Глава 38

Эйтан

— Эйт, не кори себя, — Марвилл сжал его плечо. — Даже если бы ты не поехал, это ничего бы не изменило — от нас с Германом гадюка драпанула бы точно так же! Эх, если бы знать — нужно было хоть Лерино фото сперва посмотреть. Тогда бы тоже сразу приметили её. Можно было и кулон успеть подхватить… ну или убить мерзавку.

— А если бы в этот миг они уже поменялись телами и ты бы убил Лори?! — Эйтан гневно посмотрел на брата — как будто тот готов был попробовать, невзирая на риск.

— Ну хорошо, не убивать сразу — просто выключить — примирительно произнёс старший. — Уж мне-то это под силу.

Эйтан снова уронил голову на руки:

— Нужно было просто оставить всё, как есть! А то привязались к девушке — преступления, некрасивые поступки… А она всего лишь болезнь свою страшную вспоминать не хотела!

— Да уж, как я её третировал!.. — запоздало устыдился Марвилл. — Но мне и в голову не приходило, что невиновный тоже может не хотеть о чём-то вспоминать.

— Марв, надеюсь, в этот раз ты сможешь восстановить Лори память? — младший пристально посмотрел ему в глаза, не желая даже мысли допускать об отрицательном ответе. — И она вспомнит всё, что между нами было.

— Эйт погоди, не торопись, — брат тронул его за руку.

— Что значит, не торопись?! — моментом взвился тот, заподозрив неладное.

— Только то, что тебе следует хорошенько всё обдумать и взвесить, прежде чем принимать решение. Подожди, выслушай, — пресёк Марвилл его попытку немедленно возразить. — Болезнь, насколько я понял, не просто неизлечима, она ещё и постепенно прогрессирует. То есть если сейчас Лори не может только ходить, то со временем у неё начнут отказывать и мышцы плечевого пояса. Конечно, мы будем, не покладая рук, искать решение. Но ведь может и ничего не получиться. Поэтому ты должен заранее ответить на вопрос: готов ли ты быть рядом с ней и в том случае? На протяжении всего времени, что ей отпущено.

— Ты что же, предлагаешь мне сейчас просто подло сбежать?! — Эйтан неверяще уставился на старшего брата. Пускай характер у него и не сахар, но подлецом ведь не был никогда! — Сделать вид, будто никакая Лори в моей жизни вовсе не появлялась. И пусть она дальше прозябает в одиночестве, таскаясь по больницам никому ненужная. А я счастливо устрою свою жизнь с кем-нибудь другим. Ты вообще соображаешь, что несёшь?! — вскипел-таки он.

— Нет, Эйт, я предлагаю тебе вовсе не это, — в отличие от младшего брата Марвилл железно держал себя в руках. — Не бросить девушку и быстренько вернуться на Интарру, а лишь повременить с восстановлением ей памяти. Ведь для того, чтобы пытаться её лечить или искать какой-то другой выход, вовсе необязательно, чтобы она тебя помнила.

— А если выход всё-таки найдётся — какими глазами я потом буду смотреть на неё, если память вернём ей лишь после разрешения проблем?! Думаешь, она не поймёт, что сразу напомнить ей о наших отношениях, я попросту струсил?!

Сдвинув брови, Марвилл покачал головой.

— Озадачивался бы ты проблемами по мере их поступления… — похоже, он в благополучный исход вовсе не верил. — Так у тебя, по крайней мере, будет возможность сперва доподлинно узнать, каково это быть рядом с тяжело больной девушкой. Здраво оценить всё и принять по-настоящему взвешенное решение. Что если сейчас на эмоциях ты переоцениваешь свои возможности? А потом всё-таки поймёшь, что ноша оказалась тебе не по плечу. Ты же превратишь в сущий кошмар не только свою жизнь, но и её. Если Лори станет для тебя обузой — как бы ты ни старался не показывать ей этого, она всё равно почувствует. — Марвилл пристально посмотрел ему в глаза. — Эйт, а ведь пока не испытаешь на собственной шкуре, не узнаешь, как оно будет на самом деле. Сейчас у тебя ещё есть возможность познать всё безболезненно, по крайней мере, для Лори. Но как только мы вернём ей память, больше никаких вариантов уже не останется. Подумай, брат. Прошу, не гони лошадей.

— Меня не интересуют никакие варианты! — вскричал Эйтан, с трудом сдерживаясь, чтобы не накинуться на брата с кулаками за всю эту его холодную рассудительность. — Марв, она моя истинная! — он всё-таки схватил его за ворот куртки. — Но, главное, я её люблю! Понимаешь, ЛЮБЛЮ! И ни за что не брошу и не предам! Как бы там ни было… Никто другой мне по-любому не нужен! — Эйтан, так и не отпуская воротник, тряхнул старшего: — Понимаешь?!

Его захлёстывало отчаяние. Может быть, поэтому было так важно доказать хотя бы брату, что он не сдастся. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Потому что если отступится от Лори, если проявит слабость… всё равно не сможет с этим жить. И не нужны ему никакие лазейки и варианты!

Сжечь все мосты — так проще.

— Я её не предам! А то, что ты предлагаешь — по сути, это трусливое предательство. Неужели сам этого не понимаешь?!

Эйтан не задумывался, как сейчас выглядит, но, вероятно, видок у него был тот ещё. Потому что Марвилл вдруг обнял его за плечи и крепко прижал к груди:

— Эйт, успокойся. Я понял. — И помолчав несколько секунд, добавил — Хорошо, пойдём.

Эйтан не поверил своим ушам — Марв правда так легко с ним согласился и принял его позицию?

Но старший уже поднялся со скамейки:

— Жалко, я не спросил у Дениса как найти палату.

Впрочем, в ближайшем же здании обнаружилась справочная. И вскоре они уже знали и корпус, и этаж, и палату.

По мере приближения к заветной двери Эйтан нервничал всё больше. Как всё пройдёт? Как Лори отреагирует, когда вспомнит? Его начали одолевать сомнения. Может, и правда стоило повременить? Заново приучить её к себе… Вдруг вот так сразу он покажется Лори чужим, несмотря на возвращение памяти?

Но тут они уже пришли. Марвилл решительно толкнул дверь в палату.

Денис, напрягшийся в первый момент, расслабился.

Галя посмотрела так, как будто видит их в первый раз. И тут же зачем-то направилась в коридор. Всё-таки здорово иметь брата-менталиста. Даже если это просто избавляет от лишних объяснений.

Лори с явным удивлением оглядела «одинаковых с лица» братьев. Вид у девушки по-прежнему был растерянный. А ведь после перемещения прошло уже сколько времени.

По опыту Айрис Эйтан знал, артефакт вырезал у неё все воспоминания об Интарре. То есть она как бы закрыла глаза в тот момент, когда её вырвало с Земли, а в следующий миг открыла — там, у входа в больницу. Конечно, не факт, что в тот раз её тоже вывозили на прогулку, и бедняжка до сих пор не может понять, как, скажем, из палаты вдруг очутилась на улице.

Но сердце подсказывало Эйтану, что дело не только в этом — Лори чувствовала, что забыла нечто важное.

— Что вы хотите? — в тёмно-серых глазах девушки мелькнуло беспокойство, почти испуг.

Ну ещё бы, сначала непонятно откуда берётся охранник-оборотень. А теперь и вовсе в палату без объяснений впираются два мужика.

К демонам сомнения!

Видеть её такой потерянной не было никаких сил. Он должен дать ей почву под ногами и стать для неё надёжной, каменной опорой.

— Ты меня совсем не помнишь? — спросил Эйтан.

Кажется, она растерялась ещё больше:

— Нет… А должна?

К ней подошёл Марвилл, опёрся одной рукой на спинку кресла-каталки, а другой взял девушку за подбородок:

— Смотри мне в глаза.

Лори замерла. В серых глазах отразился… страх? Знакомая ситуация? Либо Марвилл по новой напугал её своим напором?

Ох, Лори, Лори…

Или он должен приучаться называть её Лерой? Наверно…

Кстати, а ведь имена Лера и Лори похожи. Правда, Лори её нарёк Марв, но, может быть, именно из-за сходства Лера так легко приняла новое имя?

Повернувшись к нему, Марвилл изрёк краткое:

— Всё.

— Что — всё? — опешил Эйтан.

— Она всё вспомнила, — пояснил брат. И, посмотрев на Дениса, добавил: — Давай-ка выйдем в коридор.

Снова Эйтан увидел Лори, лишь когда брат отошёл в сторону. Вид у неё был уже не растерянный, а… ошарашенный!

Демоново семя! Кажется, зря они это сделали.

— Ло…Лера, девочка моя, — мужчина кинулся к ней, взял за руку, коснулся пальцев губами. Она отпрянула в ужасе, даже руку вырвала. Сердце больно ударилось о рёбра. — Неужели ты меня так и не вспомнила?

Но разве Марвилл мог ошибиться?

— Эйтан, зачем ты здесь? — девушка сняла коляску с тормоза и откатилась назад. — Ты не должен был приходить. Не должен был видеть… — она осеклась. — Лучше бы ты запомнил меня… здоровой.

— Лера, — Эйтан присел перед ней и снова попытался взять за руку. Но она её опять отдёрнула. — Прости меня! Я идиот! Ты же просила меня. Я должен был послушаться твоих предчувствий и не ходить на Землю! Если бы не моё упрямство, ты бы спокойно жила в теле этой сучки! Мне нет прощения! — он уронил голову на руки.

Тонкие пальцы легко коснулись его волос.

— Эйтан, перестань. Не вини себя. Когда-нибудь Долорис всё равно вернулась бы в своё тело — не сумасшедшая же она, чтобы остаться в этом навсегда. И чем позже это произошло бы, тем тяжелее было бы. Нам не суждено быть вместе, с этим ничего не поделаешь.

— Что значит — не суждено?! — мужчина резко вскинул голову. — Всё зависит лишь от нас самих, — он всё-таки взял её за руку и больше не позволил отдёрнуться. Прижался к тыльной стороне ладони губами. — Девочка моя, мы будем вместе, даже не сомневайся.

— Нет! — Лори попыталась снова откатиться назад, но коляска упёрлась в стену. — Ты должен уйти! Вернуться домой! Ты ещё встретишь нормальную девушку…

— Лори… Лера, об этом не может быть и речи, — Эйтан решительно мотнул головой. — Я люблю тебя и без тебя не то что домой не вернусь — из этой палаты не выйду, — он постарался, чтобы голос звучал твёрже стали. — Так что прекращай от меня шарахаться, как будто я тебе противен.

Её плечи как-то разом поникли.

— Нет, Эйт… — она тяжело вздохнула и сама коснулась его руки. — Конечно, ты мне не противен. Но я не повисну у тебя на шее камнем.

— Лера, каким ещё камнем?! — возмутился он. — Сейчас же прекрати говорить так! Это я во всём виноват! Если бы я не попёрся на Землю…

— Перестань, — девушка пальцами закрыла ему рот. — Уж тебе-то точно не в чем себя винить! Ты дал мне то, чего без тебя я бы никогда не познала. Любовь, твои поцелуи, ласки — ни о чём таком я никогда даже не мечтала. Вернее, мечтала, конечно, но точно знала, что ничего этого не будет никогда. А ты подарил мне неделю нереального счастья!

— И подарю ещё — месяцы и годы, — мужчина вновь поднёс её руку к губам.

— Нет! — она опять выдернула руку из его пальцев. — Эйт, пойми наконец, всё кончено! Твоей Лори больше нет, не существует.

Эйтан поднялся на ноги и наклонился над ней, опершись на подлокотники кресла-каталки.

— Как это нет, что за глупость?! Лера, ты есть ты в любом теле. И наплевать, что ты не можешь ходить — буду носить тебя на руках. Поверь, не надорвусь, — улыбнулся мужчина и потянулся к её губам.

Лори вскинула руки, закрываясь, словно он собирался её ударить, а не поцеловать:

— Эйт, не надо! Умоляю!