Жених моей бабушки – 2: Призраки возвращаются · Часть 37. Моё войско, обещанное Одаиши

Часть 37. Моё войско, обещанное Одаиши

Уже через час все, кто участвовал в защите замка, восстановили свои силы. Я сразу же рассказала мужу о том, что узнала от Одаиши в том сне. – Нужно найти Гретлайден, пока она не натворила ещё бед. – Думаю, что она так рьяно взялась за наш замок, понимая, что ночь Одаиши вот-вот наступит. – Надеюсь, она не возьмётся за другие замки до полнолуния. – Вряд ли, – я покачала головой, – Мне кажется, мы здорово измотали её. Вечером Рэй объявил ещё об одном общем собрании оставшихся магов. Я объяснила магам, как у меня получилось поймать шартьи в ловушку. Знал бы наш учитель алгебры, насколько популярной стала лента Мёбиуса в мире магов! Наверное, прослезился бы от счастья. Ночь Одаиши уже сегодня. Гретлайден потеряет силу шартьи на несколько дней. И пока она остаётся без магии, у нас будет больше шансов её поймать. Конечно, нам нужно ещё создать ловушку для Гредлайден, и здесь понадобится помощь Мореона и те артефакты, которые мы забрали с собой из его дома. Я снова вызвала призрак мага. К ночи шар-ловушка для шартьи был готов. Мы с Рэем выучили заклинание, но Мореон подтвердил, что поможет нам, если будет необходимо. Ночь прошла спокойно. А вот утро началось с неожиданностей. Рано утром меня разбудил Рэй. – Дорогая, похоже, к тебе гости. Спросонья я не сразу поняла, что за гости, и почему именно ко мне. – Опять шартьи?! Но вчера было полнолуние… Она не могла!.. – Нет, родная. Это не она. Но этих гостей много и они пугают население. Вставай, одевайся. Дай им задание, чтобы они не болтались тут. Недоумевая, что там произошло, я быстро оделась, умылась холодной водой, пытаясь проснуться. Впрочем, сон мой улетучился в то же мгновение, когда я открыла двери, ведущие из замка. Площадь перед дворцом была заполнена нашими врагами – барсами. Огромные кошки лениво лежали на земле, ступеньках, скамейках. Прохаживались по дорожкам парка. Играли друг с другом и выясняли, кто из них главней. Моё войско, обещанное мне Одаиши… На мгновение мне стало страшно – я не знала, что мне с ними делать. Волкозавры помогали нам, но они помогали по своему собственному выбору. А барсы едва не сожрали нас всех несколько лет назад. Увидев меня, барсы встали и подошли ко мне. Их было много, около сотни. Вперёд вышел огромный абсолютно белый барс с янтарно-жёлтыми проницательными глазами. Он склонил голову, и я услышала: – «Приветствую, хозяйка. Мы будем служить тебе, и твоим детям, и детям твоих детей, и их детям, пока в нас и наших потомках будет течь кровь. Так сказала Великая Богиня. Приказывай». – «Как мне тебя звать?» – «Я – Энцо. Главный барс междумирья. Я буду слышать тебя всегда. Стоит тебе вспомнить обо мне». – «Хорошо. Энцо, нам нужно найти и привести сюда женщину-мага, шартьи, в теле молодого мужчины. Она не спит, но на несколько дней потеряет магию». Я передала ему образ младшего Георга и подселённой шартьи. – «Её ищут маги и волкозавры. Не мешать им, в столкновения не вступать. Завтра утром сообщи мне, удалось ли напасть на её след. Она очень стара и умна, и найти её будет очень непросто. Всем нам». Огромный барс сощурил янтарно-жёлтые глаза. – «Будет исполнено, хозяйка». Все барсы исчезли через минуту, словно их и не было. – Ничего себе войско! – Рэй всё ещё был под впечатлением, да и я сама с трудом приходила в себя. – Главное, на закуску им не попасть. Сожрут, и не поморщатся, – пробормотала я, – Надо предупредить волкозавров. У нас несколько дней, и шартьи нужно найти сейчас. Потом это будет сделать очень сложно. – Согласен с тобой. Давай найдём её и запечатаем в ловушку Мореона. Я вызвала Ярозавра. Он услышал меня и ответил. – Пойдём в столовую, кофе пить, – сказал Рэй, – Пока ещё волкозавры придут. А тебе нужно позавтракать. Волкозавры пришли через час. Мы как раз успели позавтракать. Я сразу заметила, что Ярозавр выглядит озадаченным. – «Что-то случилось?» – спросила я волкозавра. – «Барсы. Их здесь безумное количество. Не понимаю, что происходит». – «Это одна из причин, по которой я позвала вас сегодня. Барсы присланы на помощь вместо соколов Ло-Динайре, так решила Одаиши. Я запретила брасам вступать с вами в противостояние. И вас прошу соблюдать нейтралитет». – «Вон оно что… Зачем же мы тебе понадобились, принцесса?» Я улыбнулась, услышав нотки обиды. Погладила Ярозавра по могучей шее. – «Нам сейчас нужны все силы, даже барсов. Мы ищем мать Вирантресе». – «Разве она жива?» Я объяснила Ярозавру, что у нас произошло. – «Понял, принцесса. Отправляемся на поиски сейчас же». Волкозавры скрылись из вида. Весь день и всю ночь маги, волкозавры и барсы прочёсывали окрестности. На рассвете все поисковые отряды вернулись ни с чем. Мы снова собрались с магами – обсудить результаты поисков, точнее, их отсутствие. – Нам нужно что-то ещё, – говорили маги, – Хоть какая-то подсказка! Если мы просто будем прочёсывать всё подряд – мы не найдём шартьи. – Всё, что у нас есть – только портрет Георга-младшего… – Не совсем так, – задумался Рэй, – У нас есть шар с душой того, чьё тело мы разыскиваем. – Давай попробуем, – согласилась я, – Мы сейчас в таком положении, что я готова хвататься за любую соломинку. – На всякий случай бери дневник Мореона, а я – за шаром иллюзий. Встречаемся в комнате с сундуком. – Я позову Оливию, если ты не против. – Конечно, зови. Помощь нам не помешает. Я сходила за дневником короля магов и позвала Оливию. Она лучше всех нас знала Георга. Шар иллюзий я положила на середину стола в небольшую миску и позвала пленника шара. – Эй, Георг! Мы хотим поговорить с тобой. Пленник не отзывался. – Это в твоих интересах вообще-то. Или ты хочешь навечно остаться в шаре иллюзий? – Бланка, да что его уговаривать! – воскликнул Рэй, – Пусть сидит себе в этом шаре. Найдём Гретлайден и заточим её в ловушку. А младший Георг пусть сидит в этом шаре. Проблем-то! У нас и свои дела есть. Пусть сидит себе всю вечность. Похоже, ему по душе дрегендарский замок, выстроенный Вирантресе для своей мамаши. Пойдём. Рэй встал и сделал два шага по направлению к двери. Из шара раздался голос младшего Георга. – Подожди! Что вы хотели узнать у меня? – Во-первых, твой отец. Мы знаем, что это Георг. Ты его видел? Голос помолчал, но недолго. – Пока он был жив – никогда. Но несколько недель назад он начал сниться мне. Сначала приходил во сне и помогал, подсказывал. – А потом что-то предложил, да? – Он рассказал, как потерял трон Амедонии. И как его несправедливо лишили магии. – Его лишили магии за преступления против королевской семьи. За эти преступления он был приговорён к казни. А потом он присоединился к Вирантресе. Предал свой народ и свою страну. Так что он предложил тебе? – Магию, которой у меня никогда не было. В обмен на небольшую услугу – выкрасть шар иллюзий с синими надписями, найти кубок и отнести всё это во дворец Амедонии. – Георг знал, кто находится в шаре? – Не знаю. Но думаю, что да. Он сказал, что когда-то забрал этот шар из дворца Вирантресе. – Ты можешь отследить мага, завладевшего твоим телом? – Нет. Но иногда я что-то чувствую, какие-то бессвязные обрывки. Вряд ли вам это поможет. – Что ты чувствуешь? Ты можешь сказать, как сейчас себя чувствует твоё тело? – Холодно… Ветра нет. И как-то странно. Не могу объяснить. Это как вспышки. Раз – вспышка, мгновение – и я вижу, что вокруг темно. Ещё вспышка – и я замечаю, что замёрз. – Она в тоннелях. Под землёй, – сказала Оливия, – Ты когда-нибудь бывал в тоннелях, Георг? – Нет. Только слышал. А сам – никогда. У меня ведь нет магии. Я задумалась. – Знаешь, мы когда тебя допрашивали, тогда, в заброшенном городе магов, поняли, что у тебя что-то с памятью. Ты какие-то детали не мог вспомнить. И ты не обманывал. Не хочешь рассказать об этом? Георг-младший замолчал. – Мне кажется, в твоих интересах, чтобы мы нашли твоё тело. И как можно скорее. – Как вам это поможет? – глухо спросил Георг. – Не знаю, – честно сказала я, – Может, и никак. Но сейчас мы собираем всю информацию, которую только можем. Вдруг эта деталь, о которой ты явно не хочешь говорить, окажется важна? Мы тебе не враги, Георг. Твой отец был нашим врагом, это так. Но ведь родителей не выбирают. И к твоему воспитанию, как мы поняли, дядя Георг не имел отношения. Понимаю, это неприятно. Но сейчас это играет за тебя.