Завещание господина Вейжа

— Госпожа Юни, вы опять меня не слушаете! — вывел девушку из задумчивости строгий голос учителя по этикету — Мы второй день с вами занимаемся, а вы всё в каких-то облаках витаете, совершенно никакого внимания на уроках! — неодобрительно поджал губы и головой покачал.

— Прошу прощения, учитель Шенли — послушно пробормотала Юни — Я вас очень внимательно слушаю. Просто отвлеклась на мгновение.

Учитель на это благосклонно кивнул и вновь углубился в объяснение правил поведения на светских мероприятиях. А Юни снова погрузилась в свои мысли.

На самом деле, предстоящий бал в доме губернатора девушку интересовал мало, потому и навязанного учителя она слушала вполуха. Её волновало другое: две последние ночи ей снова снились сны… Сны, которые разительно отличались от всего того, что она видела раньше. Она больше не видела маньяка-убийцу. Зато в сновидениях Юни появилась девочка. Совсем маленькая, не старше пяти лет. И вроде бы ничего страшного с этой девочкой не происходит: девчушка то неподвижно сидит на стуле, глядя на окно, то мирно спит в своей небольшой кроватке. Но Юни всё равно не оставляло ощущение, что малышка в опасности.

— Вы слышали, что я сказал, госпожа Юни? — учитель снова повысил голос.

Нерадивая ученица ничего не ответила, только взгляд в сторону отвела, делая вид, что внимательно изучает лежащий перед ней учебник.

— Ох, госпожа Юни, вы никогда не сможете стать достойным членом высшего общества этого города, если будете продолжать так невнимательно относиться к занятиям по этикету — уважаемый Шенли Мин подошёл поближе и с наигранным участием посмотрел на девушку — Дорогая госпожа Юни, я понимаю, вам сейчас кажется, что раз теперь у вас есть такой муж, как многоуважаемый господин Джимиан, то и все проблемы в вашей жизни закончились, что всё плохое, что было в вашей жизни раньше, осталось далеко позади… Но поверьте, это далеко не так! Если вы будете вести себя… не так, как того требуют правила приличия, местная знать никогда вас не примет в свой круг. А многоуважаемые дамы будут лишь смеяться над вами у вас за спиной — и холодно добавил — И это, в сою очередь, подтолкнёт вашего мужа к решительным действиям!

— Хотите сказать, что если я не впишусь в местное высшее общество, то муж отправит меня в какое-нибудь загородное поместье без возможности возвращения назад? — с лёгкой усмешкой поинтересовалась Юни, припоминая угрозы свекрови.

— Вот именно! — не распознав сарказма в словах ученицы, подтвердил учитель — Поэтому вам, для начала, очень важно выучить хотя бы элементарные правила. Взять тот же бал у губернатора… Вы знаете, госпожа Юни, что вы можете себе позволить на этом балу, а что нет? Знаете, к примеру, что если при входе в дом вам предложат бокал вина, то это вино вам нужно будет либо выпить до начала банкета, либо отдать наполовину полный бокал кому-то из слуг, но ни в коем случае вам нельзя будет садиться за обеденный стол с этим бокалом?

— Я это знаю — совершенно спокойно ответила Юни.

— Ну хоть какие-то знания уложились в вашей голове после двух дней занятий — облегчённо вздохнул учитель — А как вести себя за столом, вы знаете? Если во время банкета с вами кто-то решит заговорить…

— И это я тоже знаю — перебила девушка, хотя прекрасно знала, что перебивать учителя тоже нельзя — Как только кто-то решит со мной заговорить, я тут же перестаю жевать, взгляд перевожу на говорившего и делаю вид, что очень внимательно его слушаю. Ах, да, при этом мои столовые приборы должны лежать не рядом с тарелкой, а на тарелке, не соприкасаясь друг с другом.

Возникла короткая пауза. А учитель Шенли Мин с задумчивым выражением уставился на ученицу.

— О том, как должны располагаться столовые приборы, я вам не рассказывал — молвил он, нарушая молчание.

— Правда? — Юни изобразила на своём лице удивление — Не говорили? Ну… значит, я прочитала об этом в книге — и кивнула на учебник по этикету.

— Хм… Хорошо — лицо учителя стало ещё более задумчивым — Признаться, я даже рад, что некоторый материал вы смогли изучить самостоятельно. Ещё бы вам научиться применять теоретические знания на практике — отошёл к своему столу, удобно уселся на стул — Что же, продолжим урок. Госпожа Юни, откройте свой учебник на странице двадцать шесть. Раз уж вы всё время отвлекаетесь во время моих объяснений материала, думаю, вам лучше изучать предмет самостоятельно. Поэтому… читайте. И вслух, желательно, с выражением.

Девушка подавила вздох, с тоской глянула на стоящие в углу настольные часы и принялась читать… Иногда она останавливалась, отрывая взгляд от книги, и при этом каждый раз ловила на себе прищуренный и всё такой же задумчивый взгляд учителя.

— Ну что же, сегодняшний урок подошёл к концу — провозгласил, наконец, уважаемый Шенли, и Юни не сдержала облегчённой улыбки, тут же на ноги вскочила. Но учитель не дал ей так быстро убежать.

— Госпожа Юни — остановил он девушку голосом, в котором отчётливо слышались просящие нотки. И что это учителю от неё понадобилось?

Надо заметить, уважаемый Шенли Мин умел удивлять.

— А вы не составите мне компанию на время обеда? — спросил он. И Юни даже растерялась от такого вопроса.

— На время обеда? — глупо повторила она. Вообще-то, пообедать она планировала уже не здесь, а в доме господина Вейжа, куда она и собиралась сразу после окончания занятий. Но, немного поразмыслив, девушка решила, что если к господину Вейжу она придёт на часик попозже, ничего страшного не случится. Если что, вечером у него задержится. Зато учителю компанию составит. Так уж и быть, сделает приятно свекрови и муженьку. Пусть порадуются.

— Ну разумеется, уважаемый Шенли, мне будет очень приятно составить вам компанию — заверила девушка с почти искренней улыбкой на лице.

И как это ни странно, обед в компании учителя по этикету прошёл вполне комфортно и даже легко. Шенли Мин больше не донимал Юни уроками и правилами, разве что смотрел на девушку подозрительно-задумчиво. Поначалу он расспрашивал, что думает его ученица по поводу десерта, который они только что попробовали. Потом и вовсе принялся говорить о погоде.

«Может, не такой уж он и плохой — чуть позже раздумывала Юни Хонг, бредя по залитой солнцем улице к дому господина Вейжа — Да, его приставили ко мне не слишком дружелюбно настроенные по отношению ко мне родственницы муженька. Но сам-то учитель в этом не виноват. Кто знает, может, он, и правда, сможет научить меня чему-то полезному».

* * *

— Уважаемый Шенли? — госпожа Наяни Хонг заглянула в гостиную и вопросительно глянула на учителя своей нелюбимой невестки — Надеюсь, вам удастся хоть чем-то меня порадовать? Ну скажите же, дорогой учитель, не томите. У этой без… — тут женщина осеклась, вспомнив, что с посторонним человеком разговаривает, и при нём называть неугодную жёнушку любимого сыночка «безродной девкой» не стоит — У нашей Юни есть какие-нибудь пусть небольшие шансы стать хоть чуточку похожей на девушку из приличного общества?

Шенли Мин отвлёкся от созерцания улицы за окном, где буквально пару минут назад проскользнула стройная фигурка обсуждаемой госпожи Юни Хонг. Любопытно, куда так поспешно убежала его юная ученица, да ещё совсем одна, без сопровождения мужа или других родственников? Впрочем, учителю не было никакого дела до личной жизни его ученицы… Мужчина повернулся к хозяйке дома, приветливо и услужливо ей улыбнулся. Но голос его прозвучал довольно сдержанно:

— Госпожа Наяни, вы очень вовремя. Признаться, я как раз сам планировал отправиться на ваши поиски. И как раз планировал обсудить уровень знаний вашей невестки.

— Что? — женщина руками всплеснула — Неужели у неё всё настолько безнадёжно? — Наяни Хонг тяжко вздохнула и с несчастным видом опустилась в ближайшее кресло — Надеюсь, вы не хотите отказаться от занятий с ней? Я даже не знаю, кто ещё, кроме вас, сможет справить с обучением такой девушки, как Юни.

— Вы не совсем правильно меня поняли, госпожа — поспешил возразить учитель — Я хотел поговорить с вами совсем о другом… — сделал небольшую паузу, которой тут же воспользовалась хозяйка дома:

— Вы хотели сказать, что Юни совсем необучаема? И не только вы, но и любой другой учитель ничему не сможет её обучить? Ох, какой ужас! — и картинно руку к груди приложила, задышала тяжело.

— Вовсе нет — Шенли Мин отрицательно качнул головой и тут же оказался возле госпожи, схватил со стоящего рядом столика графин с чистой прохладной водой, наполнил бокал и галантно вручил этот бокал хозяйке. Женщина с благодарностью кивнула и сделала первый глоток, а учитель произнёс — Госпожа Наяни, вы и ваша дочь, многоуважаемая госпожа Джанди, заверили меня, что ваша невестка совсем ничего не смыслит в этикете, не умеет вести себя в приличном обществе, да ещё и читать не умеет.

— Всё верно, так и есть, уважаемый Шенли — горестно вздохнула женщина, делая очередной небольшой глоток воды, и всё же не удержалась от жалобы — Ох, не понимаю, и как мой дорогой Джимиан мог связать свою жизнь с этой… с подобной особой.

Учитель выдержал небольшую паузу, после чего скупо улыбнулся.

— Я думаю — протянул он — Мне всё же есть, чем вас порадовать, госпожа.

— Что вы имеете ввиду? — прищурилась в ответ хозяйка.

— Ваша невестка, госпожа Юни, очень даже умеет читать…

— Знаю я, как она читает — Наяни Хонг неприязненно скривилась — Слышала как-то раз. Дети малые и то лучше чтению обучены.

— Вы ошибаетесь, госпожа. Жена вашего сына читает очень хорошо, даже бегло. А что касается её знаний этикета… Я специально предложил ей сегодня вместе отобедать. Во время обеда я очень пристально наблюдал за её манерами, за её поведением. И могу вам сказать, что да, в её знаниях этикета имеются совсем небольшие пробелы, но основы она знает очень хорошо. Не просто знает, ещё и на практике умеет свои знания применять. И беседу за столом умеет правильно поддерживать! И знаете, что ещё?

— Что? — недоверчиво-рассеянно захлопала ресницами Наяни Хонг.

— Ваша невестка не просто всё это знает и умеет. Судя по тому, что я имел честь наблюдать, некоторые обязательные фразы и правильные жесты вырываются у неё как бы сами по себе, она не задумывается о том, что говорит и делает в данный момент. А это говорит мне только о том, что изучать правила этикета она начала не вот вчера, а года два назад, если не больше.

Госпожа Наяни Хонг ничего на это не ответила, лишь задумчиво отвела глаза в сторону.

* * *

У ворот дома господина Вейжа Юни остановилась и с недоумением и лёгким чувством тревоги уставилась на распахнутую настежь входную дверь.

«Лэйя специально дверь открыла, чтобы первый этаж проветрить? Или просто забыла закрыть?» — промелькнуло в голове девушки. А в следующую секунду, решительно тряхнув головой, Юни Хонг двинулась внутрь дома. Поднялась по ступенькам крыльца, прошла через коридор… и замерла на месте, услышав в ближайшей комнате знакомые голоса. Один из голосов принадлежал господину Вейжу.

— Я уже всё тебе сказал! И менять своё решение я не собираюсь! — твердил хозяин дома своему собеседнику — После моей смерти тебе достанутся все мои аптеки, и на этом всё! Если подумать, они уже сейчас принадлежат тебе. Во всяком случае, доход от них ты свободно тратишь по своему усмотрению. И заметь, я ни словом на это не возмущаюсь. Так что ещё ты от меня хочешь?

— А то ты не знаешь, чего я хочу — фыркнул собеседник и добавил весьма самоуверенно — Конечно же, все аптеки должны достаться мне! Кому же ещё? Ведь это я твой единственный сын и наследник — короткая пауза и новый вопрос с претензией — Я не понимаю, почему ты не хочешь оставить мне этот дом? И если ты завещал его не мне, то кому?

— Это мой дом, и мне решать, кому он достанется после моей смерти — мгновенно парировал господин Вейж.

Его сын пробурчал в ответ что-то невнятное. А Юни напомнила себе, что подслушивать нехорошо, нацепила на лицо улыбку и осторожно-медленно шагнула в комнату.

— Добрый день, господин Вейж, господин Илан — поприветствовала она громко, обнаруживая своё присутствие.

Мужчины синхронно обернулись на звук её голоса. Хозяин дома, господин Вейж, радушно заулыбался. А его сын, наоборот, брезгливо сморщился, словно в комнату зашла ни юная привлекательная девушка, а неизвестное создание неизвестного вида, покрытое грязью, мерзкой слизью и источающее ужасающие ароматы.

— То-то я думаю, чего-то в доме не хватает, а это просто тебя не было… — недовольно бросил он.

— Илан — оборвал сына господин Вейж и бросив в его сторону предупреждающий взгляд, после чего снова к Юни повернулся.

— Ты его извини — хозяин дома тут же принялся просить прощения за поведение собственного сына — Ты ведь сама знаешь, Илан очень часто сначала говорит и только потом думает.

— Не переживайте вы так, господин Вейж — только отмахнулась Юни. Тем более, что к подобному неприязненному отношению она уже давно привыкла и сейчас даже внимания на это не обращала. Девушка одарила сына хозяина дома ещё одной улыбкой — Рада снова видеть вас, господин Илан.

— А я тебя видеть совсем не рад! — не сдержался тот в ответ — Отец, не понимаю, зачем тебе в доме эта безродная приживалка! На твоём месте, я давно бы выгнал её отсюда и забыл о её существовании! И я бы ещё понял, если бы ты с ней спал, но ведь ты уже давно не в том возрасте, чтобы…

— Да как ты смеешь⁈ Замолчи немедленно! — громко прикрикнул на сына господин Вейж и тут же болезненно поморщился, низко наклонился, прижимая одну руку к сердцу.

— Господин Вейж! — испуганно воскликнула Юни и тут же оказалась рядом со стариком, под руку его подхватила — Ох, нет. Вам же совсем-совсем нельзя волноваться, вы только-только на поправку пошли — на Илана взгляд подняла и грозно нахмурилась — Что вы стоите⁈ Помогите мне до постели его довести!

И сын хозяина дома, как это ни странно, без слов повиновался. Совсем скоро господин Вейж лежал в собственной постели, укрытый одеялом, а на его лбу было пристроено смоченное прохладной водой небольшое полотенце.

— Как вы себя чувствуете? — участливо спросила Юни, поправляя одеяло и усаживаясь рядом на край постели.

— Лучше — ответил ей старик. И кажется, не соврал. Во всяком случае, с его лица уже ушла мертвенная бледность, и дыхание стало ровнее и спокойнее.

— Как же вы меня напугали — вздохнула девушка.

— Да уж, ты бы получше за своим здоровьем следил — неуверенно поддакнул Илан, который также не спешил покидать спальню своего отца и неотрывно наблюдал за каждым движением «приживалки» — А то в следующий раз тебя удар какой хватит, а рядом никого не окажется.

Теперь уже Юни не выдержала, гневно прищурилась и резко развернулась.

— Знаете что, господин Илан — прошипела она — Пока вы не донимали отца своими претензиями и разговорами, пока не заставляли его волноваться, он уверенно шёл на поправку! И в следующий раз, когда вы решите обсудить с господином Вейжем что-то серьёзное и важное, будьте так добры, убедитесь, что он достаточно хорошо себя чувствует для подобного разговора.

— Чего? — возмутился мужчина — Ты мне ещё указывать будешь, как мне с собственным отцом разговаривать?

— Илан! — снова одёрнул сына господин Вейж, правда, голос его прозвучал очень тихо и устало. Но сынок послушался и заговорил тише.

— Да ты хоть знаешь, что сделал мой отец? — сказал он, по-прежнему обращаясь к Юни — Он завещание составил! И даже успел его заверить, как полагается по закону. Мне по этому завещанию достаются только аптеки и тот старый дом на окраине, в котором я живу сейчас. А этот дом он завещал кому-то другому!

Юни, которая уже успела узнать об этом из подслушанного разговора, никакого удивления не выказала. А Илан, глядя на нелюбимую «приживалку» в доме родного отца, сначала немного помолчал, а потом вдруг потрясённо распахнул глаза.

— Так он что, тебе решил этот дом оставить⁈

— Что за глупости? Конечно, нет! — уверенно заявила в ответ девушка.

— Да, я решил завещать дом ей! — тут же вставил своё слово господин Вейж.

— Что? — недоумённо переспросила Юни, к старику оборачиваясь.

Девушка, конечно же, очень любила этот дом, расположенный на тихой улочке в спокойном районе. Ей нравилось здесь жить. Но она никогда даже мыслей не допускала, что господин Вейж оставит своё таким большим трудом заработанное имущество ей. У него, в конце концов, сын есть! Какой-никакой… И Юни с самого начала понимала, что рано или поздно, дом этот ей придётся покинуть. А тут, оказывается, никуда уезжать и не надо будет. Вот только как быть с сыном господина Вейжа? Он так просто от того, что считает почти своим, не отступится.

Девушка на Илана покосилась, который стоял на прежнем месте, прожигал «приживалку» ненавидящим взглядом и руки гневно то в кулаки сжимал, то разжимал.

— Я всё решил! И завещание менять не собираюсь! — уверенно добавил господин Вейж.

— Так и знал, что от твоей прихоти поселить в доме эту безродную девку будут одни проблемы! — взревел молодой господин, прочь из комнаты выбежал. И оставшиеся вдвоём Юни и господин Вейж даже вздрогнули от громкого хлопка закрывшейся за Иланом двери.

— Ну зачем вы так? — спросила Юни после непродолжительного молчания — Он ведь ваш сын, а я… — невесело усмехнулась — Господин Илан прав, я всего лишь безродная приживалка — и добавила более уверенно — К тому же, у меня теперь муж есть, который точно в состоянии решить проблему с отсутствием у меня жилья — да, девушка очень надеялась, что после развода Джимиан Хонг выполнит своё обещание и купит ей дом.

— Муж… — тихо повторил за Юни господин Вейж и вздохнул — Я знаю тебя уже пять лет. За это время ты стала мне как дочь, которой у меня никогда не было, а ещё я успел хорошо тебя изучить. И я просто уверен, что если бы твой муж, действительно, был бы тебе… мужем, ты вела бы себя сейчас совсем иначе…

И девушка невольно взгляд отвела, но промолчала. А что она могла ответить? Только то, что господин Вейж абсолютно прав, и её брак с Джимианом — всего лишь временное явление?

— А я чувствую за тебя определённую ответственность — продолжал старик и горделиво добавил — О, я, конечно же, уверен, что ты в любом случае не пропадёшь и из любой проблемы выйдешь победительницей. Но если у тебя будет этот дом, то и в жизни твоей точно всё будет хорошо… даже если твоя семейная жизнь совсем не заладится.

— А как же ваш сын? — напомнила девушка тихо — Он ведь так просто не смирится.

— Это уже не имеет никакого значения — отрезал старик — Вчера, пока тебя не было, я вызвал своего поверенного, мы с ним вместе оформили завещание. Он зафиксировал, что своё решение я принял, находясь в здравом рассудке. И подписал, что дом я решил оставить тебе в качестве благодарности за то, что именно ты, а не Илан, ухаживала за мной, когда на меня напала болезнь. А сегодня утром поверенный прислал мне письмо, в котором заверил, что завещание зарегистрировано, как положено по закону. А это значит, что Илан при всём желании не сможет его оспорить.

— Очень надеюсь, что завещанием доведётся воспользоваться ещё очень нескоро — совершенно искренне произнесла Юни, поправляя влажную ткань на лбу больного.

— Я тоже на это надеюсь. Мне бы очень хотелось ещё и на внуков своих полюбоваться… да видно, уже не судьба — тяжко вздохнул старик и болезненно поморщился, из его горла послышался хриплый неясный полухрип-полустон.

— Что с вами, господин Вейж? Вам опять плохо? — испуганно воскликнула Юни. Поспешно голову к груди больного наклонила, вслушиваясь, бьётся ли его сердце. Сердце билось, правда, немного неровно, и дыхание вновь стало тяжёлым — Сейчас я вам вашу настойку принесу!

На ноги подскочила и бросилась в сторону комнаты, где все лекарственные настои и микстуры хранились.

Через некоторое время больному стало легче, и он забылся глубоким сном. А Юни сначала просто сидела рядом. Всё прислушивалась к дыханию старика, боясь даже на пару минут отойти от его постели.

Потом немного успокоилась, на второй этаж, в лабораторию, поднялась. Ведь о крупном заказе тоже не следовало забывать. Лекарства, которые Юни и господин Вейж производили в этой лаборатории, не делали больше нигде в этом мире. Потому они были очень редким и оттого очень дорогим товаром. Девушка проверила содержимое мелких колбочек и больших ёмкостей с различными растворами, довольно головой покивала: заказ почти готов, и совсем скоро можно будет приступать к последнему этапу — процессу фильтрации.

Господин Вейж проснулся, когда за окном уже сгустились сумерки. Выглядел он слабым и уставшим, не смотря на то, что проспал несколько часов подряд. И Юни вновь принялась хлопотать у постели больного. Привычно проверила пульс, послушала, как бьётся сердце, проверила, нет ли сильного жара. Накормила собственноручно сваренным бульоном, давать больному что-то более тяжёлое и калорийное она не рискнула. Под конец снова лекарственной настойкой напоила.

И вроде бы состояние господина Вейжа казалось не таким уж и ужасным. Да и сам господин уверял, что чувствует себя уже намного лучше, а сейчас снова спать ляжет и на утро будет здоровее всех. Но Юни не отпускало неприятное царапающее ощущение внутри. Словно вот-вот должно произойти что-то непоправимое.

У постели спящего больного девушка просидела до поздней ночи, хотела и на всю ночь остаться, но вспомнила своё обещание всегда ночевать под одной крышей с мужем. Нехотя покинула спальню господина Вейжа, вышла на улицу и входную дверь не забыла запереть, припрятав ключ в прежнем укромном местечке.

Когда Юни вернулась в дом Джимиана Хонга, ей открыл не дворецкий, а юная служаночка. Вид у неё был сонный. Вероятно, именно поэтому служаночка ни взглядом, ни жестом не выказала удивления или же осуждения столь позднему возвращению домой жены хозяина. Лишь услужливо уточнила, не нужно ли что госпоже. Юни отрицательно покачала головой и в свою спальню направилась, быстро разделась и улеглась в постель. Накрылась одеялом и закрыла глаза, надеясь, что хотя бы сегодня ей ничего не приснится.

Ночь, и правда, прошла без сновидений. Или измотанная вчерашним днём Юни свои сны попросту не запомнила? Этого девушка не знала. На утро она проснулась очень рано, когда рассвет за окном только-только занимался. Наскоро умылась, оделась. Подошла к двери своей комнаты и прислушалась: в коридоре было тихо. Ни шагов, ни разговоров. Да и за дверью, ведущей в комнату мужа, стояла тишина. Радуясь тому, что весь дом ещё спит, Юни Хонг накинула на себя лёгкую накидку, на голову натянула капюшон: ведь рано утром на улице было прохладно. Спустилась по лестнице, тихонько приоткрыла входную дверь и вышла во двор, облегчённо вздохнула, радуясь, что выскользнула из дома муженька незамеченной. Перешла на другую сторону и двинулась прямиком к улице Береговой.

Да, вчера к вечеру состояние господа Вейжа было уже значительно лучше, но тревога девушку не оставляла, вынуждая её идти всё быстрее и быстрее.

Наконец, Юни остановилась у знакомого дома, и её охватило странное чувство. Дежавю. Входная дверь в дом снова была открыта настежь, хотя девушка точно помнила, что накануне запирала её на замок.

«Неужели Илан снова заявился? Вчера что-то не договорил, сегодня пришёл? Так и мечтает родного отца до очередного инсульта довести!» — возмущённо подумала Юни и руки в кулаки сжала, решительно двинулась в сторону входа. И резко остановилась, с недоумением склонив голову на бок. На самой нижней ступеньке крыльца сидела девушка, которую Юни Хонг поначалу и не заметила. Лицо девушки было испуганным, заплаканным. Девушку слегка трясло, своими руками она себя за плечи обнимала и бездумно раскачивалась из стороны в сторону. В общем, у девушки явно что-то случилось.

И девушка эта была хорошо знакома Юни, ведь это была та самая служанка, что время от времени приходила в дом господина Вейжа порядок наводить.

— Лэйя? Что случилось? Ты почему тут сидишь?

Служанка испуганно дёрнулась, услышав обращённые к ней вопросы. Взгляд подняла и на Юни уставилась, а слёзы из её глаз покатились с удвоенной силой.

— Это не я! Честное слово, не я — всхлипнула служаночка — Я не понимаю, что с ним произошло! Я сама совсем недавно пришла, в комнату к нему зашла, а он там… — все сумбурные пояснения девушки смолкли, сменившись горькими рыданиями.

А Юни почувствовала, как у неё внутри всё холодеет. Она недоверчиво головой покачала и тут же бросилась в комнату к господину Вейжу, смутно слыша за собой шаги Лэйи: служаночка бежала следом.

Хозяин дома всё также лежал в постели, в той же самой позе, что и накануне вечером. Его лицо, освещённое проникающим в комнату утренним солнцем, выглядело расслабленным и умиротворённым. Но самым страшным было то, что его грудная клетка не поднималась и не опускалась: он не дышал!

— Господин Вейж, вы слышите меня? — позвала Юни, но ответа не последовало. Девушка неуверенно поближе подошла, боясь поверить в то, что видит, ухватила старика за руку. Рука была всё ещё тёплой, вот только пульс уже не прощупывался.

Юни Хонг судорожно вздохнула и невероятным усилием постаралась взять себя в руки, обернулась к замершей на пороге комнаты служаночке.

— Лэйя, сбегай к лекарю, что живёт через дом, попроси его срочно зайти — попросила тихо, очень тихо, и в голосе её чувствовалась мелкая дрожь — А потом нужно позвать поверенного.

Служанка поспешно кивнула и скрылась, оставляя Юни наедине с тем, кто за прошедшие пять лет фактически стал ей вторым отцом.