Глава 69

Артур

Когда родилась Арина — я для нее в школе на трудах поделку из дерева вырезал. Зайчика. Потом этот зайчик всегда стоял в ее комнате, на полке.

Когда я в армию ушел — то скучал сильнее всего по сестре, она тогда уже во втором классе училась и писала мне письма.

А когда погибли родители — я взял на себя опеку над сестрой.

Она одна у меня была. Ко всему ревновала, к работе, друзьям, к другим девушкам. Сначала я приглашал их домой, знакомил с сестрой, а потом перестал.

Арина им в обувь воду лила, подкладывала всякие скрепки, кнопки. Жвачку.

Она боялась, что я женюсь и брошу ее, стану меньше любить.

Я не женился. И совсем упустил из виду, что сестра повзрослела, ведь со мной она оставалась такой же, названивала вечерами и спрашивала, когда я вернусь, без спроса совала в нос мой телефон и переписки, сама гладила мне рубашки и собирала обеды в смешные контейнеры.

А я не только ее взросление проморгал, но и ее саму.

Когда умирает молодая девчонка, которая еще пожить не успела — это всегда плохо.

Когда умирает сестра, кроме которой у тебя и нет никого — это ты умираешь тоже.

Я и не жил толком последние годы, внешне — да.

Но за картинкой жизни не было ничего.

И вот.

Ребенок.

Даже если бы билеты закончились в этот город — я бы нашел ковер-самолет.

Она не сказала, что это мой ребенок.

Но если не от меня — позвонила бы мужу?

— Номер можно одноместный, — сказал администратору, оперся локтями на стойку. — И сразу вызовите такси вот по этому адресу, — положил перед девушкой листок с адресом Эммы.

И пошатнулся от неожиданности, когда на меня напрыгнули сзади.

— Артур! — этот высокий возбужденный голос не слышал вживую вечность, и еще немного.

Резко развернулся, подумать не успел — объятия распахнул машинально. Лишь мельком взглянул в кукольное бледное лицо с горящими глазами и рывком прижал ее к себе.

— Слава богу, — она причитает, носом уткнувшись мне в грудь. — Я не поверила, когда увидела. Это, правда, ты? Здесь? — она жадно ощупывает меня, будто я сейчас исчезну, забралась под распахнутую куртку и ладонями водит по спине. — Так долго. Не хочу расставаться.

Она напоминает Арину, так крепко вцепилась в меня.

И слова те же самые.

А я стою и держу ее. И мысли в голове укрепляются, что больше мы и не расстанемся, и я не отпущу ее, и бывшего друга убью, не промахнусь в этот раз, если он на моем пути встанет.

— Меня ждала, здесь? — с трудом оторвался от нее, чтобы посмотреть в лицо. — А я к тебе хотел ехать?

Эмма запрокинула голову и смотрит в ответ не моргая, в пальцах сжала мою футболку и тянет, еще немного — и разорвет, а я вижу, в глазах ее, такой же огонь. И не могу ошибиться — эта женщина моя, для меня рождена.

— Папа разводится с Кристиной, — сказала она, высвободила руки и за шею меня обняла, встала на носочки. — Тут наверху его бывший партнер. Не выпускает меня из гостиницы. Водителя оставил на улице, караулить. Хочет, чтобы я в его номер поднялась.

— Чего он хочет? — из ее речи уловил главное — от чего мигом в глазах потемнело. Давно принял мысль, что моя любимая женщина носит фамилию моего врага, но остальное…

Того мужика еще не видел, но уже представил, как его сейчас отмудохаю.

— В каком номере? — отстранил от себя Эмму и двинулся к лестнице.

— Артур, подожди, нет, — она вприпрыжку полетела за мной, схватила за руку. Я шага не замедлил, потащил ее за собой. — Артур, стой! Артур! Просто уйдем — и все! Заедем ко мне за вещами, и в аэропорт. Артур!

Она не докричалась, споткнулась на лестнице и упала, выпустив мою руку. И лишь тогда я ее услышал, обернулся.

— Эмма, ударилась? — метнулся к ней. — Прости. Извини. К черту его, ты права.

Поднял ее и снова прижал к себе. Стиснул и тут же ослабил хватку, я полный профан во всем, что касается беременности, но взволнован так, словно она вот уже с круглым животом тут стоит, и наш ребенок появится завтра.

— А ты как узнала, тебе плохо стало? — заглянул ей в лицо.

— Нет, там… — она начала рассказывать и смутилась, раскраснелась. Еще красивее стала, совсем как девчонка. Слегка отодвинулась и полезла в сумочку. Достала бумажку и какой-то термометр, пальцем показала на окошечко. — Вот тут. Плюсик. Это значит, что да. И вот еще, — протянула мне бумажку. — Справка.

Пальцы дрожат.

Смешно даже.

С трепетом развернул заключение и забегал глазами по строчкам.

— Вот тут срок указан, — шепнула она. — И если подсчитать, то…

Да, я уже подсчитал.

Стою посреди лестницы и улыбаюсь, как дурак, а в голове на повторе звучит одна короткая сильная фраза:

Я стану отцом.