Глава 28

О результатах расследования всех этих происшествий нам, то есть мне, конечно, не докладывали. Может, Каро и Джулиано что-то знали, но делиться сведениями они не торопились.

К тому же Риарди и вовсе пропал в последнюю неделю из поля моего зрения, все время уделяя работе. Нет, в Академии он дисциплинированно появлялся, но на обед не приглашал, а как заканчивалось занятие, сразу зарывался в какие-то бумаги, разложенные пачками на его преподавательском столе. Мне только кивал и делал виноватое лицо.

Мужчина за работой. Что ж, понимаю, мешать не буду.

А через несколько дней после происшествия с Каролиной мне принесли конверт из имперской канцелярии, в котором было приглашение на завершающий этап отбора. Мероприятие планируется как небольшой прием, не бал, не торжественный обед, а нечто среднее. Да и какой может быть бал, если нас, конкурсантов, с трудом наберется три десятка, а родственников, друзей, знакомых и прочую группу поддержки не приглашали. Это я еще у деда успела уточнить. Если бы звали семью, то он бы точно был в списке.

– Возьмешь семейные артефакты, – велел дед, когда увидел приглашение.

На это я лишь кивнула. У меня тоже было не слишком хорошее предчувствие, ведь преступников так и не поймали. По крайней мере, я ничего подобного не слышала.

На прием я собиралась тщательнейшим образом. Дело в том, что тот самый семейный комплект артефактов был вечерним, а мероприятие наше было назначено на послеобеденное время. То есть надевать вечерние украшения было… Как бы это выразиться? Немного неприлично.

Так что образ требовал практически ювелирной проработки. Диадему пришлось скрывать за волосами, сделав высокую прическу, подвеску, браслеты и брошь я, понятное дело, тоже легко спрятала, а вот с сережками не сложилось. Вернее, тут одно из двух – можно спрятать либо серьги, распустив волосы, либо диадему.

Я решила, что лучше уж пусть будут видны вычурные серьги, чем серебряный обод с двумя десятками драгоценных камней на голове.

А главное, что меня печалило, нельзя было совместить комплект и мои собственные щитовые артефакты. Они лежали у меня в сумочке на всякий случай. И пистоль пришлось оставить. Кто бы меня пустил с оружием на встречу с Императором?

И плевать, что у всех мужчин будут шпаги, да и маги сами по себе ходячее оружие. А огнестрел, видите ли, нельзя!

На этот раз мы Каролиной решили добираться по отдельности. Более того, ехала я на представительской машине деда, и мы долго петляли по улицам – так сделать он приказал моей охране в количестве аж трех человек.

Дед считал, что на меня могут совершить покушение или попробовать захватить по дороге во дворец. Я, поразмыслив, решила, что это маловероятно, но спорить не стала. Если так ему спокойнее, то от меня не убудет.

Так и не обнаружив слежки, и не дождавшись нападения, меня все-таки доставили в целости и сохранности во дворец. Там тоже были усиленные меры безопасности: всюду шныряла стража и гвардейцы, а здание, в котором и будет наш прием, накрыли осадными щитами.

Зря они, если честно. Лучше либо накрыть весь комплекс зданий, правда, тогда энергии и магии уйдет прорва, либо не поднимать щиты вообще. А так – это просто профанация для самоуспокоения. При мощной эфирной атаке единственный осадный щит не выдержит. Ну или я чего-то не знаю об императорских щитовых артефактах.

Да, наверное так и есть. Вряд ли местные специалисты глупее меня. Хотя вот на балу они ошиблись.

Меня проводили в зал приемов, где уже кучковалось некоторое количество народа, на фоне которого даже мои совершенно нескромные серьги терялись. Кое-кто разоделся в пух и прах, как та же Лейса, помахавшая мне рукой с другого конца не слишком большого помещения.

– Привет, – подошла я к ней. – Ты, смотрю, готовишься приковать к себе все внимание.

– Тут же будет пресса, – пожала она плечами. – А в визоре чем ярче, тем лучше. Да и ты постаралась.

Она кивнула на серьги, на что я скривилась.

– Это от артефактного комплекта. Остальное спрятала, а это не удалось.

– Думаешь, будут проблемы?

– А ты так не думаешь?

– Думаю… – тяжело вздохнула наш штатный менталист, и мы обе в глубокой задумчивости замолчали.

Скоро к нам присоединилась Алония с кавалером, потом подошли Джулиано и маркиз Ла Шинаро, который все свое внимание уделял Лейсе. Графы Кантареро и Лиантеро болтались по залу, но в конечном итоге последний отделился и направился к нам.

Вот только той, кого прочили ему в невесты, до сих пор не наблюдалось. Я уже начала порядком нервничать, потому что Каролина не только не приехала, но и не отвечала на вызовы переговорного артефакта.

А ведь всего неделю назад ее хотели похитить!

Каро появилась только через двадцать минут, когда уже все собрались. И вошла она не через парадный вход, как все, а вынырнула откуда-то из боковой двери.

– Привет! – шепнула она мне и присела в реверансе: – Господа.

– Мы уже начали волноваться, – укорила ее Лейса.

– Приехала с отцом намного раньше. У него были дела во дворце.

Я подозрительно посмотрела на подругу. У отца-то может и были дела, а сама она где пропадала? Тоже дела государственной важности? Куда уж нам, простым артефакторам.

– С тобой, кстати, папа хотел потом поговорить. Зайдешь к нам на ужин как-нибудь? – кивнула она мне.

– Спасибо за приглашение, зайду, конечно, – я мило улыбнулась, а сама задумалась, что от меня понадобилось маркизу Ла Прентеро.

Вроде бы каких-то сильных косяков за мной замечено не было в последнее время. Хочет поблагодарить за спасение дочери? Да мы с Каро дружим с детства, ее “спасибо” было вполне достаточно, я все равно не могла поступить иначе.

Вышел распорядитель и попросил нас всех подождать, Император задерживался. И, честно говоря, смутное ощущение угрозы от этих слов только усилилось. Мы переглянулись с Лейсой и та нахмурилась. А еще я заметила, как неспокойно себя ведет граф Де Лиантеро, тоже хмурится, озирается, будто везде опасность выискивает.

Может, он тоже менталист? Что я о будущем муже Каролины вообще знаю?

Маркиз Ла Прентеро все-таки продавил свое решение, и Каро начала более тесно общаться с графом, и чем больше они общались, тем больше он ей нравился. Да и я сейчас уже не назвала бы его мерзким. После раскрытия его места работы, его поведение неуловимо изменилось. Уже не было ссор между ним, и Риарди, хотя вот к Ла Шинаро они оба по-прежнему относились не слишком дружелюбно, скорее с холодной отстраненностью.

Мы, всей нашей компанией, стояли в уголке и разговаривали, стараясь не касаться будущего объявления результатов отбора.

Я уже почти не сомневалась, что образовавшиеся пары разбивать не будут. Ну если только магия в них совсем не сочетается. И то, не факт. Ведь последнее, что сейчас нужно Его Величеству – недовольные имперские аристократы. Может, баронов и виконтов это и не касается – кто их вообще спрашивал? Но то, что мнение графов, маркизов и, тем более, герцогов нельзя игнорировать в подобном вопросе – это совершенно точно.

Но вообще эта вся история с отбором до сих пор у меня не укладывается в голове. Как это, взять взрослых людей и поженить, потому что кому-то так захотелось? Да, я уже больше месяца об этом думаю и все это время недоумеваю. Более того у меня ощущение, будто я заставляю кого-то на себе жениться. Это, конечно, бред, но…

Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Джулиано незаметно взял меня за руку и аккуратно пожал пальцы. Я посмотрела на него, улыбнулась благодарно, на что он успокаивающе прикрыл глаза.

Через несколько минут распорядитель все-таки объявил о появлении Императора.

Не сказать, чтобы это было как-то торжественно. В зале вообще была милая, почти домашняя обстановка, потому что до появления Его Величества, журналистов сюда не пускали. Вероятно, чтобы нас не раздражать. А то еще кто-нибудь что-нибудь скажет сгоряча.

Вообще, в момент объявления пар, мне бы не хотелось, чтобы съемочными и усиливающими голос артефактами мне тыкали в лицо, но кто ж меня спрашивал?

Так что пишущую и снимающую братию запустили буквально за минуту до явления Императора народу. Те даже оборудование установить толком не успели.

Его Величество появился из тех же дверей, откуда в зал вошла Каролина, и выглядело это не особенно пафосно. Просто немолодой уже человек вошел и встал за небольшую трибуну, рядом с ним распорядитель и еще парочка гвардейцев, вот и все.

Оглядел всех нас, и толкнул небольшую (ну, в сравнении с обычными) речь про то, что мы опора трона, что какие бы невзгоды не свалились на наши бедные головы, мы выстоим, и так далее в том же духе. Журналисты слушали с одухотворенными лицами, но вот ни у кого из конкурсантов ничего подобного не наблюдалось.

Сколько человек погибло из-за этого конкурса? Неизвестно, как бы поступили клановые, если бы его не было, вряд ли бы, конечно, отменили свои попытки скинуть Императора. Но отбор их спровоцировал, а заплатили за это дети имперской аристократии.

В общем, я относилась к словам Его Величества с изрядным скепсисом, хотя и старалась этого не показывать. Да все мы, участники, стояли с каменными лицами. И только через пятнадцать минут заунывного пафоса мы наконец-то подобрались к самому интересному, то есть к объявлению результатов отбора.

Император успел объявить только две герцогские пары – Алонию и ее Сальено, а тому герцогу с предгорий попалась очень симпатичная виконтесса. Конечно, ему не по рангу, но, как я и думала, сложившиеся пары разбивать не решились. Герцог практически все свое внимание уделял этой девушке, я много раз их видела прогуливающихся под ручку. Так что все было ожидаемо.

Но только Его Величество перешел к маркизам, как я почувствовала очень быстро нарастающее давление эфира. Все участники, а остались в нашем отборе на выживание только сильные маги, тоже его ощутили и начали сначала озираться, а потом и вовсе прикрываться щитами.

Император замолчал на полуслове, когда его закрыли стихийными щитами гвардейцы. Журналисты только начали реагировать на происходящее, когда здание содрогнулось. С противным, разрывающим душу и барабанные перепонки звоном рухнул защитный купол, и штормовая волна взбаламученного эфира и чистой магии хлынула внутрь.

Волна силы накатилась на нас, кто-то из обычных людей закричал, а Риарди накрыл меня щитом. Мой артефакт справлялся, конечно, но это так, на всякий случай. Я благодарно ему улыбнулась, и он ответил такой же улыбкой, хоть и слегка напряженной.

Неуместно? Немного. Но по факту нам ничего не угрожало, и я оказалась права.

Концентрация эфира нарастала еще несколько секунд, а потом вдруг резко схлынула. А в отдалении послышались звуки боя. Это же дворец, а не какой-то полигон в глуши, тут такое непотребство, как магический шторм, сотворить не получится.

– Не понимаю, на что они вообще рассчитывали, – поморщилась Лейса, потирая виски.

– Может, на отвлечение внимания? – пожала плечами Каролина.

– Ты что-то знаешь? – нахмурилась я.

– Может, сначала им поможем, – подруга явно не горела желанием отвечать, а кивнула в сторону лежащих на полу людей. Все были живы, только кто-то без сознания, а кто-то просто отделается мигренью.

Мужчины же наши как-то незаметно отошли в уголок и там о чем-то шушукались. Спутник Алонии только остался, как человек почти гражданский. Он первый пошел помогать людям, оказалось, что он целитель, а ведь раньше я им совершенно не интересовалась.

Я лезть под руку не стала, только отдала какой-то даме запасной целительский артефакт, она потеряла сознание при атаке, а когда падала разбила голову. Но ничего серьезного, уже пришла в себя.

За всеми этими событиями мы как-то забыли об Императоре, которого очень быстро увели из зала его гвардейцы. А мы остались, не понимая, что нам, собственно, дальше делать.

Немного помаявшись, посмотрев, как оказывают помощь раненым, я пошла к этой загадочно забившейся в угол компании. Встала за спиной у Риарди, постояла, послушала о чем они шушукались. А они обсуждали, идти на помощь гвардейцам или их там не ждут.

В принципе, я бы не хотела, чтобы Джулиано шел в бой. Нет, я не сомневаюсь, что он хороший боец, но на данный момент он артефактор в спецслужбе и преподаватель Академии, путь им и остается. Нечего ему под площадные техники лезть!

– Ты долго так будешь стоять, подслушивать? – спросил он, замолкнув на полуслове и резко обернувшись.

– Мне кажется, что лезть не стоит, там достаточно ратников, гвардейцев и дворцовых магов.

– Смотри-ка, Риарди, твоя уже указывает, что тебе делать, – хохотнул Шинаро.

Наверное, это и правда прозвучало несколько вызывающе, но я была уверена, что моему предполагаемому жениху там делать нечего.

– Результаты еще не объявили, – не согласилась я, пока Джулиано, похоже, искал подходящие слова, чтобы послать коллегу. Он так и замер, смотря на Шинаро с недобрым прищуром. Впрочем, того не особенно впечатлило.

– Мари, – Риарди все-таки отмер и покачал головой, давая понять, что лучше бы я замолчала.

– А я согласен с графиней, – вступил в разговор Де Лиантеро. – Нечего нам там делать. Мы – одна из мишеней, если явимся на помощь, то скорее усложним ситуацию и помешаем, чем поможем.

– Или оттянем врагов на себя, чтобы гвардейцы смогли зайти с флангов.

– И как мы будем координировать с ними действия? – лениво уточнил Риарди. – У них наверняка есть готовый план обороны, а мы влезем и порушим им все заготовки.

– Я не трус и не собираюсь прятаться!

– И как только отец его на работу взял?! – буркнула, подкравшись, Каролина.

Не знаю, слышал ли ее маркиз – он стоял дальше всех, в самом углу, в который его, похоже, специально загнали, не давая убежать на помощь гвардейцам. А вот оба графа точно слышали и сейчас заухмылялись.

– Александр, ну серьезно, – продолжил гнуть свою линию Джулиано, – посмотри на остальных. Здесь почти все оставшиеся женихи – военные люди. В той или иной мере. Никто из них не рвется в бой, потому что понимают глупость этой затеи. Одному тебе вечно надо пролезть вперед.

– Так может в этом и цель? – я в упор посмотрела на маркиза. – Надо выделиться, проявить себя. Не важно, сколько из-за этого людей пострадает или погибнет.

– Мари! – теперь уже Риарди практически рыкнул.

– Прошу прощения, маркиз Ла Шинаро, вырвалось, – ответила я без тени раскаяния.

Ну а что? Кто-то ведь должен был это все высказать, а молчать я как-то не привыкла. Хотя может я и перегнула палку, вон он как на меня недобро смотрит, сейчас дырку прожжет, фигурально выражаясь. А может, и буквально…

– Я к тому, что тут полно журналистов с усиливающими звук артефактами.

– Ой… – это я скорее про себя сказала. Не подумала как-то, что такие вещи на суд широкой общественности точно выносить не стоит. Да и вообще иногда лучше молчать, чем говорить.

– А чего, она все правильно сказала! – хмыкнула Каролина. – Между прочим, бой уже заканчивается, слышите?

Звуки и правда затихали. Не знаю даже, хорошо это или плохо.

– Как-то слишком быстро, – нахмурился все тот же Ла Шинаро, будто прочитав мои мысли. – Лейса, милая, не могла бы ты подойти!

Он помахал рукой нашей менталистке, которая беседовала с одной из пострадавших – журналисткой. Ну, тут уж наша светская львица была как рыба в воде – ее родная стихия скандалов, сплетен и прочих милых сердцу вещей.

Девушка вежливо распрощалась с прессой и направилась в нашу сторону.

– Что такое? – спросила она. От прежней расслабленной улыбки не осталось и следа, она была собрана и деловита.

– Ты можешь просканировать окрестности на предмет враждебных намерений?

– Ого, ты уже научилась? – удивилась Каро.

– А то! – гордо вздернула носик та и повернулась к маркизу: – Хочешь выяснить, кто побеждает?

– Угадала, милая, – несколько снисходительно ответил Шинаро.

Я бы за такой тон приложила чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы вообще больше говорить не мог. Но то я, а ее, похоже, это не особенно смущает. По крайней мере, она такое обращение проигнорировала.

Лейса прикрыла глаза на несколько минут. Я чувствовала, что она использует силу, поскольку стояла совсем рядом, но даже теперь совершенно не ощущала ее направленности. Вот в этом и основная опасность менталистов – их даже на довольно близком расстоянии практически невозможно засечь. Любого мага во время работы с силой можно, а их нет.

– Враги отступают, – Лейса открыла глаза и внимательно посмотрела на нас. – Они уже довольно далеко. Но не все.

– Не все? – переспросил ее Шинаро, явно поторапливая.

– Нет. Небольшая группа идет в нашу сторону и скоро она будет здесь.

Небольшая группа на поверку оказалась дюжиной воинов в неизвестной экипировке. Не то чтобы я была большим специалистом, но такой в рядах наших военных я не видела. И удивилась, надо сказать не только я.

Впрочем, мы не были их целью, судя по всему, и если бы наш доблестный маркиз Ла Шинаро их первым не атаковал, еще не факт, что они бы на нас напали.

Просто получилось так, что пока мужчины решали, стоит ли выдвинуться на разведку и пытаться перехватить этих непонятных людей, те сами до нас дошли. А поскольку спорили мы громко, они решили поинтересоваться, видимо, что такого интересного здесь происходит.

Почему я подумала, что они искали не нас?

Да потому, что они запустили какую-то технику, судя по всему, поисковую, постояли несколько секунд и двинулись дальше, в противоположную от нас сторону. Мы их совершенно не заинтересовали. Есть, конечно, подозрение, что они искали Императора… Но такой слабой группой? Возможно, у них была все-таки другая цель.

Но тут не удалось удержать нашего бравого маркиза, который выскочил за дверь и начал кидать дальнобойные техники в спину противнику. Нет, дело не в том, что это нечестно, боги с глупым морализаторством, когда тут такое происходит! Дело в том, что у него самого за спиной осталось несколько десятков гражданских.

Двенадцать бойцов – это, конечно, не великая проблема для участников отбора, но мало ли какие сюрпризы у них могут быть? Попадать под артефакт, создающий эфирный шторм, у меня нет никакого желания.

В общем, завязался бой. И не сказать, чтобы наши женишки его выигрывали. Да, я из-за угла подсматривала. И что, что прилетит? У меня же щитовой артефакт, уж одну-то даже сильную атаку он вполне выдержит!

А дело все было в том, что толкаться в одном узком коридоре дюжине хорошо сработанных специалистов и двум десяткам магов, по разному обученных и служивших в совершенно разных подразделениях – это несопоставимые вещи. То есть о единой тактике защитников наших бесценных тушек можно было забыть – они только мешали друг другу.

Ситуация складывалась неприятная. Деятели эти были, сразу видно, профессионалами очень высокого класса и уже начали поддавливать наших. Если они вытеснят женишков в зал, то нам всем придется куда-то уходить. Там есть, конечно, второй выход, только неизвестно, куда он ведет и что там происходит. Может, на той стороне еще одна хорошо обученная диверсионная группа?

– Ой! – вскрикнула я и отскочила от угла в тот момент, когда небольшой огненный шарик расплескал свой заряд по каменной кладке в двадцати сантиметрах от моего любопытного носа.

– Так, а ты почему здесь? – на мой возглас обернулся Риарди. Он стоял не так уж далеко от меня, во втором эшелоне сражавшихся, назад не смотрел и меня до этого не видел.

Он что-то сказал мужчине, находящемуся слева от него, передал тому контроль над щитовыми конструктами, которыми прикрывалась вся группа, и развернулся ко мне с очень недобрым выражением лица.

Два его больших шага, и я не успеваю убежать, когда он хватает меня под локоток.

– Пойдем-ка, любопытная моя! – прорычал он. – Мари, это уже не игрушки, ты это понимаешь?

– Я это давно понимаю! – буркнула я и попыталась вытащить руку из стальных пальцев. – А кто эти люди?

– Эти? Очень редкие специалисты, – недовольно ответил мужчина. – Я с ними уже встречался как-то. И не сказать, что эта встреча была приятной.

– Это ведь не кланы, так?

– Нет. Думаю, клановых боевиков сейчас гоняют вокруг дворца гвардейцы и маги Императора. Но не думал, что они могли снюхаться с…

– С кем?

– С шимайнийцами, – ответила за Риарди Каро, к которой тот меня подвел.

– Маркиза, присмотрите за своей не в меру любопытной подругой, пожалуйста, пока ей голову не открутили, – попросил мужчина и наконец высвободил из захвата мою конечность. При этом пришлось подавить непроизвольное желание рвануть обратно. Джулиано за мной очень внимательно следил и перехватил бы, я бы даже и шага сделать не успела.

– Всенепременно, – кивнула та.

– Если они сюда прорвутся, уходите. Вы знаете, куда.

– Никуда я не пойду! – возмутилась я.

– Пойдете, и это не обсуждается. Пообещайте мне! – Я покачала головой. – Мари, у меня нет времени на это. Пообещайте!

– Ну хорошо, хорошо, – вздохнула я, – обещаю.

Получив ответ, Риарди тут же развернулся и был таков.

Желание же возмущенно орать, не соглашаться и топать ногами мне пришлось подавить. Не то место, не то время…

– Так что там с шимайнийцами? – я повернулась к Каролине.

А с Шимайном было, конечно, все просто. Они поддержали кланы в их конфликте с Императором. Зачем? А просто бизнес. Если власть захватит клановая аристократия, то из-за различных, часто несовпадающих интересов кланов проще будет решить многие проблемы в частном, так сказать, порядке.

– И что мы будем делать? – спросила я, потирая плечи. Не то чтобы замерзла, но было крайне неуютно и тревожно.

А если его ранят или того хуже? Нет, нельзя об этом думать!

– Может, мы можем чем-то помочь?

– Не стоит им мешать, – покачала головой подруга. – Я уже сообщила отцу. Он обещал прислать помощь.

– И где она?! – практически закричала я, хотя звуки боя перекрывали даже громкие крики.

– Так, а ну-ка успокойся! Они и без нас справятся. Думаешь, ему будет легче, если он будет и за тебя беспокоиться?

Мне пришлось смиренно покивать, хотя душа рвалась туда, к Джулиано, в бой.

Впрочем, все и правда закончилось довольно быстро. Как и обещала Каро, подошла подмога, зажав диверсантов в клещи с другой стороны. Им ничего не оставалось, как сдаться.

Я ринулась искать Риарди и обнаружила его лежащим на полу и залитым кровью. Над ним уже склонился целитель.

– Ты как? – я опустилась рядом на колени.

– Все нормально, – усмехнулся он и скривился от какой-то манипуляции целителя.

– Не нормально, – ответил тот, – но будет через пару дней. Посидите с ним, а мне нужно к другим пострадавшим.

С этими словами он встал и отправился обследовать три неподвижных тела и еще несколько подвижных.

Я же с облегчением вздохнула, а потом вперила в Джулиано рассерженный взгляд. Ну сейчас я донесу до него всю степень своего недовольства! Нужно же сбросить пар после таких переживаний…