Глава 21
У двери в комнату лорда Авертера я остановилась, собираясь с мыслями. Изначальный, я ещё помнила, как он смотрел на меня тогда, в нашу самую первую, такую неправильную встречу. И, тем не менее, он решил вмешаться, перебить агента Урбака.
В конце концов, что я теряла, кроме жалких остатков собственной гордости и горстки нелепых иллюзий по поводу того, что этот человек чем-то принципиально отличается от своих родственников? Возможно, стоит сразу разочароваться и потом уже действительно рассчитывать только на себя.
Я не хотела стучаться, наудачу толкнула дверь — и она открылась. В первую очередь в глаза бросилась предательская кровать, на которой мне довелось полежать, пусть и совсем недолго. Наверное, целомудренный лорд с тех пор закрывается на ночь на ключ.
И спит одетым. С кинжалом под подушкой, на всякий случай.
Я почти улыбнулась и наконец-то сделала шаг вперёд.
При дневном свете сходство лорда Авертера с отцом казалось не таким уж сильным. Он сидел прямо на полу, на ковре, забавно скрестив босые ноги, уткнувшись в какую-то книгу, настолько старую, что казалось удивительным, как это она не разваливается прямо в его руках, уютный и домашний. Кудрявые русые волосы казались непричёсанными и лохматыми. Книги же были разложены вокруг, и я вдруг подумала, что они — те самые, завещанные ему дедом. Магические светильники были погашены, оконные шторы раскрыты, комната освещалась только солнечным светом.
У меня было мало времени, и я знала, что должна как-то окликнуть его, привлечь внимание, а не стоять, глупо разглядывая незнакомого, по сути, совершенно постороннего мужчину, которого хотела попросить о небольшой, ничего для него не стоящей услуге. Но я разглядывала.
Может быть, боялась отвлечь его от дел. Может быть, хотела чуть оттянуть момент, когда он меня заметит, и его глаза вспыхнут презрительным возмущением, столь понятным, совершенно неизбежным.
К сожалению, слишком многое успела я увидеть в нашу прошлую встречу, и при мысли об этом угрожающе нависший над головой чёрный силуэт Хорренхайской Темени отступил, словно призрак при свете солнца. Я вспомнила, как касалась чешуек нарисованной на животе змеи, и снова почувствовала какое-то странное тянущее беспокойство внутри, словно подобная змея, только живая, заворочалась и у меня внутри. Почему-то никаких ассоциаций с извращёнными фантазиями лорда Мизерта не возникло, словно в моём сознанию уголок, отведённый сыну лорда Соделя и всему, с ним связанному, был обнесён прочной надёжной оградой.
Наконец лорд Авертер поднял глаза и увидел меня. В то же мгновение книга выпала у него из рук и разлетелась желтоватыми хрусткими листками, испещрёнными какими-то странными чёрными значками. Щеки молодого господина вспыхнули, а я вспомнила, как тогда, в спальне, он заслонялся от меня подушкой, и снова едва сдержала неуместную улыбку.
— Уходите, — глухо сказал лорд Авертер, поднимаясь. Вероятно, позиция, при которой он был ниже меня, изрядно его нервировала. И я, вся я — его нервировала. — Мне не о чем говорить с вами.
— Простите, господин, — я опомнилась и склонила голову, стараясь выглядеть как можно более жалостливо. — Но у меня к вам очень важное дело. Прошу вас…
— Не просите. У меня нет и не может быть никаких общих дел с такими, как вы.
— Это по поводу лорда Викона…
— Убирайтесь. И не смейте даже произносить имя моего деда.
Магическая печать подчинения пронзила ухо и затылок острой болью, второй раз я игнорировала прямой приказ члена семьи.
— Лорд Авертер, вы можете думать обо мне как угодно, но это вопрос жизни и смерти.
— Ваша жизнь меня не интересует, а смерть… Смерть уже случилась, не без вашего участия. И это уже не исправить.
— Я здесь не при чём! И вы… вы же тоже так думаете? Вы вмешались, когда…
— Вмешался не для того, чтобы защищать вас, просто не люблю, когда личная предвзятость мешает установлению истины. Но ваша участь — совершенно не моё дело. Уходите. Не заставляйте меня применять силу, потому что словами вы не понимаете!
— Лорд Викон…
Глаза молодого хозяина гневно сверкнули.
— Даже если вы сами ничем обманом его не поили, грязные и аморальные отношения с такими, как вы, поспособствовали несвоевременному уходу близкого мне человека!
— Нет, всё не так, позвольте мне…
Дверь за моей спиной распахнулась, повинуясь магическому приказу, больно стукнув меня по боку. Нарастающее внутри отчаяние боролось со злостью, и я резко ударила по двери ладонью наотмашь, так, что она захлопнулась с оглушительным грохотом.
— Я никуда не уйду, пока вы не выслушаете меня! И не смотрите на меня с таким ужасом, я вас не трону, и тогда, в самый первый раз, я бы не пришла, если бы ваш дядя не приказал. Никогда в жизни на расстояние выстрела к вам не подошла бы. Что вы на меня так смотрите, я не покушаюсь на вашу честь, лорд Авертер!
Его глаза расширились, словно моё нахальство и дерзость обращения были каким-то из ряда вон выходящим событием, и он никогда не сталкивался с чем-то подобным. Я прижалась спиной к дьяволовой двери, приготовившись сопротивляться его магии.
Пусть убивает, пусть слуг на помощь зовёт, сама я не уйду.
— Не вам говорить о чести, — тихо протянул лорд Авертер. — И не сейчас. Сейчас вы — находящаяся под следствием подозреваемая по обвинению в убийстве, и ничего не мешает мне вышвырнуть вас отсюда, а потом…
В три шага я преодолела расстояние между нами, молодой господин непроизвольно отшатнулся, споткнулся о свои разложенные тут и там книги, а я инстинктивно схватила его за руку, удерживая.
— Дайте же мне сказать!