Глава пятая

Маниакальная любовь Листерии к черному цвету сказалась и на бальных платьях. Я не нашла ни одного хотя бы чуточку светлее! Ну да, ведь это был бы уже серый, а за такое, видимо, приличных некромантов молния в макушку сразу ударяет.

Нет, правда, из иных цветов у меня теперь только собственные вещи, вроде ночных сорочек и тому подобного — хоть какая-то радость среди этого мрачного засилия…

Кстати про мрачность. Кармилла, как и положено личным служанкам, явилась помогать. Я, конечно, запросто без нее бы справилась. И, если честно, предпочла, чтобы она и вовсе не появлялась. Но конспирацию необходимо поддерживать.

К счастью, она не начала сразу с порога гундеть на тему моей безнравственности. Деловито уведомила:

— Леди Эстер сегодня осторожно расспрашивала слуг. Удалось выяснить, что последним настоящую Листерию видел привратник. Это если по времени сопоставить до ее исчезновения. Причем, она не приближалась даже к воротам поместья. Привратник в это время шел к дому, чтобы отобедать, и мельком заметил госпожу, направляющуюся в сад.

— У нее что-то было в руках? — тут же спросила я, при этом старательно шнуруя самой себе корсет. Как раз выбрала такой, чтобы со шнуровкой спереди. И, да, тоже черный!

Кармилла покачала головой.

— Он не видел. Да и если бы реликвия и была при ней, сильно сомневаюсь, что Листерия несла бы ее торжественно на вытянутых руках, чтобы все заметили.

Ну да. Логично.

А она тут же добавила:

— Но леди Эстер теперь настаивает, что поиски нужно продолжать именно в саду. Только надо придумать, куда деть подозрительного садовника…

— Чем же он подозрительный?

— Будто вынюхивает что-то постоянно. Не нравится он мне, — она нервно повела плечами.

Интересно, а ей вообще хоть кто-то нравится?.. Хотя о чем это я. Вот Орвил ей нравится наверняка. Иначе бы она так нервно не реагировала.

Но я, естественно, не стала поднимать больную тему.

— Что ж, сад так сад. Сосредоточим усилия на нем. Но меня куда больше беспокоит, что я пока здесь не уловила и толики магии Забытых. А ты?

Все же, по словам лорда Дорнавана, все иномирянки обладали такой чувствительностью, в большей или меньшей степени. Не за красивые же глаза он нас спасал от неминуемой смерти в родном мире и переносил сюда.

— И я не чувствую эту магию, — Кармилла покачала головой. — Но наверняка проблема лишь в том, что пока мы недостаточно близко к реликвии, так что…

Требовательный стук в дверь оборвал ее слова.

Мы с ней вопросительно переглянулись. Я выдала опасливое:

— Кто там?

— Угадай с одного раза, — судя по голосу, Орвилу что-то не нравилось. — Ты зачем вообще дверь заперла?

— Чтобы всякие подобные проходимцы сначала вот так вот стучались прежде, чем войти.

— С чего вдруг я стал проходимцем в собственном доме?

— С того, что мимо некоторых комнат тебе точно стоит проходить мимо, — я не собиралась сдаваться.

— Мы долго так будем через дверь препираться? — недовольство в его голосе зашкаливало.

— Примерно…с вечность? — я не удержалась от смешка.

— Слушай, я не хочу ломать такую отличную дверь. Так что лучше открывай.

Я тут же шепотом обратилась к хмурой Кармилле:

— Какого лешего ему вообще понадобилось?

— А я знаю, — столь же нервным шепотом отозвалась она. — Открой и спроси. Я тоже заодно послушаю.

Ага, как же. Наверняка этот требовательный тип выставит ее за дверь сразу же.

Но, правда, что ему надо? Пришел обрадовать, что сломал таки ногу и на бал мы не едем?