначала хочу дочь послушать. А после уже решу. Надо ли разговаривать с остальными.