ГЛАВА 33

Главный котикодемон опустил пушистую ушастую голову в почтительном поклоне.

— Наша прошлая королева — жена Родогаста Бейлиса. Звали ее графиня Ленора, и была она первой красавицей во всем графстве. А, может, даже и в целой Фиоленте. Госпожа ждала ребеночка — дочку, которую хотели назвать Дариной…

— Хозяйка была прекрасна — это факт. За красоту свою и пострадала… — грустно подтвердили остальные котики.

— Стоп! — перебила я. — Жену Бейлиса зовут не Ленора, а Жанна. Кстати, очень даже приятная женщина. Я видела их на ужине у Кастро…

— Неужели история с Розамундой ничему тебя не научила? — вздохнул главный котикодемон. — Под маской добродетели зачастую скрывается сам дьявол. Жанна — вторая жена графа. А первая — наша королева Ленора. Жанна была ее лучшей подругой по Фиолентийской академии. Но на самом деле Жанна страшно завидовала нашей госпоже. Мы пытались ее образумить. Открывали, как могли, глаза на гадюку. Однако, обычно очень хорошо чувствующая людей, в отношении своей подруги Ленора была слепа. А та, между тем, положила глаз на мужа Леноры — графа Родогаста. Жанна захотела не просто лишить лучшую подругу мужа. Она возжелала ее уничтожить! Что и произошло при родах Леноры… Мы умоляли, просили прислушаться!

— Но королева доверилась своей любимой подруге, а нас прогнала…

— Когда смогли вернуться, было уже поздно, — шмыгая носом, добавил второй демон. — Наша любимая, обожаемая, пушистая королева была мертва.

Котики разразились рыданиями.

Я погладила несчастных животных, но они были безутешны и не скоро смогли продолжать свой печальный рассказ.

— Мы остались без своего воплотителя и слетели с катушек. Потому и были были пленены Розенкранцем. Новорожденную дочь Леноры Жанна отдала своей служанке-ведьме. А на ее место гадина положила мертвого ребенка. Потерявший сразу и жену и дочь, граф Родогаст горевал очень долго. Из-за общего горя Жанне удалось сблизиться с ним. И граф женился на убийце…

— Трагичная история, — покачала головой я. — Служанка Жанны отдала ребенка в деревенский приют, где девочку приняли и назвали Бьянкой. Надо же, Бьянке всегда тыкали низким происхождением, а на самом деле она оказалась дочерью графа и графини…

— Ты не дослушала. Не было никакой Бьянки!

— Да как так не было-то? А кого семейство Кастро удочерило? Кто стал женой Лианса Рэтборна?

— Жанна страшно завидовала красоте Леноры и понимала, что ее дочь вырастет такой же красавицей. Потому велела ведьме провести над новорожденной обряд изменения внешности. Или, вернее, ухудшения внешности. Это очень грязный ритуал, который грозит жуткими последствиями. То и произошло. Служанка-неумеха свершила страшное. Душу и тело новорожденной девочки раздробило надвое. Жуткая, жуткая магия!

Котик даже ушки лапами закрыл.

Остальные котодемоны дружно подвывали, создавая трагический и жутковатый фон.

Я же никак не могла осознать смысл этого рассказа.

— Одну из этих частей мощнейшим порывом выбросило в чужой и далекий мир без магии. И это — ты! Это главная твоя часть, именно как ее ты себя и осознаешь.

Я сжала пальцами виски.

— Да как так-то? У меня родители были, дедушка любимый…

— А почему тогда ты не можешь вспомнить своих родителей? Почему ни одной фотографии не сохранилось?

— На даче был пожар, они погибли. В нем же были уничтожены все документы и фотоснимки дедушкиного сына — моего отца. Так дедушка Степан говорил. Ему удалось спасти только меня!

— У твоего дедушки Степана не было сына. В том дачном пожаре тебя закинуло к нему, после чего он крепко-накрепко поверил в то, что ты его внучка, и стал воспитывать.

Коты смотрели на меня своими яркими глазами, горящими, как драгоценные камни.

А я крепко зажмурилась.

Но ведь правда…

У дедушки Степана не было ни одной фотографии моих родителей, ни одной одинешенькой!

Когда я просила рассказать о том, какие они были, то он терялся и вел себя странно. Отговаривался общими фразами, потом надолго замолкал, а потом переводил тему на другое.

Я всегда думала, что это стресс от страшной трагедии.

— Кто тогда Бянка?

— Бьянка — просто слепок. Твой слепок, твоя меньшая часть. Все, что осталось в этом мире после разрушительного заклятья глупой служанки. Очень грубый, примерный, корявый слепок с приблизительным характером и душой, мало похожий на оригинал. Она была, существовала, что-то делала, но все-таки ее нельзя назвать тобой. Другое ли дело сейчас, когда оба осколка души и тела воссоединились, и ты получила свое воплощение. Теперь ты такая же, как и твоя настоящая мать. Твое воплощение — королева демонов. Виват королеве!

— Мяу! Мяу! Мяу! — подтвердили остальные котодемоны.

И дружно выпустили из ушей салюты.

— Почему они… я и она воссоединились именно сейчас? Бьянка и… Даша?

— Потрясение для обоих сторон, — развел лапками главный котикодемон. — Для Бьянки это были издевательства, измена и презрение мужа, а для Даши — предательство жениха. Оба осколка почувствовали, что лучше б им сложиться, чтоб стать сильнее и выжить. Когда ты вернулась сюда, в свой родной мир, мы получили свой шанс выбраться из озерного плена! Ведь освободить нас могла только наша истинная.

Я вскочила.

Вскочила и побежала куда глаза глядят — в темноту, в холод, в безмолвие черного озера.

Попыталась осознать то, что сейчас услышала.

Я — не попаданка.

Я родом из этого мира! И я — дочь графа и графини!

— Возьми свое. Возьми свое по праву, — прошелестел голос демона за моей спиной.

Выпрямилась. Они накинули сверху плед, заботливо спрашивая, чего нужно? Чего королеве угодно?

Еще какао?

Еще маршмеллоу?

Голову Розамунды?

Сердце Лианса Рэтборна?

— Все это, — выдохнула. — Все и сразу.

Все это я возьму.

И последнее — особенно!