Глава 37

— Разве я похожа на самоубийцу? Ещё не так глупа, чтобы покушаться на короля. — Графиня поставила поднос на стол и развернулась к Роберту. — Я думала, что ты намеренно отбираешь у моего сына жену, но это оказалось не так. Я поговорила с сыном, он признался, что делает всё тебе назло. Он закрылся сейчас в комнате с защитными артефактами. Ты его напугал.

— Вы впервые за эти годы говорите со мной и не орёте, я удивлён.

Роберт приблизился к подносу и подхватил бутерброд.

— Я думала, ты до сих пор не можешь простить Патрику то, что он отбил у тебя Констанс, и мстишь ему. Но, оказалось, наоборот, мой сын мстит тебе за годы в ссылке. Почему ты так жестоко поступил с ним тогда, ведь он твой брат? Не поступи ты так, не было было этого конфликта!

— Леди Соррен, — Роберт прожевал бутерброд и поглядел на графиню, — Патрик был одним из ближайших в моём круге, моим личным адъютантом. Он был моим другом, моим братом, я доверял ему больше всех, и он предал меня. Это не соперничество мужчин за свободную женщину. Будь Констанс тогда свободной, я бы и слова не сказал, но она была моей.

Дракон так горячо говорил о Констанс, что моё сердце закровоточило от ревности. Он говорил о ней так, будто она до сих пор была его. И ведь, если бы Роберт не был драконом с особой физиологией, с передачей магической силы для зачатия, то Камилла вполне могла бы быть его дочкой.

Дракон взял вилку и наколол кусок мяса с тарелки.

— Роберт, я не хочу, чтобы ты однажды послал убийц устранить моего сына, как неугодного короне, — произнесла графиня. —Не хочу, чтобы он до конца дней сидел в комнате с защитными артефактами. Отстань от него.

— За кого вы меня держите? — Роберт бросил вилку на поднос. — Я предпочитаю честный бой, не собираюсь ни убивать его, ни запугивать. Может, немного покалечить. Я пытался сейчас прямо прояснить всё между нами раз и навсегда, но кое-кто помешал... — дракон покосился на меня.

Я шумно вздохнула и закатила глаза. Нет, всё же физически выяснить отношения я ему не позволю, слишком он мне дорог.

В комнату вошла Камилла и забралась ко мне на ручки.

— Мы наигрались в игру, — радостно заявила она. — Расскажешь мне сказку на ночь, мамочка?

— Обязательно расскажу!

Леди Соррен смерила всех нас долгим взглядом: Роберта, жующего ужин стоя у стола, меня с Камиллой, которая улыбалась и прижималась ко мне всем тельцем.

— Девочка очень привязана к вам, Валерия.

— Как и я к ней, — кивнула я.

— Я бы предпочла, чтобы вы двое убрались из моего дома, не пугали моего сына и не портили больше постельное бельё, но не готова видеть слёзы этой крошки. Патрик сделает для неё привязку к родовой силе, когда восполнит магический резерв, — это я обещаю. Спокойной ночи.

Кстати, мы завтракаем в восемь. Если не хотите пропустить горячее, приходите, Ваше Величество.

— Очень признателен за предупреждение, Графиня захлопнула дверь и удалилась.

Мы с Робертом легально остались в доме Сорренов.

Сказку я рассказывала сразу двоим. В детской спальне приглушённо светили лампы. Роберт устроился на кровати, Камилла опустила пушистую головку ему на грудь. Дракон глядел на меня тёмным взором, поглаживая дочурку по спине. Вскоре Камилла заснула, и я поправила её одеяло.

— Из тебя вышла замечательная мама, — сказал Роберт, не сводя с меня взгляда.

К горлу подступил ком, я сглотнула.

— Да. Скажи, Роберт, неужели нам никогда не видеть своих собственных детей?

Дракон промолчал, взяв меня за руку.

— Мы можем попросить Валери отдать силу? — проговорила я. — Ты можешь забрать у неё силу, ты же король?

— Я обещал Эмеральду не трогать Валери. Но я поставлю её в такие условия, что она отдаст сама.

Скоро. Иди ко мне.

Роберт поднял меня на руки, перенёс в смежную комнату и опустил на постель.

Сегодня наша любовь была тёплой, утешающей, долгой и очень нежной. Любовное томление растекалась по венам, страсть заставляла дрожать все мышцы и пронзала тело острыми вспышками наслаждения. Всю ночь. Мы снова измяли все простыни и заснули лишь под утро, счастливые и приятно опустошённые.