Глава 11

Ванная комната была слегка наполнена паром. Смесью приятного влажного воздуха и ароматного геля для душа.

Учитывая мое слегка потерянное состояние, я не сразу сориентировалась на местности. Да, я поняла, что кто-то принимал душ, но моя реакция не была молниеносной. Скорее слегка замедленной.

В итоге получилось так, что я сначала делала, потому что тело действовало на автоматизме, а потом думала и анализировала.

Иначе почему я стояла как вкопанная и смотрела пристально впереди себя. Вглядывалась в прозрачное, чуть запотевшее стекло, разделявшее душевую кабинку. И не скрывавшее ничего.

Человек передо мной был как на ладони. Я видела все. Глаза цеплялись за оголенные части мужского тела, пока он стоял спиной ко мне.

Я тут же узнала в нем Габриэля.

Громко сглотнула, но смотреть не перестала.

Кажется, он не заметил того, как я вошла в помещение. А теперь не замечал, как я за ним наблюдала. Словно вор. Или шпион. Жадно поедала глазами.

Мне должно было быть стыдно, но мне не было. Мне вообще сложно описать те эмоции, которые я испытывала в тот момент. Но я с уверенностью могла сказать только одно — это было не просто любопытство.

Пусть даже спустя столько времени, пусть все говорило мне о том, что меня “отпустило”, но мое тело словно по памяти реагировало на этого мужчину.

Хотелось сделать что-то невообразимое. Подойти поближе и дотронуться до него рукой. Провести пальцами по мокрой коже. Ощутить тепло его тела.

Но совершенно не хотелось, чтобы Габриэль об этом знал. Чтобы вообще понял, что я за ним все это время наблюдала и как на него реагировала.

Все, что со мной произошло прошлой ночью, можно было списать на препаратах, а как оправдываться сегодня?

Пересилив себя, я только хотела развернуться, чтобы незаметно уйти, как мужчина меня опередил. Он резко обернулся и посмотрел прямо на меня. Пригвоздил к месту.

Так точно и безошибочно предугадал мое местоположение, словно знал, что все это время там была я. И именно я.

Габриэль даже не удивился. Просто впивался взглядом все так же изучая мою реакцию. Но вот потом его взгляд переместился с лица на мое тело и стал медленно спускаться.

И только тогда я поняла цену неловкости.

— Что ты тут делаешь? — от звука его голоса я подскочила на месте. Это было так неожиданно, когда он прервал тишину, что я вздрогнула и выронила из рук стакан.

Стекло сразу же разбилось при соприкосновении с полом и тысячи осколков разлетелись вокруг.

— Стой, — властным железным тоном приказал мне мужчина и очень медленно, не сводя с меня взгляда, потянулся к небольшой ручке на двери.

“Он собирался выйти. Он хочет подойти ко мне” — эти мысли ворвались в мое сознание и первой осознанной реакцией было бежать.

Что, собственно, я и сделала.

Только забыла о битом стекле. Даже опилки в голове взбунтовались против такого опрометчивого действия. Особенно, когда я наступила на осколок и поранила ногу. Было так больно, что я замерла на месте и боялась ступить второй шаг, чтобы не вогнать стекло в другую ногу.

Хотелось кричать и выть от досады. Хотелось бежать и скрыться отсюда. Но я стояла на месте. Стояла и не двигалась, пока Габриэль надвигался на меня огромным грозным облаком.

И я даже представить не могла, какая сейчас начнется буря.

* * *

— Прикройся, — зажмурилась и для убедительности закрыла глаза руками, — пожалуйста!

Из одежды на нем были только прорезиненные тапочки для ванной. Но они мало помогали… от наготы.

Мне было стыдно и неуютно. Это вчера я была не в себе и просила о большем, а сегодня меня просто смущал вид его голого тела. При том, что кое-что нехило намекало на то том, что моё присутствие не осталось незамеченным.

— Если ты не хочешь ничего надевать, то накинь хотя бы полотенце, — я начинала паниковать.

Непроизвольно хотела сделать несколько шагов назад, но вовремя опомнилась. Поэтому только пошатнулась на месте.

Правда, достаточно сильно. Почти не упала. Но тут меня удержал Габриэль.

Как только его рука коснулась моего тела, мне еще больше захотелось оказаться отсюда как можно дальше. Вот только крепкая мужская хватка не дала мне этого сделать.

От его прикосновения кожу как будто ошпарило. Меня кинуло в жар. Твою же мать!

— Стой на месте, — послышался раздраженный и злой голос, — поняла?

Он разговаривал со мной как с маленьким ребенком. Но в данный момент мне было плевать.

Я закивала. Лишь бы он отстал. Только бы отпустил.

И вроде бы он все это и делал. Но как-то тягуче долго. Словно медлил.

Издевался? Испытывал моё терпение? Или это просто секунды тянулись невыносимо долго? Или просто я начинала сходить с ума?

Не выдержав, я очень чуть-чуть приоткрыла один глаз и осторожно посмотрела на Габриэля как раз тогда, когда он сделал шаг в сторону и потянулся за полотенцем.

Сквозь опущенные ресницы я наблюдала за тем, как мужчина повязывал вокруг бедер полотенце и корила себя за то, что не могла перестать подглядывать. Но пришлось, как только он повернулся и снова сделал шаг в мою сторону.

— От тебя одни проблемы, — проговорил он мне на ухо. И я чуть не подскочила от неожиданности, когда по шее пробежался горячий воздух его дыхания.

Во рту все пересохло. Дыхание сбилось, а в голове было столько неприличных мыслей, что мне стало нереально стыдно.

— Я искала воду, — я явно начала не с того, — я… хотела пить. — мой голос был хриплым, и я выругалась про себя. Почему я так на него реагировала?

— И поэтому ты стояла в ванной, пока я мылся? Любишь подсматривать? — мне не нравилось то, как он это говорил. Словно я была какой-то неправильной. Развратной…

— Если ты намекаешь на то, как я вела себя вчера, то это была не я…, - я распахнула глаза и посмотрела на мужчину. Он оказался гораздо ближе, чем я думала.

— Я не намекаю, — он жестко усмехнулся, — а говорю прямым текстом: ты делаешь многое из того, что делать нельзя. С мужчинами. Тем более, если не хочешь, чтобы были последствия…

О чем это он? Какие еще последствия? Габриэль же должен четко понимать, что произошедшее вчера, было не по моей воле. И да, мне перед ним безумно стыдно за то, что я себе позволила. На месте хочу провалиться, но не могу…

Потому что на стекло наступила, и нога теперь болит так, что я не просто шага ступить не могу, я стоять не могу. Чувствую, что от слабости и онемения вот-вот вообще рухну на пол. А там еще куча битого стекла…

— Принеси мне, пожалуйста, тапочки.

— Это долго. Проще поступить так, — и я даже ничего не успела сообразить и что-либо понять, как меня подняли на руки и крепко прижали к горячему мускулистому телу.

Словно предугадывая мои попытки вырваться, мужчина только сильнее прижал меня к себе. Так что дышать стало сложно. А потом резко разжал свои руки.

Не полностью, но достаточно для того, чтобы меня напугать. Этой нелепой шутки хватило, чтобы я что есть силы вцепилась ему в шею и теперь уже сама хваталась и вжималась в тело Габриэля под его приглушенный смешок.

— Зачем ты это делаешь? — хватаясь за него я решила немного отыграться, и что есть силы вогнала ногти ему в кожу. Почувствовала, как напряглись мышцы на его теле и возликовала про себя.

— Затем, чтобы ты, дура малолетняя, никогда бдительность не теряла, — сказав это, Габриэль резким движением разрывает кольцо моих рук и швыряет меня на что-то мягкое.

Кровать.

Успеваю оглянуться. Это не та комната, где я сегодня проснулась.

Это определенно его комната. Мужская.

* * *

Да, теперь я даже не сомневалась, что это была его комната. От постели пахло его запахом. Таким мужским и до одури вкусным, что у меня перехватило дыхание.

Вся комната пахла им. И это был не парфюм. Не гель для душа. И не одеколон. Это был его запах.

— Ай! — я опомнилась от резкой боли в ноге.

Этот придурок сдавил мою ступню так, что у меня побелело в глазах от боли пронзающей ногу.

— Орешь так, как будто тебя режут.

Рыкнул в мою сторону Габриэль, а я смахнула с глаз выступившие слезы.

— А ты не хватай меня так, как будто кусок мяса выбираешь! Мне больно!

Если в начале фразы мой голос звучал громко и возмущенно, то к концу он значительно понизился и вообще практически перешел на шепот.

— Послушай меня, девочка, и слушай внимательно.

Он снова сдавил мою ступню от чего я взвизгнула.

— Все проблемы от того, что в твоей башке опилки, ты в принципе не думаешь, — его слова обижали. Он как будто кайфовал от того насколько сильно я на них реагировала. Как будто смаковал каждую мою эмоцию.

— Что ж ты тогда прибежал вчера в клуб за такой тупицей?! — не выдержав огрызнулась в ответ.

— Следи за словами, — Габриэль отпустил мою ногу и встав направился на выход.

А я, поджав губы отвернулась в другую сторону. Этот придурок кайфует от того, когда меня унижает и оскорбляет. Главное все ему не так. Я вся не такая. А то, что он вчера сам приперся в клуб. Сам затащил меня в комнату и практически не поимел, это он выгодно решил не упоминать?!

Мужчина вернулся через пару минут, держа в руке что-то вроде аптечки. А вот у меня при виде его все мысли из головы вылетели.

Он все также был в полотенце. Точнее полотенце было только на его бедрах. Он был с голым торсом!

Я была уверена, что моя челюсть сейчас распахнулась настолько, что она с грохотом бы могла упасть на пол.

Мои глаза скользили по его идеальному торсу. По красивым кубикам, на которых, кстати, все еще были капельки воды.

Я словила себя на мысли, что я бы не отказалась сейчас пройтись язычком по его кубикам…. Ох… от этой мысли стало жарко внизу живота и, кажется, начали гореть щеки.

Но мужчина, кажется, не замечал моего взгляда. Он на ходу что-то перебирал в аптечке, а после подойдя ко мне впритык просто присел возле меня.

А моя больная фантазия уже начала вырисовывать все неприличные моменты, которые могли бы случиться…

— Так больно? — я не сразу поняла, о чем он говорил, а когда до меня дошло, то я была готова сгореть от стыда.

Его пальцы снова ко мне прикоснулись и меня как будто пронзило разрядом тока. Мурашки появились на коже… И я не смогла сдержать легкий стон, который мужчина принял за стон от боли…

— Нет, — произнесла хриплым тоном и тем самым привлекла его внимание. Габриэль поднял голову, и наши взгляды встретились.

Кошмар! Его глаза смотрели так, что мне моментально стало жарко. Горячо до одури и одежда резко показалась лишней.

— Осколок не вошел глубоко. Тут, по сути, просто царапина, но ее все равно нужно обработать.

“И меня” — прозвучало в моей голове и впилась зубами в нижнюю губу, чтобы не произнести это вслух. Проклятье!

Угукнув я молила всех богов о том, чтобы он перестал на меня так смотреть. Потому что еще бы немного и я просто начала снимать с себя одежду.

Габриэль промыл рану и даже сделал повязку. А я с замиранием сердца ждала, когда он уже закончит и хоть немного от меня отойдет. Потому что дыхание уже сбилось настолько, что скрывать это от мужчины было нереально. А от того, насколько сильно билось моё сердце, могла оглохнуть не только я, но и он…

Только вот он не отходил… Не отпускал мою ногу… И черт! Снова подняв свою голову, посмотрел в мои глаза.

А после… его руки скользнули вверх… по моим бедрам…

— Я, как минимум, жду благодарности за оказанную помощь. — Его хриплый голос вызвал во мне такую волну эмоций, что я попросту забыла, как говорить. Его руки поднимались все выше… А губы было настолько близки от моих губ, что я почувствовала его горячее дыхание…

— Какую? — пискнула я.

Он усмехнулся. А после его губы резко и жестко впились в мои.

* * *

Это было так неожиданно… Так остро… Так… ярко и незабываемо, что я даже не заметила, как мои руки обвили его шею. Как я с силой притянула его к себе…

Габриэль, кажется, был совсем этому не против.

Его язык властно скользнул в мой рот. Кровь в венах начала закипать от одной мысли, что он поцеловал меня. Первый. Сам. А значит…

Гортанный стон, вырвавшийся из моего горла, не дал мне продолжить связно мыслить. Плевать на все. Плевать на то, как это смотрится со стороны. Плевать, что мужчина менял свои решения в считанные секунды.

Сейчас было самое главное то, что он ко мне прикасался… Его пальцы скользнули ко мне под халат, его язык все глубже проникал в мой рот, а мои мозги удачно превратившись в омлетик и отказывались соображать.

Кожа воспламенялась под его прикосновениями. Мне до одури хотелось больше. Хотелось еще. Хотелось сильнее… Я просто хотела его. Так же, как и тогда, в клубе. Но в тот момент я списывала это все на подмешанный препарат. А чем оправдывать свою реакцию и поведение сейчас?

Я должна была быть честна хотя бы сама с собой. Никогда и ни к кому у меня не было таких острых и откровенных желаний. Да у меня не было секса. Да у меня даже до этого ни разу не доходило, конечно, не считая Габриэля.

Этот наглых самовлюбленный мужчина делал со мной то, что никто и никогда не делал. Он делал со мной то, о чем я даже стеснялась подумать. А этот… просто брал.

Он навалился на меня сверху. Просто прижал всей своей массой к кровати и…. Мне это понравилось настолько, что я с дичайшим удовольствием впилась ноготками в его голые плечи.

Ооо… как же сильно я наслаждалась этим моментом. Мои ноготки впиваются в его кожу, а мужчина сверху на мне издает громкий рык и впивается зубами в мою нижнюю губу.

Кайф в чистом виде! Конечно, я забыла обо всем. Я забыла о своей пораненной ноге. Именно сейчас… В данную секунду, мои ножки обвивали мощные бедра мужчины, как будто бы я делала это уже не в первый раз.

С Габриэлем все было как-то слишком естественно. Слишком “само-собой”.

И все бы было очень даже романтичненько… ровно до того момента, как кое-что очень твердое и большое не уперлось мне в живот…

— Мне надоело тебя предупреждать о последствиях, — прорычал в мои губы мужчина.

Ох, и ах… самое главное он снова тыкнул меня носом в то, что я сама была в этом виновата?

Значит он сейчас не сжирал меня своим ртом? У него не было огромного стояка, и он не протыкал им сейчас мой живот?

— Так закрой уже наконец рот и начни делать что-то полезное.

Наверное, не самая лучшая моя реакция на происходящее… Но, в самом деле, у нас это уже третий “интимчик” за все наше знакомство. Чего стесняться? Пора раскрывать карты!

Вот я вам честно скажу, я бы не отказалась от эротического танца! Да, да!

Ох… вы только представьте. Свет гаснет. В центре комнаты одиноко горит фонарь и тут… Появляется он! Мой Аполлон! Полотенце оставим на его бедрах. Да, дамочки, интригу никто не отменял, как и остатки моей стеснительности.

Так вот, мой Аполлон располагается в центре комнаты. Скажу сразу, улыбаться он будет так, что после можно будет устроить конкурс “мокрых трусиков”!

Только не забываем про то, что смотреть могут все, а вот уже прикасаться могу только я!

Мужчина сверкает своей пугающей улыбкой. Прищуривает глаза. И тут его руки опускаются на полотенце… Ооо… тут даже у меня во рту все пересохло. Конечно, его можно заставить подразнить всех нас, тем самым довести до инфаркта. Но после… он сорвет с себя полотенце и там мы уже все ахнем. Потому что я-то знаю какой зверь там скрывается…

Думать о подобном было крайне увлекательно и весело, но кое-что вырывает меня из моих веселых фантазий.

Как кое-кто содрал с меня трусики. Самым наглым образом.

Но это еще не самый шокирующее. Мои глаза превратились в два бильярдных шара, когда он, скомкав мои трусики в кулак… поднес их к своему лицу, глядя мне прямо в Глаза. Не разрывая зрительного контакта.

Я думала это конец сюрпризам на сегодня, но нет… Мужчина наяву сорвал с себя полотенце и тут…

Я громко сглотнула. Потому что одно дело догадываться, что там. Примерно понимать по ощущениям… Но видеть — это совершенно другое. Я официально была в шоке.