Глава 4 — Фавориты (ч4)

POV Ашерон Фрейи

Пока наследники оглашают фаворитов я пытаюсь прислушаться в очередной раз к себе. Из чего складываются мои мучения? Я не могу разложить их на детали или найти место, которое болит. Мне просто очень тяжело и плохо. Слабость, все словно ноет и крутит. Но ничего не болит конкретного. И постоянное раздражение. Дичайшее. Но именно его я решил контролировать во чтобы то ни стало. Не время сейчас…

Вообще-то я должен определить фавор для себя и сестры. Мне по большому счету все равно — кто. Практически все младшие наследницы — достойные спокойные девушки. Исключил бы я Чио, Кысу и… Элодею. Их слишком много сейчас будет для меня. А я хочу тишины и пустоты.

Даари висит внутри меня горящим образом. Но… Какой-то болевой порог уже пройдет. От этой мучительной тяги внутри меня родилось какое-то ненавистное настырное противостояние. И если еще неделю назад, я бы не сомневаясь кинулся к её ногам, если бы оказался рядом. Теперь — нет! Ни за что! По крайней мере мне очень хотелось бы в это верить.

Ахайри? Я почти не думаю о ней. Стараюсь не думать. Она — тоже, что и Даари теперь. И эти пытки, в которые я сейчас погружен — это и её суть тоже. Я, как никогда остро чувствую это сейчас. Их образы вдруг сплелись воедино. Никогда больше я не прикоснусь к бабочке. Никогда. Даже если Ахайри сама этого захочет. И в это тоже мне очень хочется верить…

Говорят, что душевная боль сильнее физической. Врут. Так говорят только те, кто не испытывал сильной физической. И на фоне моей измотанности даже тоска по Ахайри вдруг уходит куда-то и развеивается. Нет, она есть. Но нет совершенно ни мгновения у меня, чтобы я мог отвлечься от своей ломоты и тошноты и погрузится в эту тоску. Даари пытает меня даже в моих редких коротких снах.

Крайт рассказывал о посвещении болью, чтобы стать мужчиной. Так вот… я сейчас прохожу своё. И я больше не мальчик, чтобы позволять чему-то другому, кроме моей воли, управлять моими решениями. Ни чувства, ни тяга, ни слабость и раздражение не должны управлять мной.

Вытираю со лба холодный пот, пальцы дрожат. Аппетит так и не вернулся. В зеркало я замечаю, как сильно обострились черты моего лица.

Это должно закончится. Ахайри обещала, что уже вот-вот тяга пойдет на спад. Скорей бы…

— Ашерон… — сидящей напротив меня Теодор ловит мой взгляд.

Поднимаю глаза.

— Вы больны? — излишне заботливо.

— Плохо переношу горный воздух.

Мне неприятен Теодор со своими внимательными крайне непристойными взглядами. Ладно бы еще одаривал ими женщин, как Борро. Так нет же… Не сводит глаз с княжичей Ора, особенно миловидного молодого Света. Да и я нередко ловлю его внимание, от которого тошнит еще больше.

Капиты, на входе в монастырь, заподозрили в мужеложстве младшего Лакаста, когда он хотел повести с собой сестру. Но мне кажется они ошиблись. И как раз у старшего есть тяга к мужчинам. И хочется достать клинок, чтобы отодвинуть слишком навязчивого инфата его острием подальше.

— Быть может, Вам нужен лекарь?

— Не нужен, — отстраняюсь я от стола, на который облокачивался.

Не слышал, чтобы лекари могли помочь тем, кто принадлежит бабочкам. Хотя, говорят, им помогает маковое молоко. Но Халиши запретила мужчинам Фрейи его употреблять. Видимо, действительно помогает.

— Элег Эл! — оглашает капит.

— Ракатанга.

— Но княжич понимает, что с двумя женами ему в Эл не вернуться? И если мы подтвердим этот союз, то его статус упадет до младшего наследника? И мы будем решать кто наденет корону Песков — раджа Крайт или княжич Эл.

— Понимаю. Но… возможно Капитулу будет легче договариваться с Ракатангой, если в ее главе встанет северный княжич, — прищуривается Элег. — А народу Ракатанги будет отраднее вернуть двух своих дочерей, чем одного сына. Крайт же вполне может быть более угоден Капитулу в другой локе…

Капиты задумчиво переглядываются.

Княжич Элег бросает вызов Ракатанге. Зря… Сомневаюсь, что он выиграет в том бою. На лице Крайта невозмутимость. Эфа тоже не подает никаких признаков недовольства.

— Второй фаворит?

— Шанти, Гаяна. Нет — Наввара.

— Гаяна?.. Старшая?… Вы отказываетесь от Эла?

— Только в пользу южных лок!

— Капитул учтет Ваш выбор. Княжна Олга, нам рассматривать Вас, как старшую наследницу Эла?

— Нет! Мои фавориты Борро и Фрейи. Прошу не рассматривать меня, как претендента на корону Топей. Нет — Ракатанга.

Приглядываюсь к Олге. Приятная княжна… Но… Есть в ней какое-то беспокойство… и цепкость… и подобострастие, свойственные слугам, когда встречаешься с ней взглядом. Это отталкивает. Даже младшая Инги гораздо достойно встречает прямые взгляды других наследников.

— Княжна Инги… Вынужден признать вас основной наследницей Топей!

— Я?… — распахиваются ее огромные глаза, щеки горят алым. — Да! Я согласна! Конечно — да!

княжна не скрывает эмоций. Естественно. У третьих — самые ничтожные шансы.

— Фаворит?

— Аа… Тогда… Косма! Лакаст, — уже уверенней.

Дион с нескрываемым удивлением смотрит на брата. Тот же цветет всеми оттенками красного. Но взгляд больше не опускает.

— Второй?

— Мм… Свет, Ор. Нет — Лакаст Теодор.

Все с удивлением разворачиваются на Инги.

Инги опускает глаза в стол, не комментируя свой странный выбор. Хотя почему странный? Маленькая княжна очень проницательна или знает что-то, чего не знают остальные.

— Шейла Борро!

— Я скажу за Камни, — отвечает Старший Борро. — Лакаст Теодор. Борро хочет этого союза. Если — нет. Тогда — Ладимир Ор. Этот союз нам интересен тоже. Мы хотим прекратить противостояние наших лок и возобновить торговлю. Нет, пожалуй, Эл. Но в силу того, что главный претендент отказался от короны… Тогда Ракатанга. Мы же с братом пока отказываемся называть своих фавориток. И оба не согласны брать в жены бабочку Фрейи!

И этот выбор тоже за столом вызывает гул удивления. Борро как никто другой всегда стремится надеть свою корону на бабочку. Это знают все! Но а я еще знаю, что бабочка уже сидит в Борро. Поэтому Дее там не место.

— Дея Фрейи?

— Я сама, Аш! — сжимает она мою кисть, останавливая от ответа.

Сама? Хорошо… Пусть. Это только предварительный выбор.

— Ракатанга. Ким-Цы. Нет…

— Лакаст… — тихо подсказываю я.

— Лакаст!

— Ракатанга?!? — идет по столу гул.

— Польщен выбором юной бабочки, — учтиво склоняет голову Крайт. — Но…

— Сын! — вдруг перебивает его Эфа.

Между ними молчаливый диалог.

— Польщен выбором юной бабочки, — учтиво склоняет голову Крайт, больше не добавляя ничего.

Вообще-то Ракатанга испокон веков закрыта для бабочек. И я с тревогой ловлю взгляд раджи.

Он спокойно смотрит мне в глаза. Мне приятен Ракатанга. Он хороший воин и человек слова. Он не тронет ее ребенком. Своих Солнц он будет защищать до последнего и ценой своей жизни. Такой преданности в союзах, как на Ракатане нет нигде больше. Однако Дея будущая бабочка…

— Ашерон Фрейи.

— Как старший наследник я воспользуюсь возможностью не называть сегодня фавориток.

Олга с Элодеей разочарованно переглядываются.

— На сегодня всё. Наследники могут отдыхать и развлекаться.

Дея берет меня под руку.

— Ты уверена, что хочешь на Ракатангу?

— Крайт единственный, кто замечает меня и говорит со мной на равных. Мне показался он очень… мм… внимательным. Он величественен, прекрасен! Все наследники уважительны к нему, кроме надутой Элодеи. Да и та, шипит только у него за спиной. Ты не советуешь мне Ракатангу?

— Крайт — достойный выбор. Но Ракатанга не любит бабочек…

Дея вздыхает, опуская свои пышные ресницы.

Подвожу ее за руку к Крайту, Эфе и черным змейкам.

— Раджа Крайт…

Кивает.

— Могу я прогуляться и побеседовать с Вашей сестрой, инфант Ашерон? Обещаю вернуть ее в целости в ближайшее время.

— Вы согласны на союз?

— Ашерон, пройдемся… — стреляет глазами в недалеко стоящих капитов Эфа. — Крайт позаботится о Дее пока мы поговорим.

Мы уходим в оружейную залу.

— Мы хотим забрать Дею — это так. Но мы не выразим ей свой фавор.

— Почему?

— Капитул… если он увидит, что мы в ней заинтересованы, то вряд ли одобрит союз. Если увидит, что мы боимся бабочки, то скорее всего подтвердит его, чтобы ослабить Ракатангу. Ведь бабочка, и это Вам известно, как никому, сделает все, чтобы ее господин не ввязывался ни в какие войны.

— Это так.

— И ее… ммм… средства так сильны, что никакой из мужчин не сможет преодолеть её давления. А махарадж Ракатанги должен быть свободен в своих решениях.

— Вы мудры, Эфа. Зачем тогда Вам Дея?

— Ей тринадцать… Это значит, она еще не прошла посвящения и не ядовита. Она молода и вынесет наше посвящение ядами. Она сама желает стать частью моего народа. Более подходящей здесь нет.

— Но, как лорд Островов, я имею право потребовать ее в локу после исполнения четырнадцати лет для поцелуя Халиши.

— Можете… Но, ведь можете и не потребовать.

— Наши традиции исключают это.

— Мы двигаем свои традиции, Вы — подвиньте свои. И Ваша сестра не сгорит в печи. Она будет счастлива с моим сыном. Приобретет надежную семью и никогда не будет предана.

— Я подумаю. До завтра.

— Подумайте… Но убедительно Вас прошу, — снижает она голос. — Не оглашать наших договоренностей балахонам.

— Почему?

— Они играют против нас. Вы можете еще этого не понимать. Фрейи наивны, как дети, ослепленные соками своих бабочек. Но дети Мер-Гура знают, что на большой земле один правитель. И только острова пока еще могут позволить себе не склоняться перед ним. Так поддержим же власть и свободу друг друга…

Изящно поклонившись оставляет меня одного.

Союз с Ракатангой? Почему бы и нет.

Спускаюсь по лестнице на уровень келий. Слышу у окна внутреннего сада звонкий смех Деи. Ей приятен Крайт… Она часто говорит о нём. Эфа обещала ей свою опеку. А это очень много! Оставить Дею без поцелуя Халиши?

Именно он дает такую тотальную власть бабочкам!

Пусть моя сестра и ее будущий муж останутся свободными от моей участи. Ракатанга. Ладно. Это все гораздо лучше, чем сгореть в печи или попасть в Лакаст, Наввару…

— Не прикасайтесь ко мне! — вдруг слышу я звенящий женский голос.

В нем надрыв, за которым женщины иногда прячут страх и отвращение. Оглядываюсь. Недалеко у окна, обвитого лозами винограда старшая княжна Ора. Та, которая не видит. И два брата Борро.

Они заговорщицки переглядываются, откровенно пялясь на ее вырез, открывающий молочного цвета красивую грудь.

— Княжна не благосклонна к Борро? Почему?? Борро выделяет Ор, — пытается перехватить ее за пальчики один из братьев.

Она рывком выдергивает руку. Слепо выставляя перед собой вторую.

— Ор не выделяет Борро.

Вьются братья вокруг нее как два шкала вокруг раненой, но еще живой лани.

Как она могла остаться одна?..

— Я хочу дождаться брата в одиночестве.

Подхожу ближе. Киваю братьям Борро.

— Ладимир поручил мне сопроводить княжну до кельи. Инфанты Борро не возражают?

Лидия, словно видит меня, и с облегчением тянет мне руку. Подхватываю ее пальцы. Вести княжну за талию, как часто водят ее братья — нучтиво. Поэтому я кладу ее руку на свой локоть и отвожу от инфантов.

— Вы неправду сказали. Я жду Света, а не Ладимира.

— Неправду. Но мне показалось Борро были не учтивы с Вами.

— Вам не показалось.

— Я отведу Вас, хорошо?

— Подождите… — вдруг останавливается она, разворачиваясь ко мне лицом. И смотрит на меня. Уверен, что смотрит!

— Вы не слепы…

— Я гляжу иначе, — беспокойно хмурится. — Кто же Вас так?…

Сводит брови и нерешительно касается пальчиками моего лица. Замираю…

Ее ладони нежно гладят, как будто она хочет стереть с него что-то.

— Что Вы делаете?…

— Вы весь в паутине! Зачем Вас так… кто?… — пальчики спускаются на шею, словно действительно пытаясь с меня снять что-то. — Вам больно?.. Кто это сделал?… Она словно въелась! Не убрать! Это паук…

— Бабочка… — поправляю я, понимая о чем она говорит.

Действительно «глядит». По иному, но видит!

— Паук!! Паучиха. Видела во сне… она Вас кормила собой… и теперь вы отравлены и оплетены…

— Паучиха?

— Да! Вы очень страдаете… — на ее лице я тоже вижу страдание и что она искренне сочувствует мне, ее дымчатые голубые глаза словно два омута.

— Это бабочка, а не паучиха.

— Некоторые твари, чтобы выживать, меняют свой облик, уподобляясь другим насекомым. То, что Вы называете бабочками… Это паучихи!

— Вы видите лучше других, княжна.

— Останьтесь со мной здесь. Мы дождемся Света, и он поможет Вам.

— Боюсь, мне не помочь, Лидия. Но я очень…

Не знаю… Благодарен, наверное, что хотя бы кто-то, хотя бы частично смог разделить со мной то, что происходит.

— Спасибо…

— Поможет, — берет она меня за руку. — Брат снимет вашу боль. Он волховитый, он умеет.

— Лидия!!

— Я здесь.

Свет подходит к нам ближе, растеряно глядя на наши сомкнутые руки. Мне хочется оправдаться, что это не моя вольность и я не хотел порочить как-то его ласковую красавицу сестру. Но в его взгляде нет осуждения.

— Брат, помоги ему…

Хмурясь присматривается ко мне.

— Не разумею, где источник Вашего страдания? — удивленно смотрит на меня Свет.

— Я и сам не могу обнаружить его.

— Он везде! — обрисовывает в воздухе пальчиками мой силуэт Лидия. — Он — паутина, сеть… въелась…

— Я попробую… — рука княжича ложится мне между лопаток.

Несколько мгновений… и закрывая глаза я не могу сдержать вздох облегчения.

Ломота, тошнота, жар и слабость вдруг отступают. И я так измучен ими, что уже забыл как это — жить без них. А сейчас вспоминаю! Хорошо жить. Очень хорошо жить без них!!! Очень хочется жить!

Вдыхаю глубоко и свободно! Губы дергаются в улыбке.

— Спасибо! — в порыве целую пальцы Лидии.

Свет убирает руку.

— Легче?

Киваю.

Сжимаю в ладони прохладные пальчики Лидии. Это очень приятно. Очень приятно чувствовать хоть что-то вместо того, во что я был утоплен с момента отъезда с Островов.

— Но это ведь вернется?

— Пока источник страданий не заживет — да, боль будет возвращаться.

— Как скоро?

— Завтра. Но, пока мы здесь, я могу Вам помогать.

— Вам чего-то это стоит, княжич Свет? Это сложно дается Вам? Потому что если это так, то я хотел бы… Острова могут дать что-то ору взамен.

Княжич поднимает ладони.

— Ору ничего не надо от Островов. Но… может быть Островам нужно что-то от Ора, — переводит он взгляд на наши сомкнутые с Лидией руки.

— Аа… — доходит до меня намёк княжича.

Их четверо… Старший вернется. Младшего хотят почти все первые наследницы. Судьба младшей княжны решена. Лидия же…

Перевожу взгляд на ее светлое прекрасное лицо. Такое лицо не должно гореть в печи. И эти ласковые руки, которые пытались спасти меня от «паутины» — тоже.

И я киваю ему.

— Островам кое-что нужно от Ора… — сжимаю я прохладную ладошку еще раз.

Это хороший выбор для Островов. Острова не нуждаются в других локах. А я… Пусть рядом будет лучше эта светлая княжна, чем кто-то другой.

Свет с облегчением выдыхает.