Глава 40. Даша

Раннее утро. Багаж уже погружен в такси, и в ожидании Максима я зябко поёживаюсь. Красивое сиреневое пальто, купленное совсем недавно, никак не хочет меня согреть — холодный воздух и ночной дождь сделали свое дело.

Максим торопливо выходит из подъезда с последней объемной сумкой. Он тоже в черном кашемировом пальто. На миг я восхищенно замираю — ему очень идет этот стиль.

— Пока все идет по плану, — взглянув на часы, уверенно произносит Макс. — Ты не замерзла?

— Есть немного, — улыбаюсь я.

— Тогда почему не садишься в машину? Садись скорее.

Водитель помогает нам загрузить последнюю сумку и открывает мне заднюю дверцу.

Я быстро забираюсь внутрь. Максим садится рядом со мной. Такси трогается с места.

— Мы не успели позавтракать, — отчего-то вспоминаю я.

— Перелет будет длиться три часа. Нас покормят в самолете, — обещает мне Макс.

Суета в аэропорту. Проверка билетов и паспортов, багаж. Наконец посадка на самолет.

— Проголодалась? — когда мы уже на своих местах, посматривает на меня Максим.

— Кажется, я так нервничаю из-за всей ситуации, что есть совсем не хочется, — качаю головой я.

— Завтрак все равно скоро принесут.

Я беру его большую руку в свою.

— Как ты? Готов принять на себя руководство компанией?

— У меня нет выбора, — усмехнувшись, посматривает на меня Максим. — А ты готова выйти за меня замуж?

— Уже давно готова, — прислоняюсь к его плечу я.

Он с нежностью касается губами моей макушки.

— И сменить фамилию готова?

— Да.

— Значит, как только папа пойдет на поправку, сыграем тихую свадьбу в кругу самых близких родственников. К сожалению, на большее сейчас у нас просто не хватит моральных ресурсов.

— Да… — я согласно киваю. — А знаешь, я рада, что все так сложилось. Мы летим домой, это главное.

— Ты так и не смогла привыкнуть к столице, — с нежностью поглаживая меня по волосам, улыбается Максим.

— Не смогла.

— Наверное, подсознательно я всегда понимал, что тебя будет тянуть туда, откуда ты родом. Ты — как ценная вещь, Дашенька. Хрупкая и очень дорогая. Ты можешь быть счастливой только на своей родной земле.

— А ты ворвался в наш город со своими новшествами и только взбаламутил воду, — тихо смеюсь я.

— Зато ты выбрала меня.

— Верно. И теперь мы возвращаемся домой.

Начали разносить завтрак. Омлет со шпинатом и помидорами, сэндвичи и напитки. Я выбрала горячий чай, Максим тоже.

Но когда запах омлета ударил мне в нос, что-то пошло не так. К горлу подкатила тошнота. «Нервы?» испугалась я.

— Я не буду омлет, — брезгливо поморщившись, отодвинула блюдо я. — Лучше круассан и чай.

— Почему не будешь? Вроде вкусно, — пожал плечами Макс.

— Не знаю. Шпинат и помидоры — это немного не то, что я бы хотела сейчас съесть.

— Хм… ну, как хочешь.

Я едва дождалась, когда омлет уберут. При одном взгляде на шпинат мне казалось, что меня вывернет наизнанку. Я старалась смотреть в круглое окошко и реже дышать. Потому что мне было даже страшно представить, какой будет реакция Максима, если я признаюсь ему, что чем-то отравилась. Он отправит меня в очередной изолятор с кучей докторов и не выпустит до самого рождества.

На мое счастье, еду быстро убрали. Тошнота на время отступила, и я задремала, положив голову на плечо будущего мужа. Проснулась от того, что Максим трогал меня за плечо.

— Скоро самолет пойдет на посадку, — сообщил мне он. — Если хочешь припудрить носик, самое время.

— Хорошо…

Я поднялась со своего места и начала пробираться в хвост самолета. На мое счастье, одна из кабинок была пуста.

Я уже собиралась ее покинуть, как вдруг тошнота накатила с такой силой, что я едва успела откинуть крышку и согнуться пополам над унитазом. Липкий страх пополз по спине. Что со мной? Чем таким я отравилась?

Подождав еще минуты три, я убедилась, что тошнота не возвращается, и принялась тщательно отмывать руки и полоскать рот.

Твердо решив ничего не говорить Максу, я выбралась из кабинки и двинулась в сторону наших мест.

— Все в порядке? — улыбнулся мне он.

— Да, — как можно увереннее закивала головой я. Потому что врать — совсем не мой конек. А ложь близкому человеку тем более.

«Приеду домой, и если тошнота не пройдет, позвоню маме», — чувствуя, как липкий страх продолжает захватывать сознание, размышляла я.

Посадка прошла успешно, и на время мое состояние стабилизировалось. «Наверное, это все же нервы», — ожидая, когда Максим заберет багаж, решила я.

— Даша, я хочу сразу поехать в больницу. Поедешь со мной, или лучше отправить тебя к твоей маме?

— С тобой, — покачала головой я, хоть и чувствовала себя жутко разбитой.

— Хорошо.

Видимо, мой будущий муж так переживал из-за отца, что не уловил перемен в моем состоянии.

Такси отвезло нас на квартиру Максима.

— Как же давно я не была дома, — быстро переодеваясь в джинсы и свитер, подметила я.

— Возвращаться всегда приятно. Кстати, здесь теплее, чем в Москве. И солнышко светит, — доставая из шкафа свежую рубашку, согласился со мной Макс. — Ты уверена, что поедешь в больницу? Может, останешься дома?

— Нет, не останусь. Я тоже хочу видеть твоего папу. Отдохнуть мы сможем вечером.

— Вряд ли мне удастся отдохнуть, — покачал головой Макс. — Придется ехать в офис «АЛЬКОВА». Сейчас позвоню маме, сообщу, что мы уже в городе, и поедем.

Я примирительно кивнула и потянулась за пальто.

Мы быстро покинули квартиру. Спустились вниз, на подземную парковку, и Макс забрал свою машину.

Как же приятно ехать по тихим улочкам, совсем не перегруженным автомобилями! Мою разбитость, как рукой сняло. Душа пела от счастья. Свежий воздух, сосны и потрясающая, пронзительная осенняя тишина, повисшая в золотых солнечных лучах и тонкой паутинке — вот именно то, что я всегда любила больше всего на свете. Нужен ли мне Париж? Нет. Только мой родной город и Максим. Вот такая я. Тихая гавань, которая не может представить своей жизни без сосен и озера с уточками.