Глава тридцать восьмая
Колокол ударил по нервам, лента упала – и бешеный топот коней слился с ликующим криком толпы.
- Вперед! Давай! Зельеварыыыы!
Дарья подставила лицо ветру. Расслабилась. Гром все сделает правильно. Главное – не мешать. Просто быть с ним единым целым. А еще верить в то, что отец… Он бы гордился ими.
- Давай, Гром! Давай!
Она больше не думала о том, что обманывает его высочество и собственную сестру. За это время она так сроднилась со своей ролью, что почти поверила в то, что она – Барт, юный бастард герцога Адорно. Отец всегда хотел наследника, а она всегда мечтала угодить отцу, которого бесконечно любила. Вот только… Принц. Ее чувства к нему. Бред!
- Давай, Гром! Давааай!
Они привычно вырвались вперед, пройдя препятствия в темпе, не поддающемуся здравому смыслу. Реагировать на крики толпы и топот соперников за спиной времени не осталось.
- Это… Это немыслимо! Жокея взвешивали? Молодой человек хрупкого телосложения, - эксперт, прибывший со стороны Северных магов, обратился к метру Ди.
- Взвешивание перед скачками прошел каждый всадник. Если есть сомнения – все в архивах. Процедура согласно правилам записана. Так… Сейчас… Вот! Горшочек с запечатлевающим зельем под номером восемнадцать. Также, если возникнут какие-то сомнения, вы можете обратиться к…
- Нет-нет. Все в порядке. Взвешивание происходило в моем присутствии. Теперь припоминаю. Молодой человек выступает с утяжелителями. Все честно, но… Какая скорость! Конь бесподобен, конечно. Конюшни Адорно славятся, и все же… Все же больше всего меня поражает мастерство жокея! Метр Ди, как вы думаете, возможно ли договориться с молодым человеком о контракте по взаимному обмену опытом?
- Хотите пригласить в качестве эксперта?
- Я бы не отказался!
- Ну что ж… Давайте все же дождемся результата…
Голос метра Ди замер на полуслове. Иллюзии! Началось. Барт… Вспомни все, о чем мы с тобой говорили, мальчик… Вспомни!
«Вспомни!» - зазвучало в голове Дарии, когда они с Громом попали в густой молочно-белый туман.
Конь фыркнул – он, как и его всадник, не любил все эти выдумки зельеваров. Конечно! Вместо того, чтобы скакать, играя с ветром наперегонки, приходится всматриваться. Воздух стал холодным и сырым, почва – вязкой и топкой как на болоте…
Небольшой ров со скользкими краями возник, словно из ниоткуда. Конь взвился вверх – и преграда осталась далеко позади.
Прыжок через препятствие, еще один… Еще… Гром наращивал темп, который они потеряли, оказавшись в тумане.
Дорога круто пошла в гору, у девушки даже уши заложило, как будто они на самом деле были высоко в горах! Но ведь это не так! Это… иллюзия! Морок! Или… нет?
- Фррррр!!! Иииии!!! – Гром встал на дыбы на самом краю обрыва!
- Тихо! Тихо, Гром… Громушка…– и тут она поняла, что конь, в отличие от всех предыдущих тренировок, не видит, что это – наведенный морок. Все было таким настоящим…
- Ладно, давай потихоньку!
Но сказать было проще, чем сделать.
Узкая, коварная тропинка была совершенно не предназначена для того, чтобы по ней пробирался крупный конь – он ведь не ослик, в самом деле!
В какой-то момент ей захотелось, плюнув на иллюзии, послать коня в галоп! Но она не решалась. Что-то ей подсказывало, что Гром лучше знает, что делать.
«Доверяй ему, Барт! Доверяй Грому! Больше, чем себе!» - вспомнила она слова Френсиса Ди. Метр прав, она это чувствовала. Если Гром боится – значит, впереди опасность. Да и у нее на душе не спокойно, если уж быть с самой собой до конца честной.
Бодрая рысь давно сменилась на осторожные шаги, спина юного жокея взмокла под курткой цветов Адорно.
Позади вдруг раздалось истошное ржание, потом – тоскливо-обреченный человеческий крик, будто на самом деле кто-то рухнул в пропасть…
Они с Громом вздрогнули.
- Давай, родной, - прошептала Дария, выпуская облачка пара (почему тут так холодно?!) - Давай! Потихонечку…
Шаг. Шаг… еще один…
Камни под копытами, где-то шипит змея… Гром нервно прядет ушами. И Дария не выдержала – да пропади оно все пропадом с этими скачками!
Девушка соскочила с коня, взяла его под уздцы, обняла, прижавшись к мокрой от пота гриве:
- Тебе страшно? Да? Мы уйдем! Я не могу тебя больше мучить! Ты все равно – самый лучший, слышишь?! Не сомневайся! Прости, папа....
Они ушли. От этих гор, от шороха камней и прячущихся в них ядовитых гадов, от липкого, леденящего душу ужаса этих бесполезных, никому не нужных иллюзий…
И как только она приняла это решение – горы расступились! Туман рассеялся, открыв перед ними привычную полосу с препятствиями и… долгожданной финишной черно-белой лентой в конце!
В одно мгновение она вновь оказалась на спине Грома:
- Вперед! Вперед! Вперед!
Сзади за спиной стучат копыта. Даже не поворачиваясь, Дария понимает, это – Золотая Звезда. Конунг прошел препятствие. А за ним, судя по звуку, еще кто-то…
Все? Неужели все? Их всего… трое?!
Она не выдержала, повернула голову.
Конь Тиберинов! Оба жокея стремительно настигали, и их с Громом небольшое преимущество таяло на глазах!
Дария колебалась лишь несколько мгновений. Затем плюнула на все поучения и запреты, вытащила ноги из стремян, подпрыгнула и уперлась коленями в седло.
- Зачем?! Я же предупреждал! Сумасшедший, упрямый мальчишка! – метр Ди сжал кулаки и зубы, стараясь не выдать свои чувства при всех.
О, если бы он был один! Он бы сейчас сказал… Драконье дерьмо!
- Простите, метр Ди! – прошептала Дария, зажмурившись. - Но Грому так удобнее, а нам с ним очень… Очень нужно победить, понимаете? Ради папы…
- Давай! Давааай! Зельеварррыыы!
- Давай, Гром! Давай, миленький! – сердце бешено билось, но она верила в то, что Гром и ветер королевства Зельеваров не подведут!
Конь проникся ее настроением, молнией понесся вперед. Дария поняла, что просто не может вылететь из седла - они с Громом стали единым целым!
- Не бойтесь, метр Ди! Доверьтесь мне, прошу! – шептала девушка, вцепившись в седло.
Последний барьер – и прямая, в конце которой финишная лента!
Полоса по обе стороны утопала в дыму бурлящих горшочков с запечатлевающим зельем, которых нетерпеливые оповещатели выставили в два раза больше положенной нормы.
…
Мэдд высадил их со Скалигерри на площади перед ипподромом. Хелен показалось – или жених посмотрел на дракона с осуждением?
Рев толпы.
- Скачки уже начались? – удивилась она. – А как же иллюзии?
- Думаю, - сквозь зубы проговорил герцог, провожая взглядом улетающего дракона, - Айк и Дурдень справились сами. По крайней мере, я их об этом просил. Настоятельно.
Хелен хотела уже спросить – как его понимать, но…
Горшочки с запечатлевающим зельем, которое оповещатели активировали перед ипподромом, давали возможность всем, кто не смог купить билеты на трибуны (все было распродано уже за несколько месяцев до начала мероприятия), следить за тем, как развиваются события. Иллюзию такого размера стали использовать сравнительно недавно. Размеры и качество поражали! Но Хелен удивило не это…
Она, как завороженная, не могла отвести взгляд. Родной вороной… Жокей в бело-голубом – цвета Адорно… Мечта отца. Мечта ее сестры. Ярко-фиолетовые, коротко стриженые воло…
- Нет! Неееееет! Гром! Дарька!
Она бросилась туда, в эти скачки, которые могли погубить сестру, но что-то не давало это сделать. Что-то мешало. Руки!
- Ты ведь знал! – герцогиня Адорно с ненавистью оттолкнула жениха. – Ты знал! Знал, и позволил! Позволил, что бы она…она… Она же погибнет! Убьется! Дарька!
Она рванула к ипподрому, и герцогу ничего не оставалось, как бежать следом, опустив голову. Драконье дерьмо! Этого-то он и боялся.
- Хелен… Хелен, подожди!
- Видеть не хочу! Убийца!
Его невеста решительно направилась к воротам, ведущим на ипподром.
- Куда! – рявкнули охранники.
- Пропустить, - донеслось из-за спины.
- Герцог Скалигерри… - ворота тут же открылись
Хелен бежала туда, откуда доносился топот копыт и громкие крики. Лишь одна мысль билась в голове: «Только бы осталась цела! Только бы…» Перед глазами тут же встали события последних дней. Дарька похудела. Пропадала где-то целыми днями. Вся в синяках. Глаза заплаканные. И потом этот взрыв… Зельевары… Это она из-за нее! Чтобы вернуть ей деньги.
Какая же она, Хелен, эгоистка! Она умеет лишь сердиться и топать ногами! Ну почему, почему она не попыталась у сестры выспросить – что случилось? Чем помочь? Вот мама… Маме бы Дарька сказала! Потому что мама… Она… Она умела…
Хелен добежала, наконец, до полосы препятствий и… Замерла. Высокие, острые скалы утопали в густом, белом тумане. Гром плясал на самом краю обрыва.
Она убьет Айка и Дурдня! Скалигерри и Патрика – всех, всех кто покрывал эту несчастную дурочку! Растерзает голыми руками!
- Это ж что такое зельевары учудили в этом году! – доносилось до нее со всех сторон.
- Слышали?! Все, кто коней не отвернул, попадали! Как будто и правда с обрыва!
- Побились?
- Насмерть! Все!
- Да что ты болтаешь?! Нет, конечно! Но с дистанции сняли…
- Покалечились?!
- А то!
- Коней жалко…
- Вот учудили!
Ноги словно сами вывели к королевской ложе, неподалеку от которой стоял Патрик. Принц вцепился в ограждение, не отводя напряженного взгляда от всадника с фиолетовыми волосами, что пробирался по извилистой тропинке, ведя коня в поводу.
- Смотри! – заорал кто-то над самым ухом.
Хелен вздрогнула, и со всей силы вцепилась в Патрика.
Скалы расступились. Дарька взлетела на спину Грома – и понеслась. Быстрее, быстрее, еще быстрее…
За ней еще двое – всадник в искрящейся синей куртке – цвета морских магов и парень – совсем молодой – в коричнево-зеленом. Цвета Тиберинов.
- Ах!
- Ого!
- Смотрите! Смотрите!
- Во дает! Давааааай! Впереееед!
Всадник на вороном, вырвавшийся вперед, стремительно терял преимущество.
Хелен прижала руки к груди. Она вдруг поддалась всеобщему порыву, и ей отчаянно захотелось, чтобы Дарька и вправду выиграла эти скачки! Да, она будет сердиться. Скалигерри она просто убьет. И замуж не пойдет за этого обманщика! Она не простит Патрику. Она все выскажет Айку и Дурдню. Не будет она у него учиться. Но… Дарьку… Дарьку она простит. Только бы она осталась жива и здорова!
Потому что она ее… понимает. В ней тоже есть этот огонь! Огонь, который чуть было не погас. Дыхание Смерти – вот что все это время гасило его. Проклятие Вальпнера. Но нет! Теперь он горит с новой силой! Давай, Дарька… Даричка, давай! Отец… Он… Он бы гордился тобой, малышка…
Слезы катились сами собой, и когда она все же увидела сквозь них, что делает младшая Адорно, все слова, что только что промелькнули в ее голове, исчезли.
- Остановите… Слышите?! Остановите ее!
Жокей вдруг вытащил обе ноги из стремян и встал на колени, балансируя, будто акробаты бродячего цирка.
- Убьется! – прошептал кто-то.
- Сумасшедший! Скачки-то с препятствиями!
- Вылетит!
Но Дарька, словно заговоренная летела и летела вперед. Гром только набирал скорость, перелетая через препятствия, словно и не замечая их.
- Дарька! Дария! Неееет! Остановите, слышите? Остановите ее! Она же убьется!
- Дарька? Хелен, что ты такое говоришь? – Патрик обнял подругу за плечи и мягко развернул к себе, делая знаки, что не стоит так кричать. - Это же Барт!
- Кто?!
- Барт. Молодой бастард герцога Адорно. Они с Дарией действительно очень похожи, но это и не удивительно, они ведь…
В голове у принца зазвенело. Он никогда не думал, что у Хелен… У сдержанной, всегда такой… правильной и послушной Хелен может быть… такая тяжелая рука!
Затрещина от старшей Адорно отрезвила. И вдруг… Ну надо же! Он никогда не думал, что хорошая, звонкая пощечина способна так четко выстроить в сознании события последних дней!
Парик Дарии. Черты лица. Грация и легкость на галопе в женском седле. Иллюзия. Тогда, на пробных скачках… Ну конечно! Она спасала того, кто ей дорог… Дорог! А этот мучительный, постыдный пожар внизу живота, когда он видел этого мальчишку… О зельевары! Драконы, Небо, Хранители! Мама! Папа! Родное, дорогое, любимое королевство!
- Хелен!
- Я тебя….
- Хелен!
- Прекрати! Ты меня задушишь!
Но принц не слушал. Он крепко прижал ее голову к себе, и… затих.
…
Грома нет нужды подгонять или упрашивать. Только вперед! Только к победе! И никакая Золотая Звезда не вынырнет из-за плеча - все остались далеко позади!
В сознание вернулись звуки. Дария поняла, то до этого момента ничего, кроме топота копыт да бешеного стука собственного сердца не слышала!
- Зельеварыыыы!!!! Дааааа!!! Впереееед!
От этого безумного рева, ее чуть не вынесло из седла.
Но… она удержалась, а Гром не сбился с галопа. Да!
Они сорвали черно-белую ленточку. И… не сразу поняли, что скачки закончились. Гром по инерции несся вперед, а у девушки не было сил его остановить.
- Все… Все, мой хороший! Все! - перед ними вырос мэтр Френсис Ди.
Он, улыбаясь, смотрел на Грома, гладил по взмыленной шее.
- А ты – сумасшедший! - с восторгом выдохнул корриканец, переведя взгляд на жокея.
Дарька замерла, уткнувшись коленями в седло. Она пыталась осознать, что они с Громом…
И тут налетел вихрь. Каштановокудрый, длинноресничатый, темноглазый вихрь.
- Дарька! Дарька!
Его счастливейшее высочество стащил девушку (все слышали? Де-вуш-ку!) с седла и крепко прижал к себе.
Старшую Адорно в полуобморочном состоянии он передал с рук на руки Скалигерри. Королевский секретарь тут же получил пощечину. Такую же, как сам принц. Ну хоть не один. Не так обидно…
С другой стороны – заслужили. Оба. Чего уж…
- Дарька! Дарька! Дарькаааа!
Он кружил ее на вытянутых руках, то и дело подбрасывая вверх (зельевары… да она вообще ничего не весит!), а потом вдруг резко впустил вниз и…поцеловал…
ПОЦЕЛОВАЛ. Он ее поцеловал! Гром… Гром! Гром, иди сюда! Он… Он меня поцеловал… Слышишь? Поцеловал!
Но Гром, одобрительно фыркнув в сторону хозяйки, предательски пошел за конюхом, мол: «Слушай, я рад и все такое, но… Скачки были, не помнишь? Да и устал я что-то…»
На глазах у изумленной публики, оповещателей, что так и замерли, забыв о своих горшочках с запечатлевающим зельем, короля, королевы, и Френсиса Ди, принц целовал… жокея.
Они целовались и целовались, не обращая ни на кого внимания
Хелен вцепилась в руку королевского секретаря. Скалигерри понял, что объяснить все равно ничего не получится, и тоже стал целовать. Он целовал ее, вырывающуюся, растрепанную и злую, твердо решив для себя, что он с места не сдвинется! Так и будет ее целовать здесь, на ипподроме, здесь, где он так сильно провинился перед ней, до тех самых пор, пока она его не простит.
- Всех казню! – послышалось из королевской ложи. Его величество схватился за сердце.
- Дорогой, зачем же? – послышался изумленный голос королевы Марии. – Не надо никого казнить… Надо праздновать! Принц Патрик наконец-то выбрал себе невесту!
- Кого?! – король сжал кулаки. – Кого он выбрал?!
- Юную Дарию Адорно! Конечно, она еще слишком молода и к тому же не участвовала в отборе, но я думаю….
Шепот короля услышали все:
- Девчонка?! ПРАЗДНУЕМ!