Глава 15 Я буду мстить и мстя моя страшна

На следующий день без десяти девять утра зазвонил телефон. Наташа не успела еще позавтракать, бродила по квартире, планируя свой предстоящий день. Она взяла трубку.

— Натка, привет, это Миша. Быстро собирайся и подходи к дому свекрови, вот только не шибко близко. Не забудь взять свой телефон, — проговорил он быстро.

— Хорошо, через пять минут буду, — кивнула Ната.

— Быстро только давай выходи, — сказал он и сбросил звонок.

Наташа забегала по квартире, соображая, что же на себя натянуть. Вероятнее всего, она увидит Мишку, а она с утра вся растрёпанная и вообще не умытая. Она кинулась в ванную, быстро ополоснула лицо, краситься некогда. Натянула джинсы и свитер прямо на пижаму, сунула ноги в новые ботинки и накинула по привычке старый пуховик, напялила шапку. Сунула в карман телефон. Когда выскочила на улицу, поняла, что на красотку она не тянет, ну что же, придется представать в таком виде. Она потопала к дому свекрови, благо идти недалеко, через два дома. Игорь специально покупал квартиру поближе к родителям. Вот и аукнулась эта близость, то продукты пропадали с некоторыми вещами, так теперь решили еще и жизнь украсть.

Ната добежала до свекровиного дома, села на детской площадке напротив нужного подъезда. Снова зазвонил телефон.

— Я тебя вижу, — сказал Миша, — Как только она выйдет из подъезда, махни рукой, чтобы мы случайно невиновного не зацепили.

— Хорошо. А вы ее бить не будете? — спросила Ната, ей уже стало как-то жалко свекровь.

— Не переживай, так немного поваляем для профилактики, — ответил он и снова сбросил звонок.

Сидела на лавке как на иголках и переживала, что вдруг что-то пойдет не по плану. Вдруг из подъезда вышла свекровь с пакетами, в которых бултыхались пустые полторашки. Ната махнула рукой и прикрыла от страха глаза. Вот думать, как она ей по голове настучит, это одно, а вот смотреть, как это будут делать другие люди, это совсем другое.

Из машины выскочили три бравых молодца в полной амуниции, добежали до подъезда. Они ловко скрутили свекровушку и уложили ее прямиком в огромную грязевую лужу около подъезда. Пакеты с пустыми полторашками разбросались по всей тропинке.

— Гражданка Сидорова, вы задержаны по подозрению в экономических преступлениях, в мошенничестве в особо крупном размере, в вымогательстве, шантаже, в принятии взяток, — говорил это все здоровенный парень.

— Положи ты ее в сугроб, чего она в грязи валяется, — сказал другой товарищ.

— Я не Сидорова, — заверещала Зинаида Григорьевна, — Я Савельева.

Она выплевывала грязный снег изо рта. Ребята поместили ее в сугроб.

— Как вы можете доказать, что вы не Сидорова? Гражданка мошенница, так что веры вам нет.

— У меня дома лежат документы, — стала ныть свекровь.

— А почему вы их с собой не носите? — строго поинтересовался главный.

— Так я же в магазин вышла за молоком, — она так и продолжила лежать на грязном сугробе, хорошо хоть из лужи ее вытащили.

— Ребята, грузите ее, посидит пятнадцать суток в кутузке и вспомнит, что она Сидорова, — велел главный.

— Нет, нет, прошу, давайте поднимемся ко мне. У меня дочь дома, она документы мои отдаст и подтвердит, что я Савельева Зинаида Григорьевна. И я ничего такого не делала, — взмолилась женщина.

— Прямо никогда-никогда? И даже мыслей таких не было? И даже ни у кого ничего не хотелось украсть и напакостить? — спросил главный, нависая над ней.

— Вот те крест, никогда, — замотала она головой, пытаясь выдернуть руки из наручников.

— Да чего ты там с ней рассусоливаешь, тетку взяли похожую. Взяли. Тащим ее в коробок, а там она сама во всем признается, и то, что было, и то, что не было. Да, тетя? — спросил коренастый боец.

— Да я ничего такого в своей жизни не делала, вот только у сына продукты из холодильника брала, да сноху из квартиры пыталась выжить. Но это же не преступление, — сказала она жалобно.

— Где таких свекровей берут? А? Вот точно ее нужно за такое в кутузку посадить, — усмехнулся коренастый парень.

— Номер квартиры говори. Сейчас поднимусь за документами и на опознание соседей и дочку твою вытащу, — ответил самый главный.

— 65 квартира, третий этаж, — пролепетала она, — Может, я с вами поднимусь? Чтобы не позориться тут около подъезда перед соседями.

— Не-не, стой здесь, вернее, лежи, — кивнул здоровый парень.

Наташе стало жалко свекровь, грязная, чумазая, напуганная. Но она вспомнила, что Зинаида не пожалела ее и своего сына, когда затеяла всю эту аферу. Да и девку беременную ей не было жалко.

У Наты зазвонил телефон.

— Отпускаю или в кутузку? — спросил Михаил.

— Отпускай, — разрешила Наташа.

— Как скажешь, — сбросил он звонок.

Он вышел из подъезда через пять минут вместе с соседями и золовкой. Женщина подала ему трясущимися руками документы матери. Здоровяк проверил их, просмотрел все страницы внимательно.

— Жаль, что вы не Сидорова, — покачал он головой, — Смотрите, не нарушайте, а то у нас много дел, в которых виновные не найдены.

Он отдал ей документы. Женщину вытащили из сугроба и сняли с нее наручники.

— Извините, — развел руками самый главный.

— Как это извините, — завелась свекровь, — А испорченное пальто?

— Гражданочка, сейчас вы быстро у меня в Сидорову превратитесь, а потом будете следователю доказывать, что вы не коза, — усмехнулся боец.

— Мама, идем скорей домой, не лезь. Вот сколько раз я тебе говорила, что не нужно людям гадости делать. Наверно, на тебя кто-то настучал из соседей, — золовка собирала с земли пакеты с пустыми полторашками.

Бойцы сели в припаркованный автомобиль, завелись и уехали. Свекровь обернулась перед тем, как зайти в подъезд. Куртка и брюки были мокрыми и испачканными в грязи. Лицо перекошено от злости и страха. Она встретилась взглядом с Наташей, та помахала ей рукой, развернулась и отправилась домой. Поняла ли свекровь, чья это работа или нет, неизвестно.

Наташа пришла домой, сварила себе кофе и набрала Михаилу. Она не знала, что ему сказать.

— Алло, Натка, как жизнь? Понравилось представление? Мы ее не били, как ты и просила, просто окунули ее в молочные реки и повозили по кисельным берегам.

— Я даже не знаю, что тебе сказать. Вам точно за это ничего не будет? — поинтересовалась она.

— Нет.

— А вдруг она пожалуется?

— И? Ты думаешь, мы всегда берем тех, кто в розыске? Бывает, ошибаемся, дали наводку, оказался не тот человек. Извинились, отпустили, если будет бухтеть, то можно и в кутузку поместить, а там от правосудия не отвертишься, — усмехнулся парень.

— Опасный ты, Миша, человек, — вздохнула Ната.

— Нет, что ты, я добрый, но вот когда своих обижают, то я становлюсь злым, как цепная собака. Давай, Натка, не грусти, мы все правильно сделали. Пусть тебя совесть не мучает. Беременную твою решили не трогать, ее и так жизнь накажет с такими мозгами. К тому же ты ей пригрозила, что все ее мужу расскажешь, так у нее теперь каждый день стресс, боится дня расплаты.

— Спасибо тебе, Мишка, — она улыбнулась.

— Свидимся еще. Ты когда к родителям собралась? — спросил он.

— Сегодня или завтра. На недельку к ним скатаюсь, — ответила Ната.

— Удачи, подружка, — рассмеялся он, — Если чего надо, то звони, не стесняйся. Теперь мой номер у тебя есть.

— Обязательно, — улыбнулась Наташа.

Несмотря на неприятное представление, настроение у Наташи улучшилось после разговора. Не успела она допить свой кофе, как телефон снова затрезвонил. На этот раз на проводе была «любимая» свекровь.

— Наташка, — заорала она в трубку, — Это твоих рук дело?

— Что конкретно? Желание с нас денег поиметь или въехать в мою квартиру? Так это все вы придумали, а все остальное это кара божья за ваши проделки, — ответила Ната, сбросила звонок и быстро занесла свекровищу в черный список.

Однако веселая семейка решила добиться своего. Они начали звонить с телефона золовки. Наталья взяла трубку с намерением послать их по матушке.

— Наташа, у мамы пальто испорчено, — сказала возмущенно женщина.

— Так купи своей матери пальто или куртку. Сидишь у нее на шее сколько лет, когда твоя мать с тебя хоть копейку получит? Хоть раз в жизни сделай ей подарок, купи ей новое пальто, тунеядка. Сейчас все дети у тебя в саду и яслях. Выйди на работу, хоть уборщицей, нянькой или продавцом. Подними свою прекрасную толстую пятую точку и начни уже содержать своих детей, — проорала Ната в трубку и сбросила звонок.

Сестрица мужа тоже отправилась в баню, то есть в черный список. На душе у Наты стало легко и пусто.

— Что же я раньше с этой семейной не ругалась, — вздохнула она, — Как легко-то, и все просто.

Наташа ждала, когда позвонит Игорь, но он почему-то не звонил. Наверно, у него на это были свои причины, а может, он сам растерялся от Наташиного поведения и решил не нарываться, а может, он был на ее стороне.