Глава 22

Вернувшись домой, я попросила Эрну впредь готовить мне отвар с мятой и имбирем. И он, к моему удивлению, действительно помогал — тошнота проходила быстро. Я прилегла отдохнуть, подложив руки под голову, и сон сморил меня мгновенно.

Мне привиделась во сне мастерская, но не та, в которой я работаю сейчас, а словно из другой, реальной жизни. И я ее внезапно вспомнила — свое небольшое ювелирную мастерскую, доставшуюся мне по наследству от дедушки, который тоже мастерил украшения из янтаря.

Воспоминание во сне было настолько ярким и живым, что я ощутила запах полировочного воска и легкий, терпкий аромат смолы, исходящий от необработанных камней. Под стеклом витрины в бархатных коробочках лежали на продажу новые украшения — серьги, кулоны и кольца, мерцающие в приглушенном свете.

В этой мастерской царила особая атмосфера. Стены, увешанные старыми, пожелтевшими фотографиями деда и его работами, словно шептали истории о прошлом, о традициях, передаваемых из поколения в поколение. Я чувствовала его присутствие, его поддержку и незримую веру в меня.

Я резко проснулась от стука в дверь. Открыла глаза и увидела служанку, стоявшую на пороге.

— Госпожа, там господин Ингольф приехал, желает говорить с вами, — сказала она с робкой улыбкой.

— Спасибо, сейчас приду! — ответила я, чувствуя себя отдохнувшей и полной сил.

Приведя себя в порядок, я вышла к супругу. В приемном зале пахло рыбным супом и свежим укропом. На столешнице служанки разложили для просушки пучки собранных весенних трав, источающих тонкий, едва уловимый аромат.

Ингольф стоял у стола с кубком пива в руке. Выглядел он сильно уставшим, в грязной одежде. Волосы взъерошены, лицо не брито. Видимо, сразу с поля примчался.

Как только я увидела его строгое выражение лица, мне сразу стало не по себе. Что опять я сделала не так? Кто знает, может, ему снова наплели что-то про меня, после того как я в лесной храм местных ходила.

Я подошла и нежно поцеловала его.

— Здравствуй, милый!

Ингольф тяжело вздохнул.

— Добрый вечер, дорогая!

В этот момент подошла Эрна и протянула мне кубок с недопитым отваром.

— О, господин, вы вернулись, распоряжусь, чтобы баньку приготовили!

— Нет, не нужно, я вернусь на поля! — остановил он ее жестом.

— Но хоть поешь, любимый, — нервно ответила я, отпивая глоток отвара.

— Потом… — он устало присел на стул. — Я хотел поговорить по поводу твоего несчастного случая в бухте. Может, ты что-то еще важное вспомнишь?

Я тоже присела напротив. Сразу полегчало от мысли, что он вернулся не для того, чтобы ругать меня.

— Я тебя слушаю, милый!

— Сыскарь от старосты приезжал ко мне, хотел с тобой поговорить. Но я ему запретил в мое отсутствие расспрашивать тебя! Я сам спрошу обо всем, поеду к нему и сам все передам, — сказал муж серьезно, глядя мне в глаза.

Служанки накрыли на стол, разлили по глиняным чашкам ароматный рыбный суп, к которому подали темный хлеб с соленым маслом.

— Я согласна с тобой, супруг. В твое отсутствие я бы не стала разговаривать с ним!

— Припоминаю, что ты говорила, мол, Алиция занялась украшениями, и что ее работник весь молочный янтарь скупил на рынке. Это так?

Я кивнула, стараясь скрыть волнение.

— Да! Это — так. Узнала об этом от своего работника, кажется… или от Антонины. Но, наверное, от работника, так как я должна была сделать украшения для погребального ритуала, а у нас как раз закончился молочный сорт.

— И вы решили с Антониной пойти к пристани без разрешения Альвара, он же ее тоже без дозволения никуда саму не отпускает! — удивленно спросил муж, смотря на меня исподлобья.

— Я хотела сперва сходить на рынок, там посмотреть. Антонина же сказала, что торговцы уже все разошлись и нужно идти к пристани, где ловцы торгуют янтарем… — я сглотнула, чувствуя, как во рту пересохло. — Правда, Антонина не захотела со мной туда идти, так как начался шторм, и она предложила пойти и купить у Земовита молочный янтарь.

— Хм, то есть получается, что Антонина знала, что весь молочный янтарь скупила Алиция, и вместо того, чтобы сразу тебе предложить пойти к ней, она сперва повела тебя к пристани, я правильно понял?

— Клянусь тебе, милый, так и было! — меня уже начало трясти от накатывающего волнения.

Снова вспоминать о своей гибели совсем не хотелось. Вернее, и о гибели Милославы… Хотя, правда, пора с этим разобраться! Я же почему-то была уверена, что с моим покушением связана Алиция. Может, она не желала мне смерти, хотела просто припугнуть, чтобы я бросила мастерство и не была ей в этом конкуренткой.

— Милая, я тебе верю, не сомневайся! Но что Антонина за подруга такая, почему сразу тебя не отговорила идти к причалу? Мои работники сказали, что сильный шторм бушевал несколько дней, — отметил он.

— Я не знаю, было ли худое в помыслах Антонины, но она часто упрекает меня до сих пор, что я тебя у Алиции увела, и из-за этого моя подруга детства больше не общается со мной, — пожаловалась я ему.

— Бабский бред! — усмехнулся Ингольф, покачав головой. — Я встретил тебя на Йоле, и решил попросить у твоего отца руки.

— Но ты же был помолвлен с Алицией! — уставилась я на него.

— Нет, ни с кем я в помолвке не состоял до встречи с тобой! — громко сказал Ингольф. — Земовит предложил мне жениться на его дочери, я ответил, что подумаю, и никаких обещаний не давал!

— Ясно! — облегченно выдохнула я. — Значит, это просто обиды подруженек…

— Поеду я к Альвару, поговорю с ним по поводу его жены. Выяснить нужно, что у Антонины в голове было.

Я встала, чувствуя, как негодование закипает внутри.

— Милый, а что, если нам собраться всем вместе, позвать старосту и выяснить, например, зачем Алиции столько молочного янтаря? Заодно я и узнаю, на чьей стороне на самом деле Антонина!

— Да, это хорошая идея, милая! Тогда передам Земовиту, что хочу небольшой тинг собрать, разобраться, кто задумал это покушение на тебя! — сказал Ингольф поправляя тунику, и взял с лавки плащ.

— Ох! Ты думаешь, что кто-то намеренно хотел убить меня? — уставилась я на него, мне было важно знать его мнение по этому поводу.

— Выходит, что так! — направился он к выходу.

— Ну, а того бандита поймали, который ворует и убивает?

— Да, вот недавно, — Ингольф тяжело вздохнул, опуская плечи. — Но люди старосты засекли его до смерти, и не смогли у него ничего выяснить.

Я усмехнулась и покачала головой. Кто-то явно заметает следы своей причастности.

— Намеренно, чтобы лишнего не наговорил!

Ингольф встал в дверях.

— Будь дома, свет очей моих! Я прикажу закрыть главные ворота до моего возвращения.

— Но я… уже начала работать над новым заказом, — простонала я, неужели придётся все отложить.

— Потерпишь, главное, чтобы ты была в безопасности!

Приятно было осознавать, что Ингольф наконец-то созрел разобраться с этим несчастным случаем. Когда мы все выясним, я уверена, что мне станет спокойнее и жить будет легче. Скоро все будет хорошо, я чувствовала это.