ГЛАВА 24

Красные глаза, горящие ненавистью, опухшее лицо, пожелтевшие зубы и посеревший цвет кожи — таким Лёшу я ещё не видела. В эту минуту поняла, что он явно пришёл не поговорить, и уже его боялась. Нет, он никогда не поднимал на меня руку, но то был прежний Лёша. Да, далёк от идеала, но и не такой, каким я его видела в данный момент.

— Что? Страшно? А вот и правильно! Бойся, сука, потому что шалав не прощают, поняла?

И вот что отвечать? Я просто оцепенела, моля бога, чтобы какой-то прохожий это всё увидел и остановил его. Невольно прижала руки к животу и это, видимо, взбесило его ещё больше. Лёша намотал мои волосы на кулак и дёрнул к себе.

— Носишь его ублюдка, да? А мне рожать не хотела, сука. Таблетки глотала, тварь, — он буквально выплюнул последнее слово, больно дёрнув меня на себя.

— Перестань, пожалуйста, Лёша.

Пыталась вразумить его, поговорить, но казалось, что это ещё больше раззадорило его.

— Мне терять нечего, слышишь? Я и так потерял всё, что можно. Тебя, суку такую, работу, признание, друзей. Только Игорёк остался и всё, да и тот такой же обманутый.

Лёша замахнулся, а я невольно прикрыла глаза и отшатнулась, когда услышала голос Артура:

— Отпустил её.

— Оп-па! — Лёша весело хохотнул. — А вот и дружок нарисовался. Что? Рога наставил и доволен, да?

Долго ждать Артур не стал. Решительным шагом направился к нам, оттянул Лёшу от меня и заехал ему по челюсти. Я медленно сползла по стенке на пол. Никогда бы не подумала, что мой бывший муж сможет опуститься до такого.

— Артур, хватит, — стала подниматься, понимая, что Артур слишком увлёкся. Лёша даже не отвечал ему на удары, просто закрыл лицо и скрючился в позу эмбриона. — Артууур, — позвала, когда поняла, что он меня не слышит.

Обернулся и мне на мгновение стало страшно. В его взгляде горела ненависть, проникающая глубоко под кожу. В эту минуту даже порадовалась, что она направлена не на меня.

— Прости, — он двинулся ко мне, притянул к себе и крепко обнял.

— Эй, — стукнула его по спине, — задушишь.

— Прости, просто…

— Всё нормально, — погладила Артура по щеке, провела по слегка припухшей скуле.

— Нет не нормально, — заупрямился он. — Я не должен был тебя отпускать одну, потому что он…

— Никто не знал, что так будет, Артур, я не знала, и ты не мог предвидеть. С ним всё хорошо?

Не то, чтобы я переживала о парочке сломанных рёбер и разбитом носе, но боялась, что из-за этого инцидента будут проблемы у Артура.

— Всё нормально.

В подтверждение его слов, Лёша зашевелился и начал вставать. Удавалось это ему плохо, но зато я была уверена, что всё с ним хорошо.

— Идём, — Артур взял меня за руку и повёл в кафе напротив. Туда, куда я намеревалась пойти с самого начала.

***

Что-то было не так. Понимал, что Вика в родном городе, что на улице светло и вряд ли будут проблемы, но всё равно переживал. В итоге не выдержал и помчался обратно, зная, в какое именно кафе Вика пошла. И, как оказывается, не зря приехал. В кафе Вики не было, и как только вышел обратно, моё внимание привлек Лёша с… Викой.

Не разбирая дороги, помчался туда. До конца не верил в то, что этот урод осмелился к ней приблизиться. И ведь знал же, что я не прощаю, знал, что будет, когда узнаю, но всё равно полез. За что и поплатился. Парочка сломанных рёбер, конечно, недостаточная плата за то, что этот урод мог сделать с Викой и нашим ребёнком, но я был уверен, что ЕМУ этого достаточно.

Взял Вику за руку и повёл в кафе, твёрдо намереваясь теперь не отходить ни на шаг. Мне предстоял разговор с мамой, а Вика категорически отказывалась принимать в нём участие, и я её понимал. Мама у меня непростая, да и то, что она пришла и наговорила гадостей, уже само по себе не предполагало спокойного разговора.

Но и оставлять Вику где-нибудь я был не намерен.

— Поедешь к маме вместе со мной, — уверенности в том, что она ответит согласием, не было вовсе. Скорее, устроит мне один из скандалов «ты ничего не понимаешь», «как мне надоело, что ты мной командуешь» или… или придумает что-то новое.

После того, как мы помирились, и на второй день я потащил её на УЗИ, Вика не давала мне расслабиться. Вначале думал, что таким образом она испытывает меня на прочность. Специально скандалит, чтобы я подумал о наших отношениях. Поговорив с врачом, понял, что это, оказывается, совершенно нормально. Изменения в организме вызывают перепады настроения.

— Это совершенно нормально, Артур Вениаминович. Ваша жена испытывает определённые изменения в организме. Происходит рост гормонов, она набирает вес, её тело меняется. Эти чувства новы для женщины, поэтому возможны перепады настроения. Плач или смех, истерики, она может вас ненавидеть, а через пять минут любить, — Сергей Александрович уже минут десять проводил для меня лекцию на тему «Как себя ведут беременные?».

А я что? Я внимательно слушал и, по возможности, запоминал. Тогда понял, что все закидоны Вики — не более чем реакция организма, а не чётко спланированный ход на вынос мозга. Тогда и успокоился. Ну, частично. Тренировал выдержку, потому что сладкое пробуждение по утрам превратилось в ночной пинок в спину и заявление «хочу папайю». Поначалу бесился, раздражался, нервничал, но ей только «хорошо, малыш», «скоро буду, зайка», «привезу через полчаса». Сейчас успокоился, перестал нервничать, стараясь её понять.

Видел, что она шокирована моим поведением и определённо ждёт момента, когда я выдам что-то в стиле Лёши. Увы, нет. Я всё чаще стал шерстить интернет, нашёл курсы для беременных, рассматривал детские вещи. И хоть животик у Вики уже был заметен, всё ещё не осознавал, что скоро стану отцом. Смотрел на коляски, на забавную конструкцию под название «ходули», на маленькие кроссовочки, размером с четвертину моей ладошки, и не знал, что буду со всем этим делать.

Вика вывела из размышлений, неожиданно согласившись поехать со мной. Она спокойно допила чай, доела пирожное и села в машину. Везти её к матери беременную я не хотел, чтобы не нервничала. В том, что мама постарается ударить побольнее, даже не сомневался, но и оставлять Вику в машине не собирался.

— Ты уверен, что мне стоит идти? — задала вопрос, когда вышли из машины.

— Нет, но и оставлять тебя здесь не намерен. Виик, — прижал её к себе, — я не дам тебя в обиду, верь мне.

И она поверила. Улыбнулась, вложила свою ладошку в мою руку и уверенным шагом пошла за мной. Не знал, смогут ли родители понять и принять наши отношения, но очень надеялся. В деньгах отца я не нуждался, хотя своё дело так и не открыл. Была мысль сделать крутой фитнес-клуб напополам с Даней, но на это нужен был капитал. Ни у Дани, ни у меня его не было, поэтому вопрос с открытием отложился. Я верил, что если не мама, то отец меня поймёт, сможет принять Вику и понять, что мы любим друг друга.

***

Знала, что с мамой Артур будет нелегко. Понимала и то, что она вряд ли примет такую невестку. «А какую такую?» — сразу одёргиваю себя. Я обычная. Да, на четыре года старше. Но это четыре. Не десять, не двадцать, всего четыре года. Да, я и наш будущий ребёнок серьёзно повлияют на его карьеру, притормозят его в продвижении по бизнесу, но… здесь я не знала, какие аргументы придумать. Если важен бизнес, то не стоило заводить семью.

Хорошо, если не кривить душой, в моей беременности виновата я. Затормозила с таблетками, пропустила день, и вот… Но, ведь, и я не заставляла его быть со мной. Рассказала о беременности, потому что он должен был знать. Всё это я успела «надумать», когда мы поднимались на лифте и ждали у двери квартиры.

Его мать открыла на третий звонок. Вначале радостно улыбалась сыну, а потом заметила меня. Улыбка сошла с её лица. Она посмотрела так, будто сзади стояло зомби, не меньше.

— Мама, можно как-то поприветливее, — тут же выдал Артур. Она скривилась, но выдавила дежурную улыбку. Жестом пригласила войти, не говоря при этом ни слова. Видимо, пыталась всем своим видом показать, насколько недовольна.

— Сынок, — в комнату вошёл мужчина, лет пятидесяти. Высокий, статный, с седыми волосами и небольшой бородой. Уверенный в себе, одет в серый костюм и белую рубашку. Он подошёл к Артуру, обнял его и похлопал по плечу. — Здравствуйте, — с такой же улыбкой обратился ко мне. Протянул руку, но когда подала свою, тут же поднёс к губам, смущая.

— Проходите, — наконец, мать Артура соизволила снизойти до нас, и пригласила в просторную гостиную.

Я не знала, куда себя деть. Переминалась с ноги на ногу, пока Артур общался с отцом. К счастью, продолжилось это недолго. Уже через пару секунд Артур сгрёб меня в охапку и усадил в широкое кресло, предусмотрительно подложив под ноги пуфик, чем смутил меня ещё больше. Его мать смотрела на меня волком. Видимо, понимала степень того, насколько сильно я «охомутала её сына».

— Мама, папа, я пришёл сегодня не один и… у меня есть несколько новостей. Я хочу, чтобы вы отнеслись с пониманием и спокойствием ко всему, что я скажу.

— Не уверена, — пренебрежительно ответила его мать. Так, будто меня не существовало вовсе.

— Ну же, Инесса, — отец Артура обнял жену, — перестань и давай послушаем.

Сразу стало понятно, кто заправляет балом и за кем останется последнее слово. Мать Артура создаёт впечатление сильной женщины, на которой держится вся семья. Эдакая «мать-героиня», взвалившая на плечи всё: начиная заботой о муже и заканчивая выбором жены для сына и невестки для себя. Увы, это мнение ошибочно. Поняла это, едва увидела её мужа. Он — тот, кто оставит последнее слово. Тот, кого будут безоговорочно слушать. Возможно, не Артур, но она… она точно послушает. И я уповала на то, что он обязательно выслушает сына, и не просто выслушает, а попытается понять.

— Кстати, я — Вениамин.

— Виктория, — тихо ответила, на что мать Артура только цыкнула.

— Мам, пап, Вика — моя будущая жена. Мы ждём сына, у нас уже пять месяцев беременности, — Артур широко улыбнулся, глядя на родителей.

На несколько мгновений повисла гнетущая тишина. Мать Артура смотрела на меня так, что если у неё были суперсилы, я бы уже вылетела из большого панорамного окна прямо вместе с креслом. А вот отец. Он явно не ожидал такого заявления, но спустя пару минут поднялся и со словами: «Поздравляю, сын» обнял Артура, а затем и меня.

— Это ещё не всё. Я хочу, чтобы вы знали, что Вика старше. Её двадцать семь. У неё за плечами непростой брак и развод, но мы это прошли. Рассказываю это на случай интервью, папа. С её мужем будет нелегко, — чувствую, что Артуру сложно, потому что он чуть сильнее сжимает мою руку, и я ему отвечаю тем же жестом.

Отец безмолвно смотрит на сына. Несколько минут они просто буравят друг друга взглядами, после чего Вениамин кивает, прикрывая глаза. Я выдыхаю, хотя чёрта с два разбираю их азбуку Морзе.

— Ты уверен, что это твой ребёнок? — наконец, в игру вступает мать Артура.

Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза и не показаться бестактной. На мгновение меня даже выбивают из колеи её слова. Это же насколько нужно быть стервой, чтобы вот так прямо в лоб спрашивать. Перевожу взгляд на Артура, вижу, как на его лице ходят желваки и понимаю, что сейчас он выложит всё. Медленно отсчитываю до десяти, после чего слышу:

— Я уверен, мама! А вот была ли ты уверена в том, что некая Рита беременная моим ребёнком, когда пошла к Вике и высказала ей всё это? — лицо его матери вытягивается. Кажется, она не верит в то, что сын действительно спрашивает это. Повисает неловкая пауза. Наконец, отец Артура нарушает молчание:

— Это правда, Инесса?

Она делает несколько вдохов, прикрывает глаза и выдаёт:

— Правда.

Вениамин, жаль не знаю его по батюшке, разочарованно вздыхает, давая понять, что явно не ожидал чего-то подобного.

— А что мне было делать? Он связался со зрелой дамой, к тому же без денег, она в разводе. Что я должна была делать? Просто смотреть?

Её муж смотрит на неё так, будто она только что сказала полнейшую чушь. Он устало потирает переносицу, потом запускает руку в волосы и говорит:

— Девушка старше твоего сына на четыре года. На четыре, Инесса! Это не десять. Да даже если бы и десять!? Какая разница!? Ты кто такая, чтобы решать за сына?

— Веничка, я, — мать Артура пыталась оправдаться, а я благодарила всевышнего, что он послал моему мужчине хотя бы одного адекватного родителя.

— Нет, Инесса, это переходит все рамки. Ты полезла туда, куда тебя не просили, сделала так, что наш сын три месяца ходил, как в воду опущенный, пил, курил и кутил в Москве, а всё потому, что так его мать решила! И что же сейчас? Ты ещё смеешь заявлять, что это не его ребёнок? Я тебя не узнаю, Инесса.

— Папа, хватит! — Артур попытался прекратить ссору, а я хотела уйти.

Слишком много свалилось за меня на день. Я хотела спать, а потому уже и перепалку слушала в пол уха. Последнее, что помню — как улыбнулась, смотря на Артура, и провалилась в сон.