Глава четырнадцатая

Демир

— Вот сколько я тебя знаю, Демир?.. — вслух прикидывал Хоррис развалившись в кресле и сложив ноги на уже всеми забытый и так и не разобранный ящик с очередными бумагами Орвила. — Так с тех пор, как мы в отрочестве учились биться на мечах, еще при гильдии! Достаточно лет, согласись? — он ненадолго замолчал. Но не в ожидании согласия, конечно, просто разливал вино по опустевшим бокалам.

Отхлебнув, продолжил:

— И за все эти годы я повидал тебя всяким. Но такого….да я даже слова подобрать не могу… еще точно не было!

Демир с трудом сдерживал раздражение. И вино тут точно не помогало, никак не притупляя эмоции. Мрачно смотря на сидящего напротив друга, ответил:

— Ладно, валяй. Давай уж просвети меня нравоучительно, как бы ты поступил на моем месте.

— Как бы я поступил на твоем месте?.. — задумчиво протянул Хоррис, даже бокал обратно на стол отставил. — Что ж, допустим, вот есть я, и есть у меня брат. Причем такой брат, что если бы его и не было, я бы ничуть не обиделся. И тут вдруг случается такая катастрофа, что я, как дурак распоследний, юнец безмозглый, растяпа бестолко…

— Хоррис!

— Ладно, ладно, прости увлекся. Так вот, случилось такое, что меня угораздило влюбиться в жену этого брата. И настолько угораздило, что я растерял всю разумность и здравый смысл, и даже не прислушиваюсь к исключительно мудрым советам своего друга. И на волне этой влюбленной придури замыслил я не много не мало, а разгуляться по полной. И не то, чтобы просто развлечься с временным увлечением, а чуть ли не всю жизнь связать с ней хочу!.. Не смотрим на меня так, Демир, я и вправду изо всех сил стараюсь представить себя на твоем месте.

Вежливо кашлянув, словно сейчас выступал, как минимум, перед собранием королевских советников с ответственной речью, что аж горло запершило, Хоррис продолжил:

— И мало мне было бед, как вдруг выясняется, что эта самая жена брата…как тебе там сказали?…в особом положении, в котором мужчины виноваты, а конкретно ты?.. Хех, деликатно высказались, конечно. Так вот, выясняется, что моя возлюбленная, с которой я на волне отказа своего мозга, уже всю жизнь себе распланировал, беременна! И не факт, что от моего брата. Ведь до этого я самолично выкидывал ее любовника в окно, причем на голову садовника, ни в чем не повинного, и единственного еще адекватного здесь!.. Ничего не упустил, а?.. Ну а к чему это я? К тому, что теперь во мне так много то ли благородства, то ли дурости, а то и того, и другого вместе, так что…

— Хоррис, — снова перебил Демир, теряя терпение.

Друг молча осушил свой бокал и произнес уже без театральности:

— Честно, Демир, я понятия не имею, как бы я поступил на твоем месте. Не влюблялся я так никогда. И, глядя на тебя, молю всех богов, чтобы я так и не влюбился. Но ты же в любом случае не совета моего просишь. Ты для себя все решил и без меня.

Демир откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза.

— Ты сам представляешь, какой из Орвила был бы отец. В остальном все ведь сходится. Потому Листерия и вдруг перестала говорить о разводе, помчалась за приворотным зельем. Просто узнав о своем положении, испугалась и за свое будущее, и за будущее своего ребенка. И как бы я ни относился к брату, но его потомок — это в первую очередь представитель рода Грейвард. Моего рода. Рода, за который я несу ответственность.

— Извини за скептицизм, но зная любвеобильность твоего братца, ты просто не в состоянии нести ответственность за всех его возможных отпрысков. Говори уж прямо, Демир, ты, пусть и скрипя зубами, готов не только закрыть глаза, что твоя пассия ждет ребенка от другого, но и взять всю ответственность за это на себя. И я все-таки не вправе судить, насколько это глупо или нет. Просто мне удивительно видеть тебя таким. Раньше ты никогда не влюблялся.

— Раньше в моей жизни и не было ее.

Хоррис только развел руками, мол, ладно, сдаюсь, ты безнадежен.

Спросил обреченно:

— Так что планируешь делать? Только не говори, что будешь Листерии признаваться в том, кто ты есть на самом деле.

— Нет, естественно. Пока не время. Для начала мне нужен нормальный целитель…

— Кхех-хех, прости, дружище, но ты, по-моему, уже неизлечим!

— Да не в том смысле, Хоррис! Целитель для Листерии. Она настолько себя плохо чувствует, что за весь день так ни разу и не проснулась. Я послал дворецкого за целителем, причем за таким, который на хорошему счету в Велмонде, но раньше не имел дела с нашей семьей. Доминик как раз недавно вернулся и доложил, что поутру целитель приедет. Ну а дальше… Видно будет.