Глава 21

После обеда Эрмэйр ушёл, сославшись на неотложные дела. Конечно, мне хотелось ещё разузнать о жизни драгхаров, поскольку придётся жить среди них долгое время, но прекрасно понимала, что у коменданта крепости есть обязанности, и развлекать меня разговорами жених будет не часто. Значит, нужно самой организовать свой досуг, чтобы в итоге не сойти с ума от безделья. Что же касается вопросов… Постепенно во всём разберусь. Заглянув в выделенную мне комнату и убедившись, что работы над спальней идут полным ходом, я решила исследовать второй этаж. Увитая зелёными лозами винтовая лестница привела меня в просторное и светлое помещение, где среди буйствующей растительности стояли несколько уютных кресел и диванов. Можно было подумать, что я нахожусь в зимнем саду, и прозрачный купол над головой лишь усиливал ощущение. Но это нисколько не портило сложившегося впечатления от личных покоев Фьёрберна. Наоборот, мне здесь нравилось. Я будто снова очутилась в родном имении, среди привычных звуков и ароматов луговых цветов. Журчание воды и пение птиц добавляли реалистичности картине. Но были ли они настоящими или всего лишь навеянными магией, оставалось для меня загадкой. Присутствие незримого доморфа ощущалось каждую минуту. И если сначала это напрягало, вызывая тревогу, то потом стало восприниматься как само собой разумеющееся. Маленький помощник Эрмэйра вёл себя тихо и не навязывал своё общество, но как только мне что-то было нужно, тут же с энтузиазмом откликался. Будто помощь моей персоне не просто входила в его обязанности, а доставляла ему удовольствие. – Шорох, подскажи, пожалуйста, где здесь библиотека, – устав бродить среди кадок с растениями, я озвучила свою первую просьбу. И доморф тут же проводил меня к неприметному повороту, укрытому кустами белых роз, за которым располагалась нужная дверь. – Спасибо, сама бы я ещё долго искала её. – Всегда рад помочь, хозяюшка, – широкая улыбка осветила его лицо. – А можно ещё стакан воды? – попросила, нерешительно потоптавшись у двери. – В мясе, поданном на обед, было много острых специй, и теперь мне очень хочется пить. – Разумеется, хозяюшка. Исчезнув с лёгких хлопком, он появился снова спустя минуту, держа в руках серебряный поднос с холодной водой. – М-м, какая вкусная, – произнесла, выпив залпом весь стакан. – Похожая вода была в лесном ключе, неподалёку от нашего дома. Ледяная, освежающая… А некоторые наши учёные мужи ещё смеют утверждать, что у воды нет вкуса. – Как это нет? – возмутился Шорох. – Очень даже есть. Попробовали бы они ту, что вытекает из родника под Орлиной горой, сразу же взяли бы свои слова обратно. Солёная, противная… Даже рыба в том ручье не водится. – Ты уверен? В море тоже вода солёная, но там всякой живности хоть отбавляй. – Вот и я говорю, что странно, – пожал плечами доморф. Обдумывая услышанное, я потянулась к ручке и толкнула дверь, которая открылась без единого звука. Лёгкое облачко пыли взметнулось в воздухе, заставив чихнуть. – Кажется, это место не очень-то востребовано у Эрмэйра, – констатировала я, потирая кончик носа и разглядывая стеллажи с книгами, казавшиеся бесконечными. – Хозяин редко бывает в покоях. Сюда и вовсе заходил всего лишь раз, когда принял должность. – Это заметно, уборка бы здесь не помешала, – оглянувшись назад, закивала я, разглядывая следы от собственных туфель, оставленные на пыльном полу. – Я мигом, – засуетился Шорох, и потоки магии рванули в пространство, собирая пыль и паутину в нарастающий ком, паривший над полом, который спустя пару минут был отправлен в открывшееся настежь окно. – Шорох справился, хозяюшка? – Справился, – согласилась, слегка замешкавшись, разглядывая сияющую чистотой библиотеку и прислушиваясь к возмущённым женским воплям, раздавшимся с улицы. – Но давай в следующий раз мы будем мусор выбрасывать не в окно, на чью-то голову, а в отведённое для этого место? – Кажется, перестарался, – опустив голову, вздохнул доморф. – Самую малость, – подтвердила я, осторожно выглядывая в окно, где продолжала вопить уже знакомая мне драгхарка, пытаясь стряхнуть с волос и платья ворох пыли. Как её там звали? Лерэйн, кажется? Вот уж за кого я точно не стану переживать, так это за неё. Надо было вещи собирать, как велено, а не шастать под окнами нашей башни. Что она вообще здесь забыла? – Вы же не скажете хозяину? – просяще сложив ладошки у груди, выпалил Шорох, подняв на меня повлажневшие от выступивших слёз глаза. Кажется, доморф искренне переживал. Разве я могла его подвести? – Это будет наш маленький секрет, – подмигнула я, и Шорох вздохнул с облегчением. Правда, радовались мы рано.