Глава 7

С трудом поднимаюсь, костеря про себя Хэйка на все лады, и плюхаюсь на стул, где он только что сидел. Потирая руки, осматриваю стол и решаю, с чего бы начать, как вдруг все блюда исчезают. Вот только всё было, и вдруг ничего нет. Ни единой тарелочки не остаётся!

– Эй! – возмущённо кричу. – А ну вернули, как было!

От голода аж живот подводит. Но мой приказ остаётся без ответа, и тогда я добавляю волшебное:

– Иначе мужу пожалуюсь.

Жду чуда, но его не происходит. Вскакиваю из-за стола и ворчу:

– Ничего. Я не гордая, сама еду найду. Зато теперь ясно, куда делись прежние жёны. От голода усохли!

И добавляю громче:

– А мужу всё равно пожалуюсь.

Оглядываю зал, рассматривая все двери. В одну вошла я, и в той стороне точно кухни нет. В другую вышел мой бесчувственный муж и его свита. Там тоже вряд ли находится место, где создают эти восхитительные блюда.

Остаётся либо вон та беленькая дверь, либо едва заметная, обтянутая той же тканью, что и стены. Вспомнив посещение музея, где экскурсовод рассказывал, почему некоторые двери маскировали, склоняюсь ко второму варианту.

Подхожу к дверце и тяну на себя: слугам приходилось приносить господам угощение или одежду, поэтому удобнее было толкать с той стороны. Дверь поддаётся, и я вхожу, оказываясь не в коридоре, как думалось, и не на лестнице, как ожидалось, а в полутёмной комнате, сплошь уставленной сундуками разных форм и размеров.

– Кладовка? – ощущая разочарование, собираюсь вернуться.

Но тут раздаётся быстрый стук и тонкий голосок:

– Есть тут кто-то? Выпустите меня, умоляю!

В груди ёкает. Может, в этих ящиках как раз предыдущие жёны спрятаны?!

Подрываюсь с места, гадая, в каком из них скрыта девушка, молящая о помощи:

– Где вы? Тут? Или тут?

– Здесь! – заколотили громче. – Я здесь!

Иду на звук, подхожу к большому сундуку, украшенному затейливой резьбой и трогаю верёвки, которыми щедро обмотали ящик. Нахожу узел и пытаюсь развязать:

– Потерпите немного. Скоро я вас освобожу…

«Узнаю, наконец, что тут происходит, и как мне спастись из этого странного брака!»

– Пуф! – расправившись с узлом, разматываю сундук и поднимаю крышку: – Вы свобо… О-о-о-о!

Дар речи пропадает при виде огромной змеи, у которой вместо головы половина женского тела. Совершенно обнажённого и оснащённого достоинствами седьмого размера! Честно признаться, сама не скажу, что меня шокировало больше.

Хочется захлопнуть крышку и завязать сундук снова, но я пересиливаю минуту слабости и деловито уточняю у женщины-змеи:

– Кусаться не будете?

– Нет, – иронично хмыкает она и одаривает меня цепким взглядом: – Задушу хвостом и проглочу целиком. Раньше подобного не делала, но после нескольких дней без еды очень хочется попробовать.

Почему-то её усталая угроза действует на меня противоположным образом. Страх уходит, и я даже помогаю несчастной выбраться из сундука. Девушка сворачивает хвост кольцами, приподнимаясь над полом, и я предлагаю:

– Как раз искала, где и что можно поесть. Можете пойти со мной… Кхм! Поползти, я хотела сказать.

– Верно, – саркастично отзывается она. – После того, что приключилось, остаётся лишь ползать.

– А что с вами приключилось? – интересуюсь я, надеясь, что рассказ незнакомки прольёт свет и на мою ситуацию. – Какой по счёту женой Хэйка вы были?

– Кого? – она испуганно замирает в дверях и, нервно дёрнув хвостом, вдруг хищно ухмыляется. – Хэйка Каханера?!

От вида длинных, как у вампира, клыков, сверкнувших белизной, у меня на миг темнеет перед глазами.

«Ядовитая?»

– Я не вышла бы за этого мерзавца даже ради спасения жизни! – зло цедит девушка.

– Видимо, совсем плохо дело, – приуныв, бормочу себе под нос. – Раз даже змеи боятся человека, за которого мне не повезло выскочить замуж «перед звёздами и лавой».

Глаза девушки округляются:

– Ты жена Хэйка?

– Только не кусай меня, – отодвигаюсь на шаг. – Не по своей воле, поверь.

– В это как раз верю охотно, – с искренним сочувствием улыбается она. – В мире нет ни одной женщины, которая добровольно вышла бы замуж за Хэйка Каханера.

«Так себе рекомендация», – ещё сильнее огорчаюсь я.

– Я – Фейлора, старшая дочь правителя Гирайча от третьей наложницы, – представляется девушка и берёт меня под руку. – А как твоё имя?

Мы покидаем «кладовку».

– Кристина, – отвечаю, раздумывая над любопытной иерархией в королевстве Гирайча. – У вас приняты гаремы?

– Разумеется, – она равнодушно пожимает плечами. – Мужских особей у нагов рождается в несколько раз меньше, чем женских. Это вопрос выживания.

– А как ты оказалась в сундуке? – приоткрывая последнюю дверь, чтобы посмотреть, что за ней шёпотом спрашиваю Фейлору. – Тебя похитили?

– Не совсем, – смущается она и, подавшись ко мне, тихо признаётся: – Дело в том, что я хотела сбежать и спряталась среди даров, которые гирайчанцы приготовили для Хэйка Каханера. А потом не смогла выбраться.

Мы оказываемся в длинном коридоре с множеством дверей, и я изумлённо качаю головой:

– Как ты продержалась несколько дней без еды и воды?

– Наги могут не есть и не пить сто дней! – гордо заявляет она. Но, поморщившись, прижимает ладонь к животу. – Но сейчас мне кажется, число это несколько преувеличено…

Осекается и, потянув носом, безошибочно указывает на одну из дверей:

– Там есть еда!

– Погнали, – радуюсь я и врываюсь в комнату, в которой трое мужчин с аппетитом поглощают что-то из общей тарелки. – Ой, извините. Думала, это кухня…

– На-а-аг! – в ужасе вскакивает один, глядя за мою спину.

При этом задевает тарелку, та подскакивает, выплёскивая содержимое на второго мужчину и обдавая его облаком пара. Слуга кричит от боли, а третий падает передо мной на колени и молит:

– Пощадите, госпожа жена хозяина! Клянусь, с этого момента мы будем выполнять ваши приказы так же неукоснительно, будто их отдал сам господин Каханер!

Его поднимает товарищ и поспешно отводит к стенке, с ужасом глядя на Фейлору, а нагиня, обвив хвостом третьего, жадно слизывает с него остатки еды длинным раздвоенным языком. Ещё и урчит при этом, как довольная кошечка. Услышав это, слуга белеет, как мел, закатывает глаза и отключается.

Я же поворачиваюсь к остальным:

– Немедленно подать нам обед!

Не проходит и пяти минут, как в зале, куда мы возвращаемся, снова накрывают стол, и тот ломится от разнообразных блюд. Воздух наполняется умопомрачительными ароматами, а рот – слюной.

Теперь-то я не скажу «по усам текло, а в рот не попало»!

Только успеваю насытиться, как дверь, через которую ушёл муженёк, распахивается, и на пороге появляется старик.

– О, Костик вернулся, – довольно замечаю я и указываю на стол. – Хочешь перекусить? Тут много ещё осталось…

– Моё имя – Костяной хвост, госпожа, – недовольно перебивает он, но, заметив нагиню, замолкает и, пятясь, захлопывает за собой дверь.

Поворачиваюсь к Фейлоре и пожимаю её руку:

– Давай дружить?

– Против кого? – деловито уточняет она.

– Пока за нас, – улыбаюсь неожиданной союзнице. – А против кого – посмотрим.

Неожиданный подарок, который преподнесла судьба, вселяет в меня уверенность. Фейлору все боятся, и это огромный плюс там, где меня ни во что не ставят.

Жаль, я забыла одну простую истину.

Когда ты сыт, кровь отливает от мозга.

Раз гирайчанцы отправили дары Хэйку, значит, мой муж сильнее нагов.