Глава 24

Оттуда, легче пуха

Вскочив в кабриолет,

Помчался, что есть духа,

К Сюзанне на обед.

И огорчен безмерно

Был сразу там Гильом

Увидев фрейлен Эрну…

Но отступил чтоб он?

Чтоб потерпел афронт он?

Ну, как же! Никогда!

И тотчас на два фронта

Он бросился тогда.

И были без утайки

Довольны все кругом —

И милая хозяйка,

И Эрна, и Гильом.

Николай Агнивцев. «Похождения маркиза Гильом де Рошефора»

Света чувствовала, что еще немного, и у нее сорвет крышу. Выгнать ребенка из дома, в буквальном смысле в чистое поле… Нет, такое поведение не укладывалось у нее в голове. Впрочем, поведение супруга было ничуть не лучше: он оправдывал родственников ребенка и, похоже, совершенно не понимал, что такое человечность и сострадание. Закатывать истерику при девочке Света не хотела, а потому старалась держать себя в руках, решив, что драгоценному муженьку все скажет позже, когда они останутся наедине, например, ночью, перед столь желанным им сексом. Состоится ли после этого сам секс, Свету не волновало. Сейчас она собиралась присмотреть за девочкой, пока они будут находиться в селении, а затем — устроить ее жить в замке, пусть и в качестве якобы личной служанки. Работать ребенок был еще не готов, а вот статуса ему такое положение прибавит.

Оставшиеся пять-семь минут езды все молчали. Котята бежали рядом с россом Светы, периодически кидая предупреждающие взгляды на мужа. Он сам смотрел перед собой с видом мученика, готовившегося к распятию. Света прижимала к себе уже успокоившуюся девочку и твердила мысленно таблицу умножения, чтобы как можно быстрей прийти в себя.

Выросшее перед ними нечто на селение смахивало мало, скорее на небольшой городок, окруженный высокой каменной стеной. Закрытые на деревянный засов железные ворота недвусмысленно предупреждали, что гостям здесь не рады.

Муж хлопнул дважды в ладоши — запор взлетел вверх, ворота раскрылись.

За воротами оказалась мощенная крупным камнем дорога. Россы шагали по ней неспешно, плавно. Света чувствовала, как за ними наблюдают из стоявших по обе стороны дороги домов, тоже выложенных из камня, местные жители. Наблюдают настороженно, видимо, желая сначала удостовериться, кто именно пожаловал, и только потом выбегать встречать с хлебом и солью.

«Эти и заплесневелый кусок пожалеют», — усмехнулась про себя Света. Она почему-то была уверена, что все жители здесь — скупердяи и жадины. Вряд ли другие выгнали бы из дома шестилетнюю девочку. Да, замуж ее, может, по местным меркам и не выдашь. Но должно же остаться хоть какое-то сострадание в сердцах.

Улица привела к площади с колодцем. Ратуша с часами, два магазина, частный дом — обычный средневековый городок, о которых столько читала Света. Закрытое кастовое общество, в котором, если тебе не повезло родиться не таким, как все, тебя заклюют на раз-два. Впрочем, и в том селении, из которого в свое время сбежала Света, жили по тем же законам. Разве что от инвалидов так явно не избавлялись.

Дверь частного дома распахнулась, на площадь суетливо выкатился мужчина-колобок, поперек себя шире, с масленым взглядом и гадкой подобострастной улыбочкой.

Девочка возле Светы при виде него сжалась. Сам он взглянул на ребенка с явным недоумением.

— Не бойся, — не став дожидаться приветствия, в полный голос заявила Света, — никто тебе ничего не сделает. Не посмеют.

Котята в подтверждение ее слов угрожающе зашипели. Муж недовольно поморщился.

Староста, поспешивший выскочить из дома, чтобы встретить дорогих гостей, вряд ли ожидал увидеть среди них выгнанную девчонку — это Дарий понял сразу, едва пересекся с ним взглядом. Жена воинственно заявила, что никто ее «находку» и пальцем не тронет, одним тоном обозначив свое особое положение. Дарий промолчал. У них еще брачной ночи не было. И что-то подсказывало Дарию, что с такими событиями ему снова ничего не светит. Неделя плавно близилась к завершению, скоро можно было переходить на служанок, а он еще жену не уломал. Стыд и срам. И это Лорд драконов.

— Отдых и пищу, — резче, чем следовало, приказал Дарий, и староста согнулся в поклоне. Вернее, постарался согнуться — живот помешал. Впрочем, Дарию было все равно. Ему хотелось есть. И отдохнуть тоже не помешало бы.

Дома крестьян внутри были построены по одному и тому же плану: узкий коридор, широкий зал, заменявший и гостиную, и столовую, из него — еще один коридор на кухню с ответвлением на лестницу, ведущую на второй этаж, где находились хозяйские спальни.

В зале с высоким, не особо узким окном, дававшим прилично света, уже суетилась жена старосты, напоказ поправляя однотонные голубые покрывала и накидки у диванов и кресел. Она на девчонку даже не посмотрела — была занята наведением лоска.

Дарий уселся в кресло, жена с «находкой» расположились на диване. Сатры улеглись по бокам, всем своим видом показывая, что готовы защищать их обеих.

Пока жена старосты раздавала приказы на кухне, сам староста пытался уверить Дария, что проблем у селения нет. А если что не так, то у него, конечно же, все под контролем. Дарий видел: врет, причем даже не краснеет. То, что глава селения — дракон воровитый, Дарий знал. Сейчас же его смущали другие мелочи: на улицах отсутствовали магические шары, которые должны были давать освещение по ночам, камни дороги, по которой ступали россы, уже измельчились. Да и общее состояние домов подсказывало Дарию, что начальство здесь пора менять.

— Документы, — отрывисто приказ Дарий и вытянул перед собой руку.

Магия селения, подчинявшаяся только ему, сработала мгновенно: на колени Дарию упали листы, испещренные мелким почерком. Старые листы. Как минимум полугодовой давности.

Староста побледнел, сливаясь цветом лица с выкрашенной в белый цвет стеной.

— Сколько времени воруешь? — лениво поинтересовался Дарий.