Глава 5

В приемную я буквально вываливаюсь.

Секретарша тут же вскакивает.

— Ну что? — шепотом спрашивает она. — Уволил?

Я выдыхаю.

— Нет.

Хватаю пластиковый стаканчик с водой, который она заботливо мне протягивает, и выпиваю его залпом.

— Пока нет.

Та бледнеет еще сильнее.

Я понимаю, что вся мокрая. Блузка липнет к спине, ладони ледяные. Такое ощущение, будто я не собеседование прошла, а экзамен на выживание.

— Я за вещами, — бросаю я ей и неровной походкой направляюсь к лифту.

Ноги ватные, подкашиваются. Меня как будто выжали целиком.

Лифт едет медленно.

Двери открываются на моем этаже.

Мой отдел. Бывший отдел.

Я глубоко вдыхаю и захожу в общий зал.

Женя стоит у моего стола.

При виде меня, демонстративно смотрит на часы.

— Ну и где ты была?

Не "здравствуй". Не "как дела".

А ведь мы с ним сегодня целый день не виделись.

Коллеги поглядывают на нас с любопытством, но никто ничего не спрашивает. Все делают вид, что работают.

Я подхожу к своему столу и открываю ящик. Нужно забрать вещи.

— Ты решила, что можешь пропадать полдня? Вот так просто? Я тебя прикрывать не собираюсь.

Нет, все же правильно я сделала. Я не смогла бы с ним каждый день общаться.

Внутри все еще болит после вчерашнего, как свежая рана.

— Не надо меня прикрывать, — спокойно отвечаю я и начинаю складывать вещи со стола в пакет.

Зарядка для телефона, упаковка салфеток, аспирин, пакетик с карамельками…

— Ты что делаешь?

— Собираюсь.

— Куда?

— Перевожусь.

Он замирает.

— В смысле?

— В прямом.

— Куда?

— К генеральному.

Он смеется.

— Во блин, а я-то уж поверил!

Смотрю на него недоумевающе.

— Можешь в отделе кадров спросить, — пожимаю я плечами и продолжаю сборы.

Кружка.

Фотография меня и Жени.

Я секунду смотрю.

Рву ее пополам. Потом еще раз. И бросаю в корзину.

Кактус! Главное — кактус не забыть!

Женя все это время смотрит на меня, а усмешка медленно сползает с его лица.

— Так ты… серьезно? Охренеть! А как он тебя взял-то? Он обычно… разборчив.

Господи, дай мне сил не запустить этот дырокол ему прямо в голову!

— Ну… я имею в виду, что у него же там всегда длинноногие красотки были, а не обычные тетки, — добавляет он.

Так, после Кравцова мое терпение на исходе. И если я не уйду прямо сейчас, то я точно использую дырокол… по назначению.

А в тюрьму я не хочу.

— А может, он во мне что-то разглядел! — бросаю я с вызовом.

— Что? Целлюлит? — лениво усмехается он.

А сколько там дают за состояние аффекта?

Я беру пакет и иду к выходу.

Блин, кактус!

Возвращаюсь.

— Наташ, не строй из себя победительницу. Ты просто психанула.

— Возможно.

— Мы же оба знаем — ты вернешься через неделю.

Хватаю цветок со стола.

— И не надейся.

К тому времени, как я получаю инструкции от временного секретаря и устраиваюсь на новом рабочем месте, часы уже показывают шесть.

Конец рабочего дня.

А мне надо:

— найти где жить;

— найти идеальную женщину для Кравцова;

— не сойти с ума.

Отличный план на вечер!

Прошлую ночь я провела в каком-то сомнительном мини-отеле возле вокзала.

Когда бронировала, все выглядело прилично, а на деле…

В общем, это оказался отель для свиданий с почасовой оплатой.

Нет, туда я ни за что не вернусь, да и денег жалко.

А поскольку ночевать на улице в мои планы не входит, решаю заняться в первую очередь квартирой.

Через несколько часов я уже стою в крохотной однушке на окраине.

Белые стены, ламинат.

Чисто, минималистично, скромно.

В принципе, нормально. Жить можно.

— Берете? — спрашивает хозяйка.

— Беру.

Оплачиваю, она отдает мне ключи и уходит, а я сажусь на край матраса.

Что ж, отличное начало новой жизни в тридцать лет!

Новая квартира, новый начальник. Матрас, вон, тоже новый.

Вздыхаю.

И только я собираюсь предаться тоске в одиночестве и погрустить о своей неудавшейся личной жизни, как раздается звонок телефона.

Я вздрагиваю.

На экране — улыбающееся лицо в рамке-сердечке.

Лапшин.

Сердце делает глупый, предательский скачок.

Одумался? Пожалел о своих словах?

Ну… а вдруг?

Вдруг он все-таки понял? Все осознал?

Вдруг скажет "Наташ, прости, я был неправ"?

Вдруг…

Я сглатываю и принимаю вызов.

— Да?

— Ты где?

— А что?

— Где ты, Наташа?

Может, волнуется? Он же наверное тоже переживает, просто не хочет показывать.

— Дома.

— К маме, что ли поехала? — усмехается он.

— Нет.

Я слышу в трубке какие-то звуки.

— Слушай, а ты не знаешь, где моя синяя рубашка?

………

Я молчу.

— Ну та, которую я на корпоратив надевал. Что-то я не могу найти.

Охренеть… Он для этого звонит?

— В шкафу, вместе с остальными рубашками.

— Да? Странно, я не нашел.

Я закрываю глаза.

Четыре года. Четыре года мы были вместе, а его волнует только рубашка?

— А слушай, и еще…

Я выдыхаю.

Вот оно. Сейчас скажет.

— А где соль? Я тут пельмени варю, не могу найти.

Ловлю себя на том, что смеюсь.

Не то, чтобы мне было весело, но это и правда смешно.

— В верхнем шкафчике справа от плиты. Возле специй.

— А, точно. Нашел. Спасибо.

Я молчу. Жду… ну хоть что-нибудь.

— И Наташ…

Вот сейчас. Сейчас точно.

— Когда будешь заезжать за вещами, мусор вынеси. Он с утра стоит. Пахнет уже.

Щелк.

Он отключается.

Я смотрю в потолок.

Вот и все.

Я ждала "вернись", "прости", "я погорячился".

А в итоге — рубашка, соль, мусор.

Я как раз раздумываю над тем, не поплакать ли мне, как вдруг телефон в руках делает "тинь-тинь".

Сообщение.

Ну что там еще, Женя? Не знаешь, где лежит пульт от телевизора? Или чистые носки?

Я опускаю взгляд на экран.

Кравцов К.О.

Ох, блин!..