Глава 7

— Это что?

Я моргаю.

— Панда, — осторожно отвечаю я.

— Я вижу, что панда, — сухо произносит он. — Вопрос был в другом.

В каком другом?!

Я перевожу взгляд на игрушку.

Потом обратно на него.

— Вы… вчера написали, что вам нужна большая плюшевая панда.

— Я помню, что я написал.

— Ну вот.

Он смотрит на нее еще раз.

— Лебедева.

— Да?

— Что я, по-вашему, должен с ней делать?

Я зависаю.

— Откуда же я знаю? Это вы сказали ее привезти.

— Я просил большую.

— Она большая!

Он смотрит на меня с таким выражением, будто я притащила ему живого медведя.

— Я просил большую, а не… монументальную.

— Эмм…

Он медленно закрывает глаза.

— Моему племяннику два года.

Я смотрю на панду.

Потом снова на него.

— Он будет счастлив, — неуверенно говорю я.

— Как вы думаете, он сможет ее обнять?

— Ну…

— Только если подставит стремянку. Потому что это чудовище размером не с двухлетнего ребенка, оно размером с первокурсника.

Я закусываю губу.

— Она была последняя.

— Конечно.

— Вы не уточнили габариты, — не выдерживаю я.

Он приподнимает бровь.

— И вы решили, что чем больше, тем лучше?

— Обычно так и бывает, — бурчу я и только потом понимаю, что сказала.

Он смотрит на меня. Очень долго.

Я краснею.

— Я имела в виду… размер игрушки.

— Я понял, — сухо отвечает он. — К счастью.

Он снова поворачивается к панде.

— Ее можно хотя бы посадить?

Я вздыхаю и начинаю поправлять эту махину в углу.

— Она уже сидит.

— Она доминирует.

Я давлюсь смешком.

— Вам не нравится?

Он тяжело вздыхает.

— Ладно. Оставьте. Разберемся.

Разберемся.

То есть он все-таки ее заберет?

Он уже разворачивается к кабинету, но останавливается.

— К шести.

Я выпрямляюсь.

— К шести, — киваю я.

— И, Лебедева.

— Да?

— В следующий раз уточняйте детали.

— В следующий раз уточняйте размеры, — бурчу я себе под нос.

— Я все слышал.

Черт.

Он уже разворачивается к кабинету, но вдруг останавливается.

Медленно поворачивается и смотрит на меня.

— Лебедева.

— Да?

— Я вчера, кажется, дал вам распоряжение.

Сердце делает неприятный кульбит.

Что ему еще не так?

— Какое именно?

— О ликвидации… — он кивает на мой кардиган, — вот этого.

Е-мое!

— Это рабочая одежда, — выдавливаю я.

— Я просил его уничтожить.

— Вы просили сжечь.

— Да.

— Это ведь была фигура речи.

— Я не склонен к фигурам.

Блин.

— У меня не было возможности переодеться.

Я ведь не дома ночевала. Не ночью же по магазинам бегать!

Хотя именно этим я в итоге ночью и занималась — бегала по магазинам, в поисках панды.

Он чуть прищуривается.

— Это уже другой разговор.

Молчит секунду.

— В следующий раз, Лебедева, если я даю распоряжение, я рассчитываю, что оно будет выполнено.

— Даже если оно… странное?

— Особенно если оно странное.

И уходит к себе в кабинет.

Фууух…

Вечером нужно срочно ехать за вещами.

После утреннего медвежьего фиаско и битвы за кардиган я внезапно вспоминаю, что у меня вообще-то есть работа. В смысле, помимо поиска невест и плюшевых животных.

Обычная, настоящая — цифры, таблицы, звонки.

И я погружаюсь в нее почти с блаженством. Наконец-то хоть что-то понятное и нормальное.

Открываю почту — тридцать два непрочитанных письма.

Отлично.

Панда смотрит на меня из угла с укором.

— Я занята, — шепчу я ей.

Начинаю разгребать завалы: согласовать встречу с подрядчиком, отправить отчет в головной офис, перенести совещание на четверг, напомнить бухгалтерии про договор.

Телефон не замолкает.

— Да, Кирилл Олегович будет на месте после четырех.

— Нет, раньше не получится.

— Да, через меня.

Через меня.

Странно звучит.

Я так увлекаюсь, что едва не пропускаю время обеда. Но желудок яростно протестует — последний раз я ела двадцать четыре часа назад.

Так и кони двинуть можно.

Закрываю крышку ноутбука и отправляюсь в столовку.

Там, как всегда, шумно.

Грохочут подносы, вилки, со всех сторон звучит болтовня, смех.

Я беру салат и что-то подозрительно похожее на котлету.

Не успеваю усестся за столик, как ко мне тут же подсаживаются две коллеги из логистики — Света и Марина.

— Ну? — Света наклоняется ко мне, блестя глазами так, будто я сейчас выдам государственную тайну. — Это правда?

— Что именно?

— Что ты теперь у Монстра?

В голосе — смесь восхищения и зависти.

— Да, — спокойно отвечаю я. — Перевелась.

— Перевелась, — Марина фыркает. — Туда не переводятся. Туда… попадают.

— И что? Как он? — Света придвигает стул поближе.

— Ну… нормальный, — отвечаю я.

А что еще мне сказать? Не сплетничать же о начальнике у него за спиной.

— Нормальный? — Марина фыркает. — Ты серьезно?

— А что?

Света наклоняется:

— Говорят, он ест только зеленую еду.

— Что?..

— Серьезно. Салаты, брокколи, авокадо. Ни разу никто не видел, чтобы он ел что-то жареное.

— И?

— Ну не знаю… это подозрительно.

Марина наклоняется ближе:

— А я слышала, что он вообще не спит.

— В смысле?

— Он приезжает в офис в шесть утра и уезжает после десяти. И никто не видел, чтобы он ел или отдыхал.

— Может, он просто работает? — говорю я.

— Может, — протягивает Марина. — А может, он киборг.

Я невольно улыбаюсь.

А впрочем… может, и киборг. Кто его знает.

В этот момент подходит Вера — ассистентка Лапшина.

Она очень яркая и красивая. Безупречная укладка, идеальный макияж, всегда на каблуках.

— Обсуждаем начальство? — спрашивает она.

— Наташа теперь у  него , — говорит Света, показывая пальцев куда-то наверх.

— Ах, да! Поздравляю! — сладко тянет Вера, поворачиваясь ко мне. — Быстро ты, не ожидала.

Я молча жую салат.

— В смысле? — спрашивает Света.

— Ну… — Вера пожимает плечами. — Туда же так просто не попасть. Обычным путем. Там… своя атмосфера.

Своя атмосфера. Прекрасная формулировка.

— Какая атмосфера? — не выдерживает Марина.

— Ну, — Вера улыбается, — скажем так… чтобы туда попасть, нужно быть очень… убедительной.

Она делает паузу.

Смотрит на меня.

Сверху вниз.

— Ну, в случае с Наташей, это, конечно, вряд ли, — мягко улыбается она.

Марина кашляет.

Света делает вид, что ей срочно нужно посмотреть телефон.

Я чувствую, как у меня начинают гореть уши.

— Да, представляешь, иногда людей берут еще и за мозги, — хмыкаю я.

— Конечно-конечно. Я просто реалист, — улыбается Вера. — В нашем мире карьерные скачки редко бывают случайными.

О как!

Ассистентка Жени меня за что-то не взлюбила?

Неужели он ей нажаловался?

В это время мой телефон издает негромкое "тинь-тинь".

Кравцов К.О.

Сердце испуганно подпрыгивает.

Окрываю.

"Лебедева, где вас черти носят?!"