Глава 29. Я нашла свою виверру! И кое-кого ещё…
Не знаю, сколько я была в том тоннеле. Может, пару минут, а может, целую вечность – время там шло очень странно. Темнота была полная, а уши словно ватой заложило. Выбросило меня из тоннеля в какой-то пещере. В ней было довольно светло – стены её светились, мягко мерцая сине-зелёными огоньками. Впрочем, мне было не до рассматривания пещерных огоньков: оказавшись в пещере, я сразу услышала отчаянный крик моей Юшки и бросилась на помощь. Долго бежать не пришлось – из пещеры я выбежала через пару минут, а ещё через минуту увидела свою виверру. Юшка сидела на дереве и отчаянно звала на помощь. А вокруг дерева ходили, поскуливая от нетерпения, звери, очень похожие на волков. Только шерсть их на загривках топорщилась иглами, как у дикобразов. Волкобразов, как я назвала для себя этих зверей, было штук десять, не меньше, и я хорошо понимала, что вряд ли они меня испугаются. Меня волкобразы не видели – я стояла за большим камнем, и на всякий пожарный набросила на себя образ невидимости. Вожак волкобразов – огромный, чёрный, с серыми иглами на спине, пытался повалить дерево, на котором сидела Юшка. Он начал обдирать ствол дерева когтями и грызть его. Стая мгновенно поменяла тактику, принявшись помогать вожаку. Под их огромными зубами дерево начало скрипеть и шататься. Медлить было нельзя. Я вспомнила недавний случай с вепрем. Собрала всю ненависть и злость и ударила вожака. Он зарычал, оглянулся и заметил меня. Вожак пошёл на меня, скаля зубы. Он шёл молча, глядя мне в глаза. Его стая шла за ним, готовая наброситься на меня по первому знаку вожака. Я метнула в него ментальный шар: «Уходи. Виверра моя. Я не позволю тебе причинить ей зло». Вожак остановился, и стая его остановилась тоже. «Кто ты?» – возникло в моей голове. «Наследная принцесса Амедонии и жена наследного принца Акмитании, – ответила я ему. – Оставь мою виверру и уходи прочь. Я не враг тебе, но своё буду защищать». Вожак поджал уши и опустил хвост. Несмело махнул хвостом, словно собака, встречающая хозяина. «Прости. Я не знал, что это – твоя зверушка. Мы не враги тебе, забирай её и уходи». Я выросла с собакой и собачий язык понимаю хорошо. Вожак приблизился ко мне, я протянула руку ладонью вверх. Он осторожно обнюхал мою руку и хвост его завилял, как у самого обыкновенного пса. Я опустила руку на голову, провела рукой по могучей шее. «Я чувствую, кто ты. Я узнаю тебя. Иди смело по нашей земле, принцесса. Никто не тронет тебя и твою зверушку». Стая волкобразов исчезла в одно мгновение. Вожак издал протяжный вой и тоже исчез. Юшка слетела с дерева, прижалась ко мне дрожащим тёплым тельцем. – Юшенька, солнышко моё! Куда же ты убежала?! А если бы я не успела? Я гладила Юшку, судорожно вцепившуюся в моё плечо, и плакала. А если бы я задержалась всего на полчаса? Волкобразы разорвали бы мою виверру на сотни маленьких кусочков. Несколько минут я сидела с Юшкой и плакала. Я оказалась неизвестно где, Рэй даже не знает, где я. Но виверру я спасла. Вот только дальше-то мне куда? Я вернулась в пещеру в надежде, что тоннель работает и в обратную сторону. Но тщетно. Ничего похожего на ту дыру в стене, в которую меня затянуло. Нужен другой путь. – Эх, Юшка, Юшка… Ну какого тебя потянуло сюда? Как нам теперь обратно в Амедонию попасть? Юшка внимательно посмотрела на меня своими синими глазами. Она спрыгнула с моих рук и побежала прочь из пещеры, явно зовя меня за собой. Я вздохнула и пошла за виверрой. Мы шли долго. В нашем мире, в Амедонии, был день, а здесь – сумерки. Не знаю, то ли я так долго пробыла в тоннеле, то ли это – обычное состояние для этого мира. Темнота не была для меня помехой, но хорошего настроения она не добавляла. Мы шли уже несколько часов. Юшка вконец вымоталась, и шла из последних сил. Я взяла её на руки, несмотря на вялое сопротивление виверры. – Показывай дорогу другим способом, – сказала я Юшке, – Мы долго не пройдём, если ты устанешь и не сможешь идти. Виверра смирилась, и в моём сознании возникло направление пути – мимо тех холмов и кустов, дальше, к высокой чёрной горе. Гора оказалась намного дальше, чем мне показалось сначала. Юшка мирно посапывала на моём плече, а я шла к цели. Прошло ещё несколько часов, прежде чем я добралась до горы. Иногда где-то рядом я слышала вой волкобразов. Но никто больше нам не встречался. Я понимала, что где-то в Амедонии Рэй с ума сходит от беспокойства. Я пыталась с ним связаться, но почему-то ничего не получилось. Назад пути всё равно нет, подумала я. Значит, нужно идти вперёд. Когда я вышла к горе, сумерки превратились в ночь. Мне было очень страшно – я одна, без оружия, в неизвестном мире. Иду непонятно куда и зачем со спящей виверрой на руках. Ноги отказывались слушаться. Лёгонькая Юшка уже казалась неподъёмной ношей, но я упрямо шла вперёд. Не могла я сдаться. За мной – Амедония, Акмитания, и …Рэй. Конец пути я помнила очень смутно. Помню костёр у подножия горы и три человеческие фигуры, освещённые пляшущими языками пламени. Последнее, что я помнила – какие-то крики, бегущих ко мне людей и чьи-то руки, подхватившие меня, когда ноги окончательно отказались мне повиноваться.