Глава 32

После посещения отдела полиции господин Глензен вернулся к себе домой. Покормив Чернокнижника и пообедав супом с фрикадельками, он прилёг на диван, чтобы хорошо обдумать полученную информацию. Рядом с ним на коврике лениво развалился Чернокнижник. Теодор перечитывал сделанные им пометки в блокноте и добавлял новые. "Итак, что я имею на данный момент? – рассуждал сыщик. – Ровным счётом ничего. Однозначно, то, что произошло с герцогом Андевиальде, можно расценить как заранее спланированное преступление. Тогда каков мотив? Неизвестно. Нужно выяснить, есть ли у герцога враги. Второе, как бы тривиально это не звучало, вопрос о наследстве. В случае смерти герцогов Андевиальде, кто является наследником их немалого состояния? Нужно выяснить, нет ли у герцога внебрачных детей. Далее. Откуда взялась записка с информацией о любовной связи бывшей невесты герцога и её брата? Полный абсурд, но кто-то же его придумал? Неожиданное появление дамы сердца у графа Тарлента, как раз когда он расследовал дело Ричарда Андевиальде. И такое же неожиданное расставание с ней. Не верю я в подобные совпадения. Кто и зачем подбросил нож? Покушение на убийство графа Тарлента с использованием ядовитых пауков, которые, как правильно подметил доставучий Ортерлих, не водятся в нашем королевстве. Более того, их даже запрещено перевозить через границу. Валяясь на диване, ответов на вопросы я не найду. Потому мы сейчас с Чернокнижником посетим цветочную лавку господина Швейриха". – Чернокнижник, достаточно лени. Пойдём на прогулку, – поднявшись с дивана, произнёс Теодор. Пёс неохотно поднялся с тёплого ковра и медленно направился в прихожую, где хозяин пристегнул поводок к ошейнику, доставшемуся от предыдущих хозяев. Теодор никогда не снимал ошейник с Чернокнижника, боялся, что повторно не сможет его надеть на лохматое существо. Чернокнижник частенько пытался содрать его лапой. Бывало, он подходил к ножке стола и тёрся об неё шеей, всем своим видом показывая, насколько ему надоел этот собачий аксессуар. Его действия ещё сильнее убеждали сыщика, что не стоит его снимать. Прогулочным шагом господин Глензен и Чернокнижник шли по ухоженным, утопающим в цветах улицам столицы королевства Фортавиании. Приблизительно через двадцать минут они свернули в Тихий переулок, который соответствовал своему названию. Именно здесь находилась всем известная цветочная лавка господина Швейриха. Огромная витрина, расположенная на первом этаже двухэтажного дома, утопала в цветах. Даже у равнодушного к растениям Теодора разбежались глаза от такого разнообразия форм и красок. Привязав Чернокнижника у входа, он вошёл в лавку. – Здравствуйте, чем могу помочь? Для какого мероприятия вам подобрать букет? Для дамы сердца? Свадьба? Юбилей? Кристины? Похороны? – приветливо протянул стоявший за заставленным цветами прилавком хозяин ботанического рая, на вид мужчина пятидесяти лет. – Здравствуйте. Честно говоря, я не за букетом, – выдержав паузу, ответил сыщик, очень озадачив хозяина лавки. – Понимаете ли, я по поручению короля должен уточнить детали одного дела. – Пожалуйста… Я весь превратился в слух, – услужливо посмотрел на сыщика торговец. – Ответьте мне, пожалуйста, на несколько вопросов. – Да! Да! Конечно! – У меня имеется информация, что приблизительно два года назад некий граф Арнольд Тарлент был вашим клиентом. Он заказывал у вас букеты для одной дамы. Я бы хотел установить её личность и адрес, по которому доставлялись цветы. Хозяин лавки вынул из стола толстую амбарную книгу в зелёной обложке и принялся перелистывать её страницы. Сыщик терпеливо ждал. – Улица Первая Ремесленная, дом 13, корпус А. Именно по этому адресу доставлялись цветы. А имя дамы мне неизвестно. – Скажите, два года назад, пятого июня, у вас был заказан букет маркизом Лансуортом для принцессы Софии Ауденброльской. Вы не могли бы назвать время заказа? – Как же не могу? Могу. У меня всё записано. Букет из белых роз заказан маркизом Инваром Лансуортом в 16.50 и доставлен по указанному адресу в гостиницу "Фортавиания" в тот же день. – Вы ничего не путаете? – призадумался сыщик. Он сопоставил время, указанное в показаниях Эриха Лейбница, около пяти вечера. "В 16.50 Инвар Лансуорт был здесь. Следовательно, за десять минут он никак не мог добраться до "Красного дракона", – рассуждал сыщик. – Вывод, либо кухонный рабочий врёт, либо было ещё одно свечение до появления в ресторане герцога Андевиальде". – Нет. У меня всё чётко записано! – Благодарю вас. И всё-таки я не смог устоять перед вашими великолепными цветами. Будьте добры, подберите мне небольшой букет для дамы. – Для дамы сердца? – Нет… Просто для соседки, – улыбаясь в усы, уклончиво ответил Теодор. – Сию минуту. Приблизительно через сорок минут сыщик, держа в одной руке поводок с Чернокнижником, а в другой букет белых ромашек, подходил к кондитерской "Сластёна", расположенной на Ароматной улице. Сердце сурового сыщика учащённо забилось. – Здравствуйте, госпожа Брайон, – стоя на входе в кондитерскую произнёс он. – Ой! Здравствуйте, господин Глензен. Проходите, пожалуйста, – заулыбалась хорошенькая хозяйка. – Простите, но я с собачкой. – Простите меня, я как-то не подумала, – смутилась госпожа Брайон. Женщина вышла из-за прилавка и подошла поближе к посетителю. – Вы пришли сделать заказ на завтра? – Да… На утро. Точнее, на 8.30. Облепиховый чай и круассан с шоколадным кремом. – Хорошо. Я приготовлю к 8.30. – А это вам, – нерешительно протянул букет ромашек сыщик. – Ой! Какая прелесть, – покраснела до ушей хозяйка кондитерской. – Как приятно и неожиданно. – Тогда до завтра, – улыбнулся в усы сыщик. – До завтра. Теодор учтиво поклонился и направился к себе домой. Хозяйка кондитерской, хорошенькая госпожа Брайон, вдохнула аромат цветов и, в прекрасном настроении предвкушая завтрашнюю встречу с сыщиком, вернулась за прилавок. В голове кружили чисто женские мысли: что она завтра наденет, какую ей сделать причёску, как красиво подать завтрак господину Глензену.