ГЛАВА 9

Там в розовых зарослях олеандра притаилась красивая резная беседка. Легкие белые шелковистые занавески, прикрепленные к рейкам, трепетали на ветру.

Я хотела пройти мимо, но вдруг увидела за этими тканями картину, не предназначенную для чужих глаз.

В беседке были Грэм и Амара.

Адмирал сидел в кресле, откинув голову назад. Белый китель был расстегнут, открывая могучую мускулистую грудь мужчины и его великолепный торс с рельефными кубиками пресса.

Правая его рука спокойно лежала на подлокотнике, а левой рукой…

Левой рукой Грэм гладил и перебирал темные волосы женщины, которая стояла перед ним на коленях.

Амара уже успела избавиться от своего зеленого платья и облачиться в странный наряд.

Ее обнаженное тело было перетянуто черными ремнями, а руки скованы за спиной.

Что совсем не смущало брюнетку. Она находилась ко мне спиной, но по движениям ее головы над пахом мужчины сомнений в том, что она делает, не оставалось никаких.

Ну что, дух настоящей Виолы, надеюсь, ты это видишь?!

Надеюсь, теперь не нужно доказывать, что муж изменяет тебе с твоей же мачехой?

Да еще и в качестве вишенки на торте, если говорить цитатой из одной известной книги моего мира, «его вкусы весьма специфичны».

Так что я даже порадовалась, что вот так их застукала — теперь, надеюсь, Виола образумится и забудет свою бредовую фантазию о ребенке от Грэма.

Я тихонько отступила назад, намереваясь скрыться в неизвестном направлении, но тут меня взяло зло.

Эти сволочи порадовались, что избавились от докучливой обузы и получали удовольствие, в то время, как несчастная Виола сидела, уставившись невидящим взглядом в стенку.

Амара ее толкнула — то есть собиралась убить, а Грэм…

Виола верила, что он ее любит, а ему на нее было совершенно наплевать.

Если бы захотел, нашел для жены нормального врачевателя — вон, существует же руна, которая выводит из комы.

Ему было удобно, что Виола попала в такое состояние, к тому же я слышала, с каким пренебрежением и ненавистью он говорил о ней там, в комнате.

Я примерила эту ситуацию на себя и жутко взбесилась.

Какие же эти мужики сволочи!

Я ведь тоже совсем не ожидала предательства от своего любимого Андрюшеньки. Мало, что предательства — рукоприкладства.

Муж не успел меня ударить, потому что я сбежала.

Но он собирался. И ничто бы его не остановило.

Я ясно это видела.

За какой-то паршивый телефон…

Как они там меня с Наташенькой в своей переписке называли?

Курицей безмозглой?

Я не позволю, чтобы об меня вытирали ноги.

И, чтобы об Виолу… Тоже не позволю!

Что я, должна сейчас уйти тихо, как мышка? А Грэм с Амаркой пусть наслаждаются?

Да черта с два!

Поступательные движения головы мачехи стали интенсивнее. Она ускорила темп.

Ну, сейчас я им устрою!

Грэм накрутил на пальцы ее темные локоны — финал был близок.

И тут посреди всей этой идиллии, муж хрипло выдохнул сквозь зубы:

— Виола.

Амара мгновенно прекратила и уставилась на него.

— В смысле? Ты с ума сошел, Грэм… В такой момент ты что, думаешь… о ней?

Да, гадина скользкая!

Воистину, это было так.

Потому что я возникла на пороге беседки прямо напротив Грэма.

Мачеха не видела — знай себе старалась, трудяжка.

Мы с ним встретились взглядами.

Его серые глаза стали похожи на расплавленный свинец.

А я повыше подняла зажатый в руке шланг.

И резким движением сорвала вентиль.