Глава 16

Лика

Минут пять я не могла прийти в себя. Даже настойчивый звонок в дверь не отрезвил, и я просто стояла и пялилась в окно, боясь посмотреть на Антона. Щеки обжег румянец, и я увидела в отражении, как за спиной возник парень. По обе стороны опустились его ладони.

— Не собираешься узнать, кто пожаловал? — его шепот проникал в каждую клеточку. — Нас все равно прервали.

Стряхнула остатки наваждения и ослабевшими руками натянула шорты. Меня потряхивало от неутоленного желания. Ноги отказывались слушать, а по спине скатывались капельки пота. Заглянула в глазок и сердце ухнуло в пятки.

Резко обернулась и привалилась спиной к металлической поверхности двери.

— Ну и кто там? — Антон неспеша вышел из кухни и вперил в меня пронзающий взгляд. — Лика…

Сквозь шум в ушах донесся его оклик.

— Виктор и Светлана.

Меня повергло в шок то, что они явились вместе. Но стало немного спокойнее от того, что сейчас тут был Антон, при нем Светлана не рискнет что-то сделать со мной.

— И что тебя так ужаснуло? Открывай, сейчас будет весело.

Парень ухмыльнулся и отодвинул меня с дороги, распахнув дверь.

— Антон?

Виктор выглядел удивленным, а Светлана только открыла рот, чтобы что-то сказать, как тут же его захлопнула.

— Привет, пап. Какими судьбами?

Голос Антона звучал спокойно и уверенно, а я только и могла надеяться, что в этот раз он ничего не выкинет и не скажет.

— А ты что тут делаешь?

Виктор переводил удивленный взгляд с меня на сына, будто не мог решить, на кого же смотреть и от кого требовать ответа.

— Как что? К девушке ж пришел.

Светлана затолкнула Виктора в квартиру и громко хлопнула дверью.

— Отлично. Не будем устраивать выяснения на площадке, это моветон, знаете ли.

Я кашлянула в кулак, чтобы во весь голос не расхохотаться над этой репликой. Вот уж кого не назовешь приличной, так это жену Виктора.

— Вы по делу, или как?

Антон неторопливо подошел ко мне и притянул к себе. Я же по-прежнему смотрела на все широко распахнутыми глазами, не в состоянии вымолвить и слова.

— Может, мы войдем?

— А…

— Ну мы немного заняты, знаете ли.

Антон нагло перебил меня, сильнее стиснув пальцы на талии. Я попыталась игнорировать неприятные ощущения и выдавила улыбку. Оставалось надеяться, что выражение моего лица было более-менее дружелюбным.

— В общем, мы пришли сказать тебе, милочка, — Светлана победоносно улыбнулась и уставилась на меня, — что тебе нужно съезжать.

— Что? — выдохнула я, вырвавшись из хватки парня. — Почему, Виктор?

Я пыталась поймать взгляд мужчины, но он старательно отводил его. На его щеках показался румянец, Виктор тяжело дышал. Внутри меня же происходило что-то странное: сердце грозилось разорваться на мелкие кусочки, а в глазах закипели слезы.

— Потому что хватит уже сидеть на шее моего мужа, милочка.

В голосе Светланы прорезались визгливые нотки, захотелось заткнуть уши, только бы не слышать этот тон.

— А может, ты прекратишь отвечать за моего отца?

Антон начинал выходить из себя, и это было отчетливо слышно. Я поежилась. Не хотелось участвовать в очередном скандале. Но был ли у меня выбор?

— А ты вообще не лезь, Антон. Это дело тебя не касается.

Тот сжал губы в тонкую линию, перевел холодный взгляд на меня и вернулся к Светлане.

— Знаете, я в состоянии решить самостоятельно, что меня касается, а что нет. В данном конкретном случае меня все происходящее задевает и весьма сильно. С какого хрена мой отец засунул язык в жопу?

— Антон…

Я охнула, тут же прикрыв рот ладонью. Не хватало ещё, чтобы отец с сыном снова рассорились из-за меня.

— Ты как со мной разговариваешь?

Светлана разошлась не на шутку и уже в открытую кричала, наступая на нас. Захотелось спрятаться за спиной Антона, вручить ему заботу о себе. И плевать, кто что подумает. Огромный ком грозил задушить, меня распирало от переполняющей горечи. Не ожидала, что Виктор сможет так поступить со мной. Ведь он же сам говорил…

— Как с беспринципной бабой, которая увела мужика из семьи и купила его.

— Ах ты щенок! Виктор! Урезонь своего сына.

Лицо женщины покрылось багровыми пятнами, она стояла и молча открывала рот. Мне же захотелось испариться и не слышать этих взаимных обвинений.

Но даже если бы я могла…что бы это дало?

Мне удалось вырваться из объятия Антона, и я даже смогла на ватных ногах подойти к Виктору.

— Ты же обещал моему отцу, Виктор. Ты обещал…ты же сам мне рассказывал…

— О чем она говорит, Витя? Что ты там уже успел наобещать?

Все происходящее становилось похоже на цирк. Я не узнавала Виктора и не понимала, почему он боится возразить жене. Меня одолевала беспомощность. Непонятно было, как себя вести.

— Собирайся.

Голос Антона ворвался в подсознание. Я с удивлением обнаружила, что парень стоит едва ли не вплотную, стискивая мое запястье.

— К-куда?

Голос прервался, и пришлось сделать торопливый вдох. Хотелось сбежать от посторонних глаз. Раствориться. Забыть этот вечер.

— Пусть остаются тут. А я не собираюсь дальше смотреть на это шоу. Собирай вещи.

Я открыла рот, чтобы возразить. Только дикая усталость не дала и звука вымолвить. Антон закатил глаза и направился в комнату. Только забыл выпустить меня. Тащил, словно куклу.

— Антон…

Меня игнорировали. Он достал с полки сумку и начал беспорядочно швырять в неё мои немногочисленные вещи.

— Остальное потом заберем. Тут становится тесновато.

Закинул сумку на плечо и так же на буксире вывел меня из квартиры.

— Лика, — донесся до меня голос Виктора. Какой-то больной. Неузнаваемый. Чужой. После произнесенного таким голосом моего имени захотелось закрыть уши и рвануть с места. Меня отрезвил прохладный вечерний воздух. Кожа покрылась мурашками.

— Куда ты меня тащишь?

Я слабо сопротивлялась. Силы внезапно закончились. Ноги подкашивались от каждого шага. В голове шумело, перед глазами все расплывалось. Апатия проникала в каждую клеточку и затягивала в свой плен.

Меня сунули, как мешок, на переднее сиденье машины, и мы сорвались с места. Слезы медленным потоком потекли по щекам. А мне не хотелось их даже скрывать. Пусть все видят, как мне тяжело. Обвиняют в слабости. Плевать! Я хочу побыть слабой.

Машина остановилась в той самой арке, в которой меня ограбили. При воспоминании об этом с губ сорвался горький смешок.

Антон повернул мою голову и несколько минут молча смотрел в лицо. Его пальцы пробегали по щекам, собирая горькие слезы.

— Неужели тебя так расстроил мой папаша?

Сил хватило только на то, чтобы дернуть плечом. Внутри бушевал шторм. И сейчас любые откровения могли стать лишними. Ненужными. Антон продолжал смотреть на меня, и его взгляд обволакивал. Пытался защитить от невзгод. Или я, как влюбленная дурочка, хотела в это верить.

— Что тебя так расстроило? Может, все же поделишься?

— Просто, — голос утонул в пространстве, и я перевела дыхание, — мой отец умер, а потом появился Виктор и сказал, что папа нашел его незадолго до смерти и попросил позаботиться обо мне.

Воспоминания жалили, словно раскаленные прутья. Сжигали все внутренности и превращали в пепел. Меня не отпустила горечь утраты. Хоть и прошло уже время, тяжесть первой боли заметно ослабла. Но я любила отца всеми фибрами души, и никакое время не изменило бы этого.

— А Виктор на протяжении всего нашего общения пытался заменить мне папу. А сегодня… — все же решила досказать, — я не ожидала, что он так поступит и даже ничего не сможет сказать своей жене. Хотя он обычно не обращал внимания на её угрозы.

Антон

Я не хотел этой исповеди. Черт! Да я вообще не хотел ввязываться в эти семейные драмы. Лезть в её душу. Становиться отдушиной. Но я смотрел на её слезы, и внутренности скручивались в узел. Я не мог просто плюнуть и уехать к себе. Все-таки не совсем мудаком я стал. И было что-то во мне хорошее.

Лика рассказывала про смерть отца, и я прекрасно понимал все её эмоции. Но как выдернуть девушку из этого состояния, не представлял.

— Да, Светлана та ещё стерва. Взяла отца за яйца основательно. Но его, наверное, все устраивает, раз ничерта с этим не делает.

Я старался затолкать свою злость на отца подальше. Потому что сейчас я был не в приоритете. Держал лицо девушки в руках и стирал непрекращающиеся слезы. «Хочешь успокоить девушку, просто поцелуй», — хрен его знает, откуда всплыла в моей голове эта чепуха. Но с чем черт не шутит.

Сократил расстояние и осторожно прикоснулся к губам. Соленым. Влажным. Теплым и манящим. Лика на долю секунды замерла, а потом ответила. И этот поцелуй был не похож на все те, что были до. Сейчас не было страсти, сметающей все на своем пути. Не было жажды подчинить и приструнить эту девчонку. Не было даже порочного. Только щемящая душу нежность. Спокойствие и умиротворение.

В кармане завибрировал телефон, и я с неохотой оторвался от Мальвинки.

— Слушаю.

Пока отвечал, не сводил с неё глаз. Щеки порозовели, слезы высохли, а в глазах замерцали огоньки. И этот вид стал лучшим, что я видел за долгие годы.

— Привет, Тоха.

Голос друга перемешивался с грохочущей музыкой, и я с трудом слышал слова Макса.

— Привет.

Громкие басы ударили по перепонкам.

— Слушай, я тут внезапно в клуб завалился. Давай подгребай. Тут таки-и-и-и-и-ие девочки. Закачаешься. Есть из кого выбрать.

Бросил короткий взгляд на притихшую девушку. На миг во мне проснулся страх, что она услышала реплику друга, но я отмахнулся. Мы вроде как пока никто друг другу. У каждого своя жизнь.

Но она сидела, опустив голову. С покрасневшими глазами. Опухшим носиком, и у меня родилась безумная идея. А черт его знает, что их этого получится. Посмотрим.

— Да, давай мы подъедем. Где-то через часик.

— Мы?

Друг замешкался. Мне показалось, что я услышал, как в его мозгах заметались вопросы.

— Я не один буду. Все, пока.

Во взгляде Лики промелькнула опаска, и я ухмыльнулся. Может, хоть так она сумеет отвлечься. А потом я обязательно узнаю, что же наобещал мой папаша.

— Так, — предвкушающе потер руки и нажал на газ, — у тебя есть час, чтобы собраться, и мы поедем развеемся.

— Куда это?

Лика удивленно выгнула бровь, а у меня тут же проснулось желание снова притянуть её к себе и послать к черту свою затею. Просто привезти её в свою квартиру и повалить на кровать. Закончить то, что мы начали на кухне.

— Черт!

Прошипел сквозь зубы, ощутив, как член ожил от одной только мысли о том, как я буду вколачиваться в её тело.

— Что?

Испуганно, хрипло выдохнула девушка, пронзив меня взглядом голубых, широко распахнутых глаз.

— Все нормально. Я бы с удовольствием продолжил начатое, но понимаю, что сейчас тебе лучше все же развеяться и выкинуть моего папашу из головки.

Как только приехали домой, отправил Лику собираться, отметая все её возражения. Пообещал, что просто закину её на плечо, и она поедет так, как сейчас. Хотя от одной только мысли ревность впилась когтями в грудь.

На ней были крохотные шорты и майка, облегающая аккуратную грудь. В последний раз окинул её взглядом и подтолкнул в сторону ванной.

Я не понимал, что за херня происходила. Меня тянуло к одной единственной девчонке, и на других даже не смотрел. Такое было не то, что непривычно. Такое было дико.

Меня это пугало до дрожи, но Лика стала как наркотик. Было мало и хотелось ещё.

И нужно было срочно что-то с этим делать. Потому что такая зависимость мне очень не нравилось.