Глава 25 Стефи

Наш тесный семейно-дружеский клуб насчитывает пару десятков человек. Но возникшая ситуация для меня личная, поэтому, пока все наши родные рассаживались в банкетном зале ресторана с видом на залив в нашем новом отеле на Васильевском острове, я потащила новоиспеченного жениха на казнь, в пустующий зал напротив.

— Андрей, мне все равно, как ты будешь теперь выкручиваться и объясняться с родственниками, но имей в виду, от своих я скрывать ничего не собираюсь! Ты совсем спятил? Какая свадьба? Мы с тобой официально разбежались почти месяц назад! А неофициально и того больше!

— Стеф, ты чего… Мы же договаривались. А зачем согласилась тогда?

— Деструктивные действия иногда продиктованы конструктивными решениями, Андрей. У меня какие были варианты?

— Не понял. Деструктивные для кого? Все вроде счастливы, разве нет?

— Для меня. Больше всего мне хотелось сказать нет.

Очередной мой поступок, со стороны эгоистичный, но глубже заглянуть, конечно, никому не интересно. Хотя мама все поняла. Не могла не понять, она нас видела с Ромкой. Но ни Андрей, ни кто другой ничего не поняли. Стефи просто получила что хотела, как всегда.

— Я вот сейчас ничего не понял. С каких пор ты делаешь то, что не хочешь?

— А у меня был выбор? Какой? Смотреть на слезы твоей мамы? На стыд моих родителей перед твоими? А как ты себе представляешь их любимые совместные посиделки в беседке у нас дома после такого? А как твоему отцу такой пиар, он ведь только начинает карьеру тренера? Сплошные интервью каждый день! Продолжать перечислять последствия?

— Подожди! Мне Алекс все рассказал! Что ты в Вегасе вытворяла, еле успели документы вернуть на апостиль! Потом эти твои паузы и стопы. Я просто дал тебе гарантии, чтобы ты перестала делать глупости!

Я не отвечала. Просто смотрела в окно с высоты птичьего полета на ночной город и не знала, с чего начать разговор. Все так запуталось. Не сейчас. Давно. Да, глупости делала и Андрей решил, что я не уверена в том что он женится хоть когда-нибудь. Сделал предложение, просто чтобы перестала дёргаться и дергать его.

— Стеф? Что происходит? — Андрей частенько применяет этот прием: встаёт около стола и, сложив руки на груди, вопрошает с видом старшего и разумного из нас двоих оболтусов.

— Ты у меня спрашиваешь? Мне тоже непонятно, зачем ты так меня подставил? — злюсь я на его манеру при любом кипише делать вид, что не при делах.

Знаю его наизусть. Вздох, опускает руки в карманы, идёт к окну, пялится в него полминуты и топает обратно, вальяжно вышагивая, и снисходительно вещает:

— Стефи, да понял я все! Эти ваши бабские закидоны, знаешь ли, прозрачны настолько же, насколько и глупы! Я сделал то, что ты хотела!

— Я не хотела! — чеканю ему каждое слово. — Я же сказала, что все прошло!

— Ты сказала — нужны определенность и уверенность! Я тебе их дал публично!

— Вот именно. Если бы не публично, было бы проще. И я сказала, что хочу любви и нормальных отношений. Ой, все! — махнула я рукой. — Делай что хочешь, но замуж я за тебя не пойду!

— Что случилось-то? — сменил тон Андрей на тот, что я люблю. Искренний, теплый и заботливый. — Братан, ну что с тобой происходит? Я же понял все! Ты три недели мне отвечаешь через раз, ну ясно же, что терпение у тебя кончилось. Я же не совсем мудак, все понял. Или я неправильно тебя понял?

Злиться на Андрея у меня никогда долго не получалось. Он хоть и говнюк и подставил меня, но он мой друг. Самый лучший. Надо просто все ему рассказать, и он поймет и все исправит.

— Андрюха… мне кажется, я влюбилась… — тихо произнесла я, впервые вслух признавшись самой себе в том числе.

— В кого? — округлил глаза Андрей.

— В этого… из Вегаса.

— Ой, братан! Ну, о чем ты вообще? Сколько ты его знаешь? Пару дней?

— Месяц.

— Тебя три недели в России не было! Какой месяц?

— Ну и что. Мне трех дней хватило влюбиться.

— Все это херь полная. Просто увлеклась, это проходит так же быстро, как и начинается! Поверь, у меня сто раз так было! Вроде видишь ее и кажется — херасе! Это прям бомба! Идеальная женщина! А потом бац — и все! Замечаешь все ее недостатки и что нет общего ничего. И спадает эта пелена. У бомбы, оказывается, или характер дерьмо, или в принципе жизненные цели у вас разные, говорить не о чем. И все, что связывает, это только секс.

— Андрей, я не хочу за тебя замуж! Подрывайся дальше на своих бомбах! — психую я, потому что он прав!

Черт возьми, прав сто раз! Ничего у нас общего с Ромашкой, и все, что есть, это просто влечение, а если и оно пройдет у него? Не останется ничего. Совсем ничего.

— Стефи, иди сюда! — Андрей сел на диван и я, покосившись на него, тоже уселась, но по рукам надавала, не хочу, чтобы он меня трогал!

— Стефи! Ну не тупи, пожалуйста! Мы с тобой знаем друг друга наизусть! И нам хорошо вместе! Ненапряжно. Мы же с тобой с полуслова понимаем друг друга, как семейная пара со стажем. Ну?

— Угу. Так понял меня, что так подставил! Андрей, я не хочу больше ни замуж, ни детей от тебя. Сомневаюсь, что мы будем жить счастливо!

— Стефания Браун, ты где? Что за размазня тут сидит? Стеф, какие могут быть сомнения? Мы с тобой уже четверть века самые лучшие друзья! Разве ты не знаешь, что я любого за тебя порву? Что на меня ты можешь положиться? Я все для тебя сделаю! Ты единственная женщина, ради которой я в принципе готов на многое.

— Это просто привязанность, дружба. А остальное? Страсть, любовь?

— Стеф, больше, чем тебя, я никого из женщин не любил. С другими… увлекся, покуражил и прошло. А ты всегда рядом. Проходит вся эта страсть. А у нас есть главное — взаимоуважение, дружба. С кем тебе будет так же спокойно и легко?

Может, я не хочу спокойно. Хочу, чтобы военные действия не заканчивались. С ним. Чтобы утаскивал меня в свою пещеру, нагло и дерзко. Чтобы смотрел как сегодня, будто готов сожрать, чтобы носил на руках, просто потому что обувь промокла. Но в словах Андрея была и правда. Если пройдет его влечение, то останется безразличие и холод. Тогда я точно в депрессии залягу… на дне Андаманского моря.

— Андрей, я с мамами поговорю, ты папам сам объясняй. Свадьбу назначим, на этом все. Можешь потом сказать, что я оказалась неверной сукой и ты меня бросил. Мне все равно. И… скажи всем, что я неважно себя чувствую. Я спать.

— Может, подумаешь хотя бы? Не принимай решения, Стефи, в пелене этого своего увлечения.

— Андрей, все! Горшочек, не вари! Не выйдет из нас счастливой пары по одной простой причине! Я с тобой буду несчастна и твою жизнь превращу в унылое… ну ты понял.

Андрей, скорее всего, и сам только думать начал. Не просто из своего расчета жениться на удобной Стефи, а о том, на что будет похожа эта жизнь фальшивая.

— Ладно, Стеф, диалог не складывается, давай остынем и решим?

Андрей явно был обескуражен и зол. Ну, это его проблемы. Я из-за него в таком смятении, что хоть волком вой. Все полетело кувырком после этого Вегаса. Все, что было предопределено, стало ненужным и глупым.

Я не стала возвращаться в банкетный зал, написала маме сообщение, чтобы попросила никого меня сегодня не беспокоить, и отказалась от предложения Андрея проводить меня в номер. Сам кашу заварил, пусть сам и разгребает. Тем более что карточку в номер я сегодня использовала как закладку в блокнотик, а сам блокнот забыла на столе в ресторане… и цветы. Его цветы я тоже забыла.

Я уже с ног валюсь, но приходиться бегать в поисках блокнота. Но в ресторане никто не знал, куда он делся. Просто жирная клякса на мое настроение. Сил уже ни на что не осталось, как и настроения, но я все же прошлась по холлу, высматривая Рому. Не нашла. Или уже уехал.

Взяв дополнительную ключ-карту на стойке, поплелась к себе в номер, и только когда вошла, закрыв за собой дверь, позволила слезам потечь из глаз.

Я знаю, что сама во всем виновата и Андрей поступил так, просто поняв, что я уже перехожу грани разумного, пытаясь добиться от него действий. Но как говорит мой дедушка Леон: в жизни ничего не происходит просто так, даже если ты оступился, сделал глупость, значит, это было нужно.

Забравшись в ванну, я лежала, размышляя, стоит ли бежать за Ромео, объяснять ему все? Искать с ним встречи? Написать? Позвонить?

Наверное, он уже с этой красоткой с пятым размером ушел, ее тоже не было в зале, где остались все гости мероприятия.

Кстати, они этот отель и оснащали. Я протянула руку к полке, набрав флакончики их компании, и, поочередно их открывая, выливала все в ванну. Шампунь, гель, пену, лосьон… Все подряд.

Неожиданно дверь распахнулась, но я даже рот открыть не успела, уставившись на Ромку в отельном халате с взъерошенной после душа шевелюрой. Мельком глянув на меня, он молча прошел к зеркалу над раковиной и, выуживая точно такие же, как у меня в руках, пузырьки из карманов халата, деловито расставлял их на полочке.

— Ты как сюда вошел? Что ты делаешь? — приходя в себя от шока, что в отеле на вип-уровне вот так запросто завалился в номер Ромка, поинтересовалась я.

Шок сменился радостью, что не ушел. Точнее, пришел. Счастье так бесконтрольно распирало изнутри, что я моментально забыла все, что говорил Андрей о перспективе этих отношений.