17

– Ну как же так? Как вы могли подвергать ее опасности? Зачем ты вообще потащил Катеньку в это змеиное логово?! Чем думал? А Вова? Ну как же так?.. – повторяет голос Алисы Петровны.

– Виноват. Очень виноват, – отвечает голос Владимира.

– Нет, Вов, если бы ты не среагировал вовремя, все могло бы кончиться гораздо хуже. Скажите доктор, с ней все очень серьезно?

– В ее положении совершенно нормально падать в обморок. Особенно при таком сильнейшем стрессе. Но мы успели оказать первую помощь и здоровью малыша ничего не угрожает. А впредь, конечно же, не стоит подвергать девушку таким испытаниям. Беременность это да, очень серьезно. Вы поняли, папаша?

– Понял.

Смутно слышу странный диалог. Какой еще папаша? Мой отец давно погиб и не может присутствовать сейчас рядом со мной. Или речь вовсе не обо мне? А о каком-то ребенке… Да что же происходит?! Открываю глаза и вижу незнакомца в белом халате.

– Господи, что стало с Даней?! – вздрагиваю, едва придя в себя.

– Я в порядке, Кис… я с тобой. Мы все с тобой, – обходя незнакомца, мой герой наклоняется ко мне.

– Жив! Слава Богу!

– Как ты? – обеспокоенный взгляд перемещается с моего пресса на лицо. А вот ладонь он кладет именно на живот, и от этого касания по телу разливается приятное тепло. Чувствую себя защищенной и немного расслабляюсь. Но все-таки стыдно, что он делает это на глазах у Алисы Петровны, Вовы и мужчины в белом халате. Похоже, что и правда врача… К горлу подкатывает новая порция страха. Вцепляюсь в руку любимого и шепотом прошу об одолжении.

– У моей жены с детства боязнь докторов. Прошу вас оставить нас.

– Удивительно… Но учитывая ситуацию у вас впереди много анализов и обязательные плановые осмотры. Так что будущую мамочку нужно к этому морально подготовить, – бросает доктор и выходит из автомобиля скорой помощи. А я пытаюсь сообразить, что конкретно он имеет в виду. Перевожу озабоченный взгляд с ладони, поглаживающей мой живот, на Алису Петровну.

– Катенька, тебе лучше? Что-нибудь хочется?

– Огурцов, например? Или тарталетку с икрой, – хмыкает Вова. Он, конечно же, единственный, кто не теряет чувства юмора даже в такой ситуации. И тут до меня наконец доходит.

– О Господи. Я что?! Мы что?! Беременны? – ищу глазами глаза Даниила.

– Да. Мы беременны, – кивает он.

– Но как?

– Милая, ты потеряла память и не помнишь, как это было? – поднимает брови Даня. Нет, я помню, но как же такое возможно?! Прямое попадание с первого раза?!

– Бог послал нам малышку, услышал мои молитвы! Теперь все будет хорошо! Я точно знала! Ровно через девять месяцев после свадьбы! Все, как и должно было быть! – подает голос Алиса. Кажется, в этот момент она рада даже больше, чем я. Просто я не могу в это поверить, кажется, что все происходящее – сон. Но лицо Даниила не растворяется в воздухе, когда я в очередной раз щипаю себя, приводя в чувства. Правда. Это не сон! – Вова, пошли, оставим их наедине.

Свекровь и охранник поспешно переглядываются и выходят из машины, чтобы составить компанию доктору. А мы с Даней остаемся молча смотреть друг на друга.

– И как нам теперь быть?

– Будем рожать.

– А Кэтрин? У нее ведь тоже… – прикрываю ладонями лицо.

– Что у нее? Психическое заболевание? Шизофрения? Алчность и непроходимая тупизна?

– Она стреляла в меня?

– Не думаю, что она смогла бы… Но проверять не хотелось, и Вова использовал дымовую шашку. А пистолет был на предохранителе. Так что нам повезло.

– О Боже… Она потеряла ребенка? А если бы выстрелила, то и я бы…

– Кать, успокойся уже. Не было у нее никакого ребенка. Она врала, чтобы выйти за меня замуж. Но теперь ей придется отвечать за свои махинации и покушение на нашу жизнь в суде. Так что нескоро она испытает все прелести замужества.

– Как можно врать о таком?! Это же серьезные вещи, – сжимаю его ладонь, лежащую на моем животе.

– Да, очень. Поэтому перестань волноваться. Тебе нельзя. Все плохое позади.

– Ох… Что же теперь будет?

– Все, что пожелаешь, – шепчет, поглаживая мою щеку. – Эклеры, пирожные, шоколад… кстати, ты получила от меня посылку мечты, набитую твоими любимыми вкусняшками?

– Дань! Значит, это ты их прислал? А я думала, что отравилась… – деланно строго толкаю его вбок, и он начинает смеяться, падая на меня и зацеловывая все мои сомнения и вопросы.