Глава 36

Я в клетке с опасным хищником, который разгадал мой секрет, и теперь, после того как утрачено доверие, не могу рассчитывать на то, чтобы он отдал мне свой таль. Если только вопрос не будет в обмене.

- Я могу сейчас же рассказать всему Варругену, как их обвела вокруг пальца вдова, - играет со мной.

- Во-первых, вам это ничего не даст, а во-вторых, я не причиняла никому вреда. Куда страшнее, если я расскажу ВАШ секрет, - ухмыляюсь, решая понаблюдать за его поведением.

- Интересно послушать, что вы там придумали себе в своей чудесной головке.

- Мне не надо ничего придумывать, дорогой советник, но уж если говорить о том, кто влияет на жителей столицы, так это вы, - тычу ему в грудь пальцем.

На его лице мелькает сомнение. Только что он был уверен, что я блефую, но теперь появились сомнения, и он чуть повернул голову и нахмурил лоб.

- Всё равно не понимаю, о чём вы.

- Прекрасно понимаете, - не сдаюсь. – Или будете мне рассказывать, что дар убеждения достался вам по наследству от бабушки по отцовской линии?

В его глазах вспыхивает страх, смешанный с интересом. Он тут же оглядывается в поисках чего-то, и я не понимаю, что происходит.

- Что вы делаете?

- Ищу музыкальный кристалл или шкатулку.

- Зачем?

- Разговор у нас слишком серьёзный, боюсь, что у стен есть уши. Не хотите помочь?

- Нет.

- Ну хотя бы подскажите, где тут что стоит.

- Откуда мне знать, это кабинет моего покойного мужа.

- И вы здесь никогда не были.

- Пару раз.

Он открывает дверцы и ящики, а я даже не могу представить, как выглядит то, что он намерен найти.

- Перестаньте устраивать обыск! – поднимаюсь с места, когда он, наконец, оборачивается ко мне, держа в руках шкатулку.

- Чудесная вещь, - его глаза сразу становятся внимательными и азартными. – Искуснейшая эльфийская работа, тончайшая скань, тимоновая кость, инкрустированная редчайшим…

- Кх-кх, - останавливаю его, потому что разговор уходит в другое русло.

- Да-да, - он словно вспоминает, где мы находимся, подвигает стул к двери, ставит на него шкатулку и открывает. Внутри какой-то мальчик, и я уверена, что Зэйд с удовольствием расскажет о том, кто именно здесь изображён и почему, но меня это мало интересует.

Наместник бросает на меня взгляд, набрав воздуха в лёгкие, чтобы уточнить кое-что по шкатулке, но передумывает и заводит механизм.

Тут же по комнате разлетается приятная музыка, и он снова подходит к столу, усаживаясь на его край так, чтобы нависать надо мной.

- На чём мы остановились?

- Я говорила, что вы влияете на людей при помощи некого артефакта.

- Уверены? – прищуривается.

- Как и то, что, если вы попытаетесь меня убить, письмо тут же попадёт в руки следователю.

- Какое письмо? - он хватает шейный платок и тянет его вниз, словно в комнате стало невероятно душно.

- То, которое я оставила своей служанке, - расплываюсь в улыбке, - или камердинеру, - задумчиво кладу палец на свою щёку, - а может, это была любовница моего мужа, или неизвестная вам девушка, которой я заплатила, чтобы по факту моей кончины записка, где всё в деталях рассказано про вас, появилась на столе главного следователя Варругена.

Конечно, я сочиняю на ходу. Ну кто знал, что сегодня меня разоблачат? Зэйд должен бояться причинить мне вред, а это возможно лишь в одном случае: когда он опасается за себя.

- А я вас недооценивал, эрдана, - расплывается в улыбке.

- Мои любимые слова.

- Раз у нас пошли такого рода откровения, скажите, для чего вы устроили весь этот спектакль с лавкой?

- Я? – искренне удивляюсь, разражаясь хохотом. – Наместник, по вам театр плачет. Вы так отменно играете, что хочется кричать «Браво», - хлопаю в ладоши. – А теперь скажите, что вы искали в моём магазине?

- Хотите перенести всю вину за случившееся на меня? – его брови изгибаются, и он вытягивает губы трубочкой, несколько раз охая. – Ну это уже ни в какие ворота не лезет. Я не подпишусь под трупом. Это вы, только вы, Рауна, - стучит пальцем по столешнице, когда музыка обрывается.

Наместник снова подходит к шкатулке и заводит её, а потом возвращается.

- Скажите, а Клем в ваши планы не входил? Он застал вас за погромом, потому вы его убили? – несёт несусветную чушь.

- Что?! – не верю своим ушам. – Вы лишили жизни старика, а теперь станете наговаривать на бедную вдову?!

- Как показала практика, она совсем не бедна, ни в материальном, ни в физическом плане.

- Будьте же мужчиной, Рауттен, признайте свою вину, и дело с концом. Вас всё равно не посадят, потому что вы слишком хорошо умеете убеждать людей.

- Я не стану брать ответственность за то, чего не делал. И очень любопытно, отчего же на вас не действует мой дар.

- Потому что для меня вы не слишком убедительны, - издеваюсь над ним. Ну не назову же я истинную причину.

- Думаю, тут дело в другом. Например, в артефакте, который вы храните у себя.

- Вы его искали в лавке?

- Я не был там ночью, повторяю в который раз.

- Но если это не вы, и не я, тогда кто? – предлагаю ему выбрать жертву. Интересно, на кого он укажет.

- Я не могу с уверенностью утверждать, что это не вы.

Горько вздыхаю, мы ходим кругами.

- Давайте к делу тогда, - решаю взять быка за рога. – Вы мне отдаёте ваш артефакт, а я вам плачу за него лучшую цену.

- Какую же?

- Вы сами назовите.

- Да нет же, мне интересно ваше предложение.

- Берите лавку.

- Что? – смеётся он. – Целую разграбленную лавку?

Мелодия снова заканчивается, и он отправляется её повторить.

- Это щедро, Рауна, но вынужден отказаться.

- Вы же не согласитесь ни на какую цену, тогда зачем это всё? – интересуюсь. Есть наслаждение в том, что теперь не надо притворяться слепой.

- Просто любопытно, как вы далеко были намерены зайти, - смотрит он в зону моего декольте.

- Хотите переспать со мной? – спрашиваю без обиняков? – Отправимся ко мне в спальню? К вам? Или может прямо на этом столе?

Он переводит взгляд на дубовый стол, словно раздумывает над предложением.

- Это дополнение к лавке или же то предложение аннулировано? – улыбается, когда снова смотрит на меня. – Вы красивы, конечно, но я ни одной куртизанке так дорого не платил.

Поднимаюсь с места и влепляю ему звонкую пощёчину, а затем сажусь на место.

Зэйд прислоняет руку к лицу.

- Справедливо, - согласно кивает. – Рука у вас довольно тяжёлая, хотя так и не скажешь. А теперь расскажите, откуда вы вообще узнали про змею.