Глава 61

 Всё, что он знал о боли до этого самого момента, было ничем.

Она растекалась по венам, бурлила внутри, не находя выхода, и медленно вычерпывала из него оставшиеся силы. Сейчас он мечтал об одном — впасть в беспамятство, перестать ощущать эту боль и, наконец, высвободиться из её мучительных объятий. Пусть даже смертью — вечно так продолжаться не могло. И всё же сознание держало его на этой тонкой нити с реальностью, не давая порвать её, уйти, забыться. Руки и ноги, грудная клетка, даже голова — все кости были переломаны, повреждены, он знал это, ощущая в полной мере. И всё же он жил, пусть одним только сознанием. Но жил… А ведь человеку, упавшему с огромной высоты, ударившегося о камни и острые наледи зимнего льда, такое было не дано.

«Человеку!» — насмешливо восклицал какой-то незнакомый голос внутри. — «А человек ли ты, Алвин? Подумай-ка получше».

И он думал. Ждал, когда всё это закончится, физическое тело перестанет изводить его болью, а разум — мыслями. В такой ситуации и правда лучше сойти с ума и не ждать, пока случится естественная непоправимая свобода.

Но вместе с тем Алвин ощущал, что внутри него растёт непонятное нечто, подкрепляющее эту силу, что до сих пор держала в нём жизнь. И ощущение это крепло с каждой минутой, пусть и мучительно долгой. Зато силы будто и впрямь восстанавливались, наливаясь в его мышцы заново, сращивая поломанные кости, порванные сухожилия.

Это было странным ощущением. Возможно, так и сходят с ума безнадёжно больные. Однако разум его был по-прежнему ясен и Алвину лишь оставалось ждать, к чему всё случившееся его приведёт.

Когда он впервые смог пошевелить рукой, это показалось парню каким-то чудом. Затем чувствительность появилась в ногах, Алвин попробовал повернуть шею, и это ему удалось. А через несколько минут он уже попытался подняться. Неуверенно. Неуклюже.

И вскоре он с удивлением понял, что его тело теперь выглядит совсем иначе. Огромное, лоснящееся чешуёй, оно больше не испытывало холода. Четыре крепкие лапы вместо рук и ног упруго держали его на весу, центр тяжести заметно сместился, а из ноздрей, которые он не мог толком разглядеть, вырывались язычки пламени. Боль ушла, не оставив о себе даже малейшего напоминания, а мощные мышцы, так и играющие под чешуйчатой шкурой, требовали разминки.

В какое чудовище он превратился? И что всё это значило?

Алвин не находил ответов в своей уже не человеческой голове. Зверь, которым он стал, иногда выпадал из реальности происходящего и разумного, чем немало пугал самого себя — человека. Такая разрозненность сознания тревожила парня, ведь он не знал, что может произойти, если упустит контроль над собой-зверем, а потому всячески пытался противиться этому.

К тому же он принял единственно верное сейчас решение — вернуться в королевский дворец, чувствуя, что не всё сейчас так просто. Да и Ниинэль, столкнувшая его с обрыва, наверняка не только за этим явилась сюда. Элизе угрожала беда, а этот хлюпик, хоть и дракон, вряд ли сумеет её защитить. Слишком уж нежным и ранимым взрастила его матушка-стерва.

Дёрнувшись с места, Алвин с удивлением понял, что теперь у него есть крылья. Крылья, которыми он совершенно не мог управлять! Взмахнув ими, его вначале даже повело в сторону, и он с трудом удержался на ногах, понимая, что теперь ему предстоит научиться балансировать на новых неожиданно выросших органах. Но немного практики привнесло понимание, как это делать, и вот он уже с восторгом ринулся в пропасть, из которой только недавно восстал. Полёт удался на славу!

Теперь Алвин с совершенно детским восторгом сумел подняться в небо и даже взять правильный курс на Королевский дворец, желая как можно скорее показаться Элизе во всей красе!

А заодно подпалить пёрышки злобной Ниинэль, что наверняка уже  дожидается свадьбы его любимой с сыночком Адамом и заодно строит свои зловредные козни в отношении принцессы. Ох, чуяла его огнедышащая задница, добром это не закончится!

Где находятся окна Элизы он знал не понаслышке, столько времени проводя в её комнате, пробираясь туда именно через окно — сколько раз он в детстве рисковал жизнью, добираясь до туда и имя в опоре лишь кирпичную кладку строения! Эх, если бы тогда у него были крылья!

Незамеченный никем, он проник под покровом темноты на территорию дворца, но заглянув в окна девушке извне, не обнаружил её на месте. И отправился на поиски дальше.

Какого же было его удивление и возмущение, когда в одном из незанавешенных окон он узрел свою любимую в лапах этого мерзавца, бесстыдно таращившегося на Элизу и трогающего её своими грязными руками!

Да, он был в курсе, что эти двое на днях поженятся, но вот зверёк в его голове был резко против, и его, Алвина, неожиданно и очень крепко переклинило! Животное заняло его разум, он всё-таки потерял этот контроль, вернее, он был послан куда-то под хвост, а разум освобождён от столь бесполезной вещи. Дракон внутри него жаждал убивать, крушить и мстить, и последнее, что Алвин смог уловить — это как его собственная рука, пардон, лапа, врезается в окно, вышибая его с характерным звоном бьющегося стекла, и…

А всё, дальше это уже была не его проблема.