ГЛАВА 66

Он внезапно сделал шаг ко мне, и провел по моей нижней губе большим пальцем — там осталась пара алых капель.

Я чуть в обморок не упала от этого откровенного прикосновения!

Боже, почему я так ярко его чувствую?

— Надо же, прямо до крови прикусила… — Грэм склонил голову набок. — Неужели так тяжело придумать такое объяснение, чтобы я поверил?

— Я купалась неподалеку и случайно заплыла на вашу территорию. А выйти на берег не могла, потому что моя одежда осталась там, где я заходила в воду. Мне нужно было попросить тебя о помощи, но я постеснялась.

— О, оказать помощь такой девушке — честь для меня. Что ж, давай сходим на твой пляж и найдем твою одежду…

— Это далеко и я уже не помню, где ее оставила. Я вообще не из этих мест и плохо ориентируюсь у вас тут.

— Понимаю, — Грэм вроде бы покивал, и тут как выдал, — А там, откуда ты родом, леди тоже купаются голышом, без купального костюма?

— С меня его волной смыло! — огрызнулась я. — Уж больно он был пышным!

— Бедняжка… Жаль тебя. Такое невезение.

Жалости в его голосе не было от слова «совсем».

— Эти места, откуда ты тут появилась, — вкрадчиво протянул Грэм, и в его голосе явственно послышалась угроза. — Это случайно не глубины морские?

О-о-у.

Кажется, дело приобретает совсем паршивый поворот!

— Подозреваешь, что я — русалка?

— Есть только один способ проверить.

Он вдруг резко подхватил меня под попу и усадил на песок.

Его мокрая рубашка, которая была на мне в этот самый момент, задралась, но муженек вроде как не обратил на это внимание.

Грэм провел ладонью по моим голым ногам — начиная от стоп, по щиколоткам и коленям.

— Эй, куда?

Влажная ткань рубашки задралась до неприличной длины, почти что явив миру то… То самое…

— Если ты недавно сбросила хвост, то на коже должна остаться пара чешуек. Едва заметных золотых чешуек…

Его голос прозвучал слишком хрипло, а я едва сдержала стон, потому что рука Грэма скользнула по внутренней стороне моего бедра.

Но самое жуткое было впереди!

Потому что он перевернул меня на живот и принялся осматривать мои бедные ноги с другой стороны.

Сильные мужские пальцы сжали мои ягодицы — этого я уже вынести не могла.

Прошипела:

— Убью!

И с яростью бросилась на него.

Грэм как будто только этого и ждал, чтобы поймать меня в объятия, стиснуть крепко-крепко и закрыть мне рот поцелуем.

Этот поцелуй был совсем не похож на те, что были у нас до этого — с примесью горечи и ненависти.

Этот поцелуй — была голая, ничем не прикрытая страсть, это был чистый секс, взахлеб, до пробирающей все тело дрожи удовольствия и желания.

Мне показалось, что даже воздух вокруг нас вспыхнул магическим сиянием, а потом Грэм вдруг сам от меня оторвался и посмотрел так, словно видел впервые.

В его серых глазах как будто отразилась целая Вселенная.

Вернее, Большой Взрыв!

Сердце ухнуло в пятки — узнал Виолу! Сейчас накинется и придушит!

Поэтому я решила действовать.

На опережение, так сказать!

Со всего размаху врезала ему по лицу, а потом вскочила и побежала в заросли.

Это было жутко больно и неприятно, потому что какие-то колючки тотчас же впились мне в ноги — я как будто бежала по острому стеклу. Мало того, глянцевые острые листы пальм больно хлестали меня по коже, а рой противных кровососов тут же полетел за мной по пятам.

От боли и страха слезы навернулись на глаза, и в этот самый момент я почувствовала, что мою ногу захлестнула какая-то петля.

Я медленно опустила голову, уже понимая, что ничего хорошего там не увижу…

Не знаю, как я удержалась от крика.

Мою ногу обвила огромная, жирнющая черная змея. Гремучка на конце хвоста подрагивала, издавая звук, от которого у меня кровь застыла в жилах.

Я попыталась шандарахнуть чудище своей любимой тепловой руной, но кажется, ее шкура была бронебойной.

Змея поползла по моей ноге, обматывая ее кольцами и поднимаясь все выше…

Кажется, я умру от ужаса прямо сейчас!

— Спокойно.

Знакомый голос Грэма раздался как будто в другой вселенной.

Он медленно приближался, не глядя на меня — только на змею.

— Все будет хорошо. Просто не шевелись.

Как я могла не шевелиться, если единственным моим инстинктом было заорать и забиться в истерике.

Такое мерзкое страшилище, боже!

Подруга Амары, определенно.

Грэм между тем сделал еще пару шагов, оказавшись уже совсем близко, и медленно начертил сложную руну, которая вспыхнула зеленым.

В ту же секунду змея, которая явно подбиралась к моему горлу, тоже вспыхнула зеленым и издохла, смотавшись с меня, как шланг.

От пережитого я даже говорить не могла, только тряслась, как в лихорадке.

И тут вдруг Грэм подошел ко мне и заключил в объятия, поглаживая по голове.

— Тихо-тихо, все хорошо. Не бойся. Ты — не русалка, я это уже понял. Я не сделаю тебе ничего плохого, клянусь. Как тебя зовут?

Это были первые ласковые слова, которые я услышала в этом мире!

Удивительно, что говорил их тот же самый человек, от которого я видела только грубость.

— Ола. Меня зовут Ола.

— Хорошо, Ола. Сейчас мы пойдем ко мне в дом, там тебе дадут одежду и все необходимое. Зачем ты ломанулась в эти заросли? Неужели не знаешь, что в джунглях какие только твари не обитают, и с защищенной рунами дороги сходить нельзя?

— От тебя подальше, — проворчала я, немного успокаиваясь, потому что вроде бы он меня не узнал. — Ай!

Ступать босыми ногами, израненными колючками, было очень больно.

Каково было мое удивление, когда Грэм вдруг подхватил меня на руки, прижал к себе и, как пушинку, понес через лес…