Глава 38. Всегда есть план

После молнии-осознания, поразившей меня утром, новость о том, что бал в честь Светлой Святой, проводимый ежегодно только для высших слоёв общества, в этом году будет открыт для всех обитателей Академии Делатур. Соседки и однокурсники захлёбывались восторгом от предстоящего развлечения.

— Айза-а-а, ну чего ты такая кислая?! — визгнула мне в ухо Крессида, — мы все будем на балу!

— Это из-за Тори?.. — робко уточнила Лула.

— А что она? — вскинула брови Бригитта.

— Нет, не из-за этого, — я встряхнулась, — не хочу идти на бал просто.

— Ты сумасшедшая! — припечатала Кресс, — богиня, как же я тебя ненавижу, словами не передать. Конечно, ты не очень радуешься, ты бы туда в любом случае попала. Но почему не хочешь идти? На фоне всех студентов академии этикет и костюмы вообще не будут проблемой.

— Это правда, — вздохнула я, — у меня нехорошие ожидания от этого праздника.

— Дура ты набитая, вот ты кто, — высказала своё ценное мнение Крессида.

— Да перестань ты, — одёрнула её Бри, — оставь Айзу в покое.

Я посмотрела на соседку с благодарностью.

— Но что насчёт костюмов? — вновь оживилась Кресс, — нас всей академией выпустят по магазинам в город?

— Нет, — покачала головой молчавшая доселе Лула, — говорят, король создаст на входе арку тайны, так что на всех гостях будут иллюзии, ровно до полуночи, когда настанет время открывать лица. Так что можно пойти хоть в студенческой форме.

— О-о-о! — выдохнула девушка с соседнего столика, мы все сейчас сидели в гудящей как улей столовой, — я столько слышала про арку тайны! Особое заклятье королевской семьи, оно очень мощное и просто невероятное. Говорят, что сама богиня подарила его королевскому роду.

— Да ты что?.. — спросил кто-то ещё.

— Ну, отлично, вопрос с костюмом снят, — хмыкнула я, за что получила несколько осуждающих взглядов и шиканий.

Пришлось занять рот едой, а голову своими тяжкими думами. Я люблю Ксана. Герцога Константина Делатура, будущего Первого Великого Герцога. Но испытывает ли он то же, что и я? И что с его помолвкой? Стоит ли мне и правда перестать бежать и встретить все проблемы лицом к лицу?

А может, лучше всё-таки не отступать от первоначального плана? Ведь с другой стороны, если бежать слишком долго, можно забыть, от чего. Нужно ли мне всё это? Ох, не знаю, не знаю! Хорошо, что Ксан сейчас занят и велел мне ничего не делать. Теперь это нужно и мне самой, чтобы разобраться в себе и своих желаниях и чувствах.

Мне нужно решить, куда должна свернуть река моей жизни. Чего я хочу добиться. И чего я действительно хочу.

У меня было много времени подумать, но всё это бесполезно. Мне сложно было что-то решить, когда я не знала главную неизвестную этого уравнения. А именно — что чувствует ко мне Ксан. Я постоянно меняла решение, эмоции скакали бешеными белками и меня это пугало.

Я поделилась своими проблемами с Расом, и крыс авторитетно заявил, что проблема с эмоциями из-за моего дара, а на счёт поворотов в моей жизни посоветовал выкинуть из уравнение неизвестное в виде Ксана. Будет ли у меня его любовь или нет, это не должно влиять на решение по поводу моей жизни.

— Ты прав, — вздохнула я, вконец измученная, — нужно думать холодной головой.

— На тему? — раздался голос сзади.

Я взвизгнула и резко обернулась, из стены как ни в чём не бывало выходил Ксан. От испуга кровь грохотала в ушах, меня слегка повело. Ксан одним слитным движением оказался рядом и придержал под локоть. Я сглотнула и нервно выдохнула.

— Не подкрадывайся! — прикрикнула на него и тут же стушевалась, — прости.

— Ты какая-то дёрганная, — заметил он, — не понравился сюрприз с балом?

— Понравился, — начала икать я, — это из-за дара. Мне неспокойно.

— Давай посмотрю, — он заглянул мне в глаза.

Сердце замерло и тут же бросилось вскачь. Я мелко задрожала, чувствуя его пальцы на локте как раскалённое клеймо. Бросило в жар, а потом в холод, и резко всё стихло. Опустилось умиротворение, которого я не чувствовала очень давно.

— Что это было? — блаженно прошептала я, прикрывая глаза.

В груди разливалось приятное тепло, словно целительный бальзам на раны. Дар затих. Он был как ураган внутри меня, а сейчас там был лёгкий бриз и успокаивающая тишина. Но… Я распахнула глаза и нахмурилась, глядя в глаза Ксану.

— Как ты это сделал? — спросила подозрительно.

— Аспект моего дара, — он отстранился, но руку с моего локтя не убрал, продолжая поддерживать меня, — теперь ты можешь думать холодной головой.

— Я даже не знаю, это меня пугает или восхищает, — пробормотала я и спохватилась, — чего пришёл-то? За поздравлениями с грядущей помолвкой с некоей Витторией Теруан?

Я не хотела этого говорить, но тут дело было уже не во взбушевавшемся даре. Ксан на мгновение замер, а потом опасно сузила глаза, они сверкнули двумя холодными и острыми клинками. Я поджала губы, но слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Ты знаешь, — медленно проговорил он.

— Из-за чего ты согласился? Или это без твоего ведома? — я тоже сузила глаза, решив, что лучшая защита — это нападение.

— Я дал своё согласие, — холодно сказал он, между нами словно стена появилась, — это моё решение. Тебя не должно это волновать.

— Мне просто интересно, — начала злиться я, — ты же мне ничего не рассказываешь. Ни о чём. Вообще. После возвращения ты меня просто взял и выкинул из своей жизни. Теперь я и правда чувствую себя бледной тенью, самым краешком коснувшейся твоей судьбы.

— Разве так и не должно было быть изначально? — он надменно приподнял бровь, становясь совсем чужим, — из нас вышли хорошие товарищи, но всё заканчивается. Магократы несвободны от рождения. И чем выше, тем несвободнее. А я…

— А ты на самой вершине, — не своим голосом закончила я, — и магократка-отщепенка — это совсем не твоя лига. Я понимаю.

— Ты знаешь, что дело не в этом, — его взгляд потеплел, — всё, что было между нами — искренне. Но это должно остаться в прошлом, ты достойна большего. Ты можешь сбежать и быть свободна, я помогу тебе.

— Но ты должен остаться и исполнить свой долг. Потому что на магократах лежит огромная ответственность, — снова закончила его мысль, а потом перехватила его руку и заглянула в его глаза, — то есть, если бы твои обстоятельства были иными, ты бы… ты бы выбрал меня?

— Да, — он ответил твёрдо, не отводя взгляда, — ты… стала чем-то большим, чем должна была быть. Я не хотел этого, до последнего старался думать, что мы просто приятно проводим время. Но ты стала дорога мне, и сейчас я вынужден отталкивать тебя.

— Но почему именно Виттория? — слова вырывались из горла колючими комками.

— Самая подходящая партия, — деревянным голосом ответил Ксан, его радужки словно затянуло изморозью, — я поклялся отцу.

— Но почему? — я замерла в ожидании ответа, казалось, даже сердце биться перестало.

— Потому что он умирает, — эти слова болью отозвались внутри меня.

— Мне жаль, — будто из-под толщи воды услышала я свой голос.

— Мне тоже, — издали раздался голос Константина Делатура, — я пришёл сообщить о ритуале. Проведём его завтра, в полнолуние.

— Хорошо, — произнесли мои губы.

А сама я уже ничего не слышала и не видела, сознание словно в глубокое озеро провалилось, и тонуло, тонуло, тонуло. Вот так вот и разбиваются мечты. Я хотела исключить Ксана из уравнения моей жизни, и судьба сделала это за меня. Теперь я могу свободно решать, куда свернуть.

Какая разница, если нигде не будет его.

— Айза!

Я моргнула, и вот я уже не тону в озере, а смотрю в глаза Ксана. Он держит меня за плечи и смотрит обеспокоенно. Я моргнула ещё раз и ещё, глупо глядя на то, как шевелятся его губы. А потом со звоном к зрению присоединился и слух.

— …порядке? — долетел конец вопроса, — не молчи, ответь мне! Твоё молчание страшнее всего для меня.

— А что я могу сказать, — хриплым, словно простуженным голосом прокаркала я, — я в порядке.

— Никакого Кривого ты не в порядке! — рыкнул Ксан и встряхнул меня за плечи так, что зубы щёлкнули, — и я не в порядке! Я должен поступить правильно, но не хочу этого. У меня не получается.

— Мне казалось, что у тебя всегда всё получается, — ответила я и неожиданно всхлипнула, — почему ты допустил это? Зачем?

Я ударила его в грудь, но он не сдвинулся с места, лишь опустил голову так, чтобы я не видела его глаз. Я сочла это за разрешение продолжать.

— Ты ведь всегда был на несколько шагов впереди меня, как ты позволил всему произойти вот так? — бесчувственное озеро осталось позади, эмоции вернулись вновь и бушевали ливнем и молниями, — зачем ты так сблизился со мной? Почему ты попался в этот капкан? Почему не подумал и обо мне?!

Я уже кричала, захлёбываясь слезами, колотила его по плечам, а он стоял незыблемый как скала, опустив голову и руки, и просто позволял мне выплеснуть всё это на него.

— Что мне теперь делать? — я закрыла ладонями лицо, — это нечестно, ты решил всё за нас обоих. Так нельзя.

— Прости меня. Даже меня можно переиграть, — он поднял на меня глаза, — в этот раз меня переиграли дважды. Я влюбился в ту, в которую не должен был, и вынужден играть по чужим правилам.

Я отняла ладони от лица и посмотрела на Ксана сквозь слёзы, не веря в то, что он говорит. Он любит меня? Моя любовь ответна? Богиня, так ещё хуже. Любить друг друга и не иметь возможности быть вместе. Как же горько. Но… Но ведь я выросла вне системы магократии и вне правил.

— Постой! Ты уверен, что нет лазеек? — я вцепилась в его рубашку, лихорадочно ища ответа в его глазах.

— Я тут тебе в любви признаюсь, у нас драматичный момент, — криво улыбнулся Ксан, — лазейки есть всегда, но не всегда они могут быть приемлемы.

— Знаешь, само моё существование — это лазейка в этой магократской системе, — всхлипнула я, начиная думать головой, — ты тот ещё хитро выдуманный огурец, значит, у тебя точно должен быть какой-то план. Ты не из тех, кто покорно играет по чужим правилам.

— Вот, за что ты мне понравилась, — Ксан притянул меня к себе за талию, — за интересный подход к жизни.

— Да ты что? А мне казалось, что я для тебя открытая книга, — я нервно рассмеялась.

— Ага. Книга Крови, — улыбнулся он и смахнул слёзы с моих щёк, — не плачь. Теперь, когда я знаю, за что мне бороться, я могу действовать. У меня есть план.