Приходите свататься...

Лика

Только бы не опоздать! Почти бегом врываюсь в зал.

— Воронцова, ну наконец-то! — приветствует Степан Семенович. Он вообще очень пунктуальный, а сегодня еще и на нервах.

— Явилась, — язвит Алена Шилова, в народе Шило. Мы с ней друг друга терпеть не можем. Потому что конкурентки да еще и влюблены в одного парня, Ваню. Но он ей не достанется, это уж точно! Мы с ним на днях в кино ходили, он мне розу подарил. Не ей. А потом мы целовались… Нахожу его глазами, улыбаюсь ему, а он мне в ответ подмигивает.

— Уже думали без тебя начинать, — Алена видит, куда я смотрю и продолжает плеваться ядом. Хочется ответить на колкость, возразить, что я вовсе не опоздала. Да, пришла не загодя, а почти к началу экзамена. Это неразумно, но я не виновата, что автобус сломался и пришлось добираться пешком. Вернее, бежать. — А ты прям так, в платье полезешь? Переодеваться-то некогда уже. Время…

Так и подмывает поставить на место эту рыжеволосую ведьму, но на меня смотрит наш наставник и потенциальный работодатель Арнольд Таши. Поэтому просто киваю собравшимся и ныряю в раздевалку. Сегодня решится моя дальнейшая судьба, нужно поберечь нервы, чтобы все получилось.

Натягиваю скальники, быстро проверяю веревки, обвязку. У меня свой личный ящик с ключом, а накануне все было тщательно подготовлено и проверено. Я знаю, как важна безопасность в альпинизме. Абсолютно уверена в своем оборудовании, уверена в себе. Но некогда перепроверять все снова. Нужно идти.

Ребята на позиции, все смотрят на меня. Ждут. Первой сдавать — большая честь, меня внутри немного лихорадит.

Обвожу взглядом скалодром, неужели скоро искусственные выступы и уклоны станут настоящими?!

Я была в горах, но о том, что сам Таши будет собирать отряд молодых спортсменов, даже мечтать не смела.

Глаз цепляется за Арнольда. Он испытующе смотрит на меня. Сегодня очень серьезен. Мы должны на практике доказать, что готовы работать в его команде. Но вакантных мест всего пять… а наших альпинистов пятнадцать. И еще группа утренних, у них вчера был экзамен. По моим прикидкам конкурс пять человек на место… Борьба нешуточная.

— Воронцова, ты готова?

Молчу. Слышится скрип. Все поворачивают в сторону «музыкальной» двери. И там… Там появляется этот чертов белый воротничок! Узнаю по овальной оправе очков и густой темной шевелюре, которая в хаотичном порядке спадает на лоб. Гарри Поттер недоделанный, только шрама не хватает на лбу!

Зазнайка, знакомство с которым прошло не лучшим образом: я вылила на него ведро грязной воды. Причем неслучайно.

Зачем он пришел? Неужели один из спонсоров?! Мало мне Алены, так еще его терпеть…

В такой ситуации сложно сохранять самообладание.

— Воронцова! — гаркает тренер.

— Да, Степан Семенович.

— Что замерла? Ты готова?

— Она передумала, уступает место другим, — смеется Шило. Ее шутку никто не поддерживает, а Арнольд и вовсе хмурится.

— Извините. Я готова.

— Тогда вперед. Кравчук, страхуешь.

Делаю шаг. Чувствую, как мою спину прижигает взгляд Аленушки. Она определенно колдовала всю ночь, чтобы я не прошла отбор и сейчас не в восторге, что мне на страховку отправили Ваню.

Уши горят. Обстановку накаляет и то, что сейчас на меня смотрит не только она…

Что если он всем расскажет, как я мыла окна… Опозорила почетное звание альпиниста! Мамочки…

Стоп! Собралась, тряпка! — командую себе, концентрируясь на задаче. Ради Славы, ради мечты. Я докажу! Я смогу!

Решительно цепляю веревку за страховочное устройство, погружаю руки в мешочек с магнезией…

— Каску! Лика... — шепчет Иван. — Ты чего?

Краснею. Если бы сделала еще хоть один шаг в сторону стены, тут же завалила бы экзамен, даже не начав. Лезть на скалу без каски, это как сдавать на права без ремня. Незачет.

В общем-то, все просто: пройти маршрут на время, ответить на теоретический вопрос, оказать первую помощь «раненому» и под конец забраться на символическую «вершину», максимально хорошо демонстрируя навыки, наработанные упорным трудом.

И я даже забываю, что на меня таращится целый зал. Делаю все четко, быстро и грамотно. Без проблем отвечаю на вопросы, уверенно доказываю, что учила не зря. И вот приходит время практического задания.

— Так, раненым у нас будет… Вот он. Идите сюда, молодой человек. Как вас зовут? — Степан Семенович подзывает Гарри Поттера. Вот так попала!.. Я не хочу отрабатывать на нем первую помощь! Нет, нет, нет…

— Ростислав. Сафин, — протягивает руку.

— Приятно познакомиться. Спасибо, что пришли, мы вас давно ждали. Я, кстати, — Степан Семенович, тренер.

— Да все некогда, работа, понимаете ли. Так что делать надо? — ухмыляется незваный гость.

— Представьте, что вы в горах.

— С ней вдвоем? — тыкает на меня пальцем.

— Предположим.

— Класс! — закатывает глаза, а я терпеливо молчу. Вот уж с ним в горы я бы точно не пошла!

— Представили? А теперь громко кричите.

— От счастья?

— Да нет же! Вы случайно оступились, и неудачно упали.

— А! Помогите! — демонстративно падает, тряся руками. Да, актер из него паршивый. Гарри Поттер бы оскорбился за то, что я с ним это чудовище сравниваю.

— У вас опухла кисть, сильная боль. Рука почти не двигается, — продолжает Степан. — Воронцова, ваш выход. Что делать с пострадавшим?

— Вылить на голову ведро грязной воды, а затем добить шваброй, — предполагает потерпевший, но так, что слышу только я.

— Заткнись! — шикаю. — Опухоль и сильная боль — признаки перелома. Необходимо обездвижить конечность, дать обезболивающее. Вправлять кости самостоятельно запрещено. В случае транспортировки на носилках наложить шину.

— Мы с тобой одни в горах, как ты меня потащишь на носилках?

— Я свяжусь по рации с соседним лагерем и мне помогут.

— А зачем меня тащить, если сломана только рука?

— Чтобы ты со своим «слепошарием» снова не запнулся!

— Достаточно, Воронцова. Продемонстрируйте наложение шины на испытуемом. Вы не против?

— Нет, пожалуйста. Приступайте. Главное, не сломайте подопытный «реквизит». Мне руки нужны, я ими творю историю в цифровом мире.

Борюсь с желанием заклеить его болтливый рот скотчем. Не дай Бог начнет рассказывать, как я висела у него перед окном. Но мне нужно доказать, что я умею работать с переломом, а не со словоблудием.

Когда пациент надежно обмотан бинтом и зафиксирован двумя кусками фанеры, мне наконец-то разрешают перейти к следующей части. Финишная прямая и все. Отстрелялась.

— Приступай, — дает отмашку тренер.

Я делала это сотни раз. Пальцы знают каждый выступ, лезу легко, почти без усилий. Только шея ноет после вчерашней «разминки» со шваброй. Непривычная нагрузка, но больше не придется зарабатывать таким способом. Я буду работать с Арнольдом, у меня будет высокая зарплата и лучшее снаряжение! А главное — вакансия мечты!

— Лика! Осторожно! — слышу снизу голос Кравчука.

— Держи ее! — командует тренер. Но что-то происходит, я не успеваю понять. Не успеваю и схватится рукой, зацепиться хоть чем-нибудь… срываюсь. «Хорошо, что есть страховочная веревка», — это моя последняя мысль.

— Скорую вызвали?

— Да. Будет с минуты на минуту.

— Она глаза открыла, Лик, ты как? — слышу голос Вани.

— Да все с ней нормально. Подумаешь? — хмыкает Шило.

— Я не сдала? — первый вопрос, который приходит в голову.

— Ты чуть не разбилась! А такие глупости спрашиваешь! — цедит Степан Семенович. Он выглядит раздраженным.

— Простите, — пытаюсь встать. Вроде все целое. Повезло, что на полу маты. В горах бы точно костей не собрали.

— Лежи. Сама говорила, необходимо обездвижить и ждать подмогу, — надо мной нависает лицо Ростислава. Значит, не приснилось... Он последний, кого хотела бы сейчас видеть.

— Все со мной в порядке! — отодвигаю его и сажусь. Копчик болит, будет синяк. Другие части тела в норме.

Может, сотрясение небольшое, но это ерунда.

— Воронцова, в больницу поедешь. Остальные — продолжают экзамен.

Пожимаю плечами. Распоряжение тренера надо выполнять. Я технику безопасности подписывала.

— Лика, я надеюсь, что с вами все будет хорошо, — слышу низкий голос Арнольда. У него на лице написано, что я не прошла. Так опозориться перед ним! На глаза накатывает пелена слез обиды. Но я должна показать характер. Трусам не место в горах. Падение можно простить, а вот слабый характер — ни за что. Поэтому прикусываю губу и плетусь за врачом. Пусть меня проверят, а потом вернусь в зал. Надо разобраться что с веревкой. Как она могла порваться? Новая, прочная… Что-то подозрительно.

Бросаю взгляд на Ивана, ищу поддержки. Он отводит глаза.

— Лик, я бы с тобой поехал… — начинает Ваня, но Алена быстренько перебивает его.

— Но не поедет.

— Отвали от него, Шилова.

— С чего бы? — подходит вплотную. — Ты ей сказал?

— О чем? — поднимаю брови.

— Что мы теперь встречаемся, — демонстративно обвивает его шею. Мне неприятно. Я-то думала, что роза и поцелуй в кино что-то значат… Но Кравчук вон как улыбается и не отталкивает Алену. А у меня в сумке билеты на хоккей… На завтра. Ему на день рождения подарок.

— Прости, Лик... Мне Шилова нравится, давно хотел сказать.

Так хотел, что на последнем ряду только о ней и говорил. Клоун!

— Удачи, — бросаю, спеша уйти. Но на пути возникает новое препятствие в лице моего кошмара Ростислава Сафина. Да что они, сговорились?!

— Идем, малышка.

— Чего?! — протираю уши, может, послышалось.

— Два раза не повторяю, — уже тише говорит. — Подыграй. Живо.

Дальнейшее происходит как во сне. Он улыбается и подхватывает меня за талию. Чуть сильнее чем следует.

— Как ты смеешь?! — протестую, но зачем-то шепотом.

— Спасаю твою честь. Или тебе нравится быть жертвой?..

Не нахожусь с ответом. Смирно иду, как аршин проглотила. Наверное, со стороны мы нелепо смотримся. Но Алена слишком громко говорит Ивану:

— Это что, ее парень? Она же в тебя влюблена!

— Не знаю, Ален. Тебе то что?

— Молодые люди, вернитесь в зал. Или вы решили без борьбы свое место другим уступить? — спрашивает Степан Семенович.

Улыбаюсь про себя. Надеюсь, они тоже экзамен завалят. Вот тогда и позлорадствуем, все вместе.

Выходим на улицу и как только за нами закрывается дверь, шарахаюсь от Ростислава.

— Убери свои ручищи! Нас уже никто не видит!

— С удовольствием, — бубнит. Не замечаю логики в его действиях, но и искать не собираюсь. Задираю нос повыше и стараясь не хромать иду к скорой. Там поджидает врач.

— Воронцова Гликерия?

— Ага.

— Какое имя у вас… редкое.

Закатываю глаза. Вместо того чтобы спросить о моем самочувствии, доктор удивляется имени. И так всегда! Кажется, даже если случится мне помирать, так и тогда будут сперва выяснять этимологию имени, и только после этого оказывать помощь.

— Это вас случайно так назвали? Или…

— Вовсе нет. Я из почетного графского рода Воронцовых.

— О… — фельдшер делает многозначительный вид и кивает, будто лично знакома с графом и графиней.

— А на гербе у них швабра с метлой перекрещены… — влезает Сафин. Хочется ему треснуть чем-нибудь, но под рукой, как назло, ничего нет.

— Что на гербе? — переспрашивает доктор.

— Он пошутил. Мне с вами ехать или так отпустите? — надоедает бесполезный разговор.

— Если ничего не болит, то отпущу. Но сначала осмотр, — приглашает меня в кузов газели. После получаса выяснения что же означает мое имя и пяти минут «обследования» меня отпускают.

Удивляюсь, что неудачная версия Гарри Поттера так и стоит на улице. Ждет кого-то?

Прощаюсь с врачом и, забрав рюкзачок с вещами, выдвигаюсь в сторону остановки. Надеюсь, этот автобус не сломается, и я доберусь домой без приключений.

— Даже спасибо не скажешь за то, что спас тебя от этой рыжеволосой выдры и парня-тюфяка?

— Спасибо, — бормочу себе под нос и продолжаю шагать, даже не взглянув в его сторону.

Он тоже идет следом за мной. Зачем?

— Ты непохож на того, кто ездит на маршрутке, — резко оборачиваюсь на свой «хвост».

— А ты непохожа на уборщицу.

— Я и не уборщица! — фыркаю.

— Альпинистка? Графиня? Спортсменка? Комсомолка?

— Просто красивая девушка, — заканчиваю известную фразу.

— С этим я бы еще поспорил…

— Хам! — замахиваюсь на него рюкзаком. Проучить бы его… Нахала!

— Истеричка… — ловит сумку у себя перед носом. — Еще немного и сломала бы мне очки! Знаешь, сколько они стоят?! Тебе не перемыть столько окон!

— Не пошел бы ты куда подальше?!

— А вот посылать меня не надо! — замирает, не отдавая рюкзак. Стоим в опасной близости друг от друга, нас разделяет только маленький, зато набитый всякими полезностями мешочек. Ростислав вцепился в него и нарушает зону личного пространства.

— Иначе что?!

— Иначе все… — набирается наглости и проводит кончиком пальца мне по носу, а второй рукой хватает за шорты и притягивает к себе. В переулке никого. Только я и странный преследователь. Замираю от такой бесцеремонности, а затем незаметно вытаскиваю из кармана шокер…

— Ауч! — вопит, стараясь привлечь внимание прохожих. Вот только нет людей. Мы одни. Пока он приходит в себя, срываюсь с места. Наверняка этот парень больной. Видела его физиономию в «желтых» новостях, что-то про маниакальную озабоченность женщинами… Полсотни? Сотня? Вот и меня, видимо, присмотрел. Не зря же приперся на экзамен!

Теперь бы ноги унести. Не желаю становиться добычей психа.

Я, конечно, спортивная девушка, но с травмой: при падении копчик отбила и лодыжку вывихнула. И так бежать совсем неудобно. Но Сафин вообще почти труп. Оборачиваясь, понимаю: от такого даже улитка смогла бы уползти. Наверное, его никто раньше электрическим устройством самообороны не вырубал. Ну ничего, очухается. А тут как раз мой автобус подъезжает. Делаю последний рывок и запрыгиваю, едва успевая.

— Ура. Повезло, — бормочу под нос, выглядывая в окно. Мой преследователь потирает ногу, шокировано смотря вслед уходящему автобусу. Надеюсь, он не знает мой адрес, иначе дела плохи…